воскресенье, 17 августа 2014 г.

Арбитражная практика: Лицензионный договор на программное обеспечение и юридическая значимость документов, хранимых с использованием этого ПО


Активное использование информационных технологий приводит к тому, что все чаще судам приходится оценивать допустимость представленных электронных доказательств, предъявляемых участниками судебного спора.

На этот раз при рассмотрении классического судебного спора о возврате выданного банком кредита (дело А76-7282/2012) Арбитражному суду Челябинской области в январе 2013 года потребовалось дать оценку вопросу: имеют ли юридическую силу электронные документы, хранящиеся в информационной системе банка, у которой владелец информационной системы отозвал лицензию на ее использование.

Суть спора

В ноябре 2010 года между банком ООО «Уральский инновационный коммерческий банк «Уралинкомбанк»» и обществом ООО «Таркинский гранитный карьер» был заключен договор об открытии возобновляемой кредитной линии, по условиям которого банк обязался открыть обществу возобновляемую кредитную линию с лимитом 34,8 млн. рублей для пополнения оборотных средств на срок до ноября 2011 года под 19% годовых, а общество обязался возвратить полученные денежные средства и уплатить причитающиеся проценты.

Поскольку общество допустило нарушение по возврату основного долга и процентов за пользование кредитом по договору, «Уралинкомбанк» обратился с иском в арбитражный суд.

Позиция Арбитражного суда Челябинской области

Факт выполнения банком обязательства по предоставлению суммы кредита в 28 млн. руб. подтверждается копией банковского ордера, выданного в ноябре 2010 года. Однако банк утверждал, что он выдал кредит в размере 38 млн. руб. В качестве доказательства, подтверждающего выдачу кредита в сумме 10 млн. руб., банком в материалы дела были предоставлены банковский ордер № 8121 от 12.01.2011, выписки из лицевого счета общества за период с ноября 2010 года по февраль 2012 года.

Вот здесь и возник вопрос о допустимости представленных банком доказательств.  Суд отметил, что в феврале 2012 года банк получил уведомление от ЗАО «Центр финансовых технологий» об отказе от исполнения договоров с банком с даты получения уведомления, в т.ч. соглашения о предоставлении лицензии № L-070830-01 на использование банковской информационной системы, выданной в 2007 году.

В соответствии с п. 9.4 указанного соглашения при прекращении действия соглашения прекращается действие всех прав лицензиата в отношении системы. Также лицензиат обязан уничтожить все системы во всех процессорах и всех запоминающих устройствах.

Суд отметил, что по смыслу положений ч.3 ст.64 и ст.75 Арбитражно-процессуального кодекса РФ не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона. В соответствии со ст. 1229 Гражданского кодекса РФ, правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием.

Суд также сослался на пункт 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 марта 2009 года № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в котором указано, что судам следует учитывать, что право совершения в отношении программы для ЭВМ или базы данных действий, предусмотренных ст. 1280 ГК РФ, принадлежит только лицу, правомерно владеющему экземпляром такой программы для ЭВМ или базы данных.

При этом лицо, записавшее программу для ЭВМ или базу данных в память ЭВМ, когда оно правомерно владело экземпляром такой программы или базы данных, должно удалить соответствующую программу или базу из памяти принадлежащей ему ЭВМ в случае продажи или иного отчуждения экземпляра программы или базы.

Копия программы для ЭВМ или копия базы данных, предназначенная для архивных целей или для замены правомерно приобретенного экземпляра в случаях, когда такой экземпляр утерян, уничтожен или стал непригоден для использования, должна быть уничтожена, если владение экземпляром этой программы или базы данных перестало быть правомерным (п.п. 2 п. 1 ст. 1280 ГК РФ).

В силу ст. 1228, 1229 ГК РФ использование результата интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя является незаконным.

Суд первой инстанции пришел к выводу о недопустимости предоставленных банком доказательств, полученных путем распечаток на бумажных носителях из системы, права на использование которой прекращены с момента получения уведомления лицензиаром в феврале 2012 году.

Кроме того, выписки из лицевого счета не содержат подписи работника банка – ООО «УИКБ «Уралинкомбанк», и не могут быть приняты в качестве доказательства по делу.

Арбитражный суд удовлетворил исковые требования банка лишь частично, не признав 10 млн. долга.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в апреле 2013 года оставил решение Арбитражного суда Челябинской области без изменения, а апелляционную жалобу банка без удовлетворения.

Позиция Федерального арбитражного суда Уральского округа

Федеральный арбитражный суд Уральского округа в августе 2013 года отметил, что судами не было учтено, что факт наличия или отсутствия лицензии на работу с системой программного обеспечения сам по себе не влияет на достоверность представленных сведений и не опровергает факта получения кредита обществом и последующего его гашения. Наличие или отсутствие лицензии правообладателя системы программного обеспечения влияет на отношения между правообладателем и пользователем, но не свидетельствует о недостоверности сведений, зафиксированных при помощи такого программного обеспечения. При этом из материалов дела следует, что на момент совершения банковских операций, зафиксированных в электронном виде, у банка было право на использование лицензионного программного обеспечения, основанное на вышеупомянутом Соглашении о предоставлении лицензии, заключенном с обществом «Центр финансовых технологий».

Суды не приняли во внимание и суждение банка о том, что в отношении зафиксированного при помощи системы программного обеспечения объема информации общество «Центр финансовых технологий» правообладателем не выступает, поскольку информация о совершенных банковских операциях не является результатом интеллектуальной деятельности этой организации, не принимавшей участия в создании и сборе указанных материалов.

Что касается выписок из лицевого счета, не принятых судами по причине отсутствия подписей работников общества «УИК- Банк», то суды не приняли во внимание и не проверили утверждение банка о том, что выписки по расчетному счету ответчика были заверены уполномоченным представителем конкурсного управляющего общества «УИК-Банк», который с момента признания банка банкротом и назначения конкурсного управляющего осуществляет полномочия руководителя кредитной организации и иных органов управления кредитной организации, то есть имеет право на подписание всех документов, исходящих от кредитной организации.

Суд отменил решение Арбитражного суда Челябинской области и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в части отказа в удовлетворении заявленных требований и распределения судебных расходов. В указанной части дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

Арбитражный суд Челябинской области в марте 2014 года удовлетворил исковые требования истца – ООО «Уральский инновационный коммерческий банк «Уралинкомбанк», г. Москва. С должника была взыскана задолженность в размере 24,7 млн. руб., проценты за пользование кредитом в размере 9,8 млн. руб., неустойку в размере 8 млн. руб. Юридическая сила документов в данном решение не рассматривалась.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в июне 2014 года отказал в восстановлении пропущенного процессуального срока подачи апелляционной жалобы и возвратил её обществу.

Источник: Официальный сайт Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации: http://www.arbitr.ru/ 

Комментариев нет:

Отправка комментария