Методические указания по отнесению информации к «общедоступной информации»

Минэкономразвития России приказом от 23 апреля 2024 года №247 утвердило «Методические указания по отнесению информации к общедоступной информации, размещаемой государственными органами и органами местного самоуправления на их официальных сайтах в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в форме открытых данных», которые вступают в силу с 18 июня 2024 года.

Отнесение информации к общедоступной информации, размещаемой государственными органами и органами местного самоуправления на их официальных сайтах в форме открытых данных, включает (п.1):

• Установление наличия общественной потребности в опубликовании информации о деятельности государственного органа или органа местного самоуправления в форме открытых данных;
  
  
• Принятие решения об отнесении или невозможности отнесения информации о деятельности государственного органа или органа местного самоуправления к общедоступной информации.

Общественная потребность в опубликовании информации в форме открытых данных устанавливается государственным органом или органом местного самоуправления в отношении информации, обладателем которой он является (п.2):

• При поступлении запросов физических и юридических лиц о раскрытии информации о деятельности в форме открытых данных;
  
  
• По результатам проведения опросов физических и юридических лиц о потребности в раскрытии информации в форме открытых данных;
  
  
• По результатам проведения публичных слушаний и (или) общественных обсуждений по вопросу потребности в раскрытии информации в форме открытых данных;
  
  
• В соответствии с решениями общественных советов при федеральных органах исполнительной власти, общественных советов при органах государственной власти субъектов РФ, общественных советов при органах местного самоуправления, координационных и совещательных органов, созданных при Правительстве РФ, федеральных органах исполнительной власти, органах государственной власти субъектов РФ.

Информация о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления, отнесенная в соответствии с законодательством Российской Федерации к информации ограниченного доступа, не может быть отнесена к общедоступной информации (п.5).

Основаниями для принятия решения о невозможности отнесения информации о деятельности государственного органа или органа местного самоуправления к общедоступной информации для ее последующего размещения в сети "Интернет" в форме открытых данных являются (п.8):

• Установление государственным органом, органом местного самоуправления отсутствия общественной потребности в опубликовании информации в форме открытых данных;
  
  
• Отнесение информации о деятельности государственного органа или органа местного самоуправления к информации ограниченного доступа в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Решение об отнесении или невозможности отнесения информации к общедоступной информации для ее последующего размещения в сети «Интерне» в форме открытых данных должно содержать следующую информацию (п.9):

• Указание на информацию, предлагаемую к раскрытию в форме открытых данных, а также состав сведений, раскрывающих такую информацию (в решениях о невозможности отнесения информации к общедоступной информации для ее последующего размещения в сети «Интернет» в форме открытых данных состав сведений не раскрывается);
  
  
• Указание на нормативный правовой акт, в соответствии с которым информация отнесена к информации ограниченного доступа (при принятии решения о невозможности отнесения информации к общедоступной информации для ее последующего размещения в сети «Интернет» в форме открытых данных).

Решение подписывается уполномоченным должностным лицом органа государственной власти или органа местного самоуправления (п.10).

В случае принятия решения о невозможности отнесения информации к общедоступной информации, подготовка нового набора данных или внесение изменений в существующий набор данных не осуществляется (п.12).

Государственные органы, органы местного самоуправления не реже одного раза в год должны проводить анализ актуальности общедоступной информации (п.14).

Мой комментарий: Как мне кажется, про «открытые данные» в нашей стране уже мало кто вспоминает -  такой способ доступа к государственной информации у нас не получил поддержки даже у её потребителей. Для государственных органов «открытые данные» - это дополнительная работа, которая, с моей точки зрения, обычно не даёт достаточной отдачи, чтобы эти органы заинтересовать. К тому же мировая шумиха вокруг «открытых данных» давно уже сошла на нет (в том числе и потому, что в целом этот подход не оправдал возлагавшихся на него ожиданий), да и в условиях жёсткой конфронтации с Западом раскрытие любых государственных данных стало лишним источником потенциальных угроз …

Источник: Консультант Плюс
https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=478371

Требования к содержанию согласия на обработку «персональных данных, разрешенных для распространения»

Приказом Роскомнадзора от 24 февраля 2021 года №18 утверждены «Требования к содержанию согласия на обработку персональных данных, разрешенных субъектом персональных данных для распространения», которые вступают в силу с 1 сентября 2021 года и действует до 1 сентября 2027 года.
 
Согласие должно содержать следующую информацию:

• Фамилия, имя, отчество (при наличии) субъекта ПДн;
  
  
• Контактная информация (номер телефона, адрес электронной почты или почтовый адрес субъекта ПДн);
  
  
• Сведения об операторе-организации - наименование, адрес, указанный в Едином государственном реестре юридических лиц, идентификационный номер налогоплательщика, основной государственный регистрационный номер (если он известен субъекту ПДн);
  
  
• Сведения об операторе - физическом лице - фамилия, имя, отчество (при наличии), место жительства или место пребывания;
  
  
• Сведения об операторе-гражданине, являющемся индивидуальным предпринимателем, - фамилия, имя, отчество (при наличии), идентификационный номер налогоплательщика, основной государственный регистрационный номер (если он известен субъекту ПДн);
  
  
• Сведения об информационных ресурсах оператора (адрес, состоящий из наименования протокола (http или https), сервера (www), домена, имени каталога на сервере и имя файла веб-страницы), посредством которых будут осуществляться предоставление доступа неограниченному кругу лиц и иные действия с персональными данными субъекта ПДн;
  
  
• Цель (цели) обработки персональных данных;
  
  
• Категории и перечень персональных данных, на обработку которых дается согласие субъекта ПДн:
  
  
• Персональные данные (фамилия, имя, отчество (при наличии), год, месяц, дата рождения, место рождения, адрес, семейное положение, образование, профессия, социальное положение, доходы, другая информация, относящаяся к субъекту персональных данных);
  
  
• Специальные категории персональных данных (расовая, национальная принадлежности, политические взгляды, религиозные или философские убеждения, состояние здоровья, интимной жизни, сведения о судимости);
  
  Мой комментарий: Статья 10 Федерального закона от 27 июля 2006 г. №152-ФЗ «О персональных данных» не включает в специальные категории ПДн сведения о судимости. Роскомнадзор, таким образом, самовольно ужесточает требования законодательства, что недопустимо!
  
  
• Биометрические персональные данные;
  
  
• Категории и перечень персональных данных, для обработки которых субъект персональных данных устанавливает условия и запреты, а также перечень устанавливаемых условий и запретов (заполняется по желанию субъекта ПДн);
  
  
• Условия, при которых полученные ПДн могут передаваться оператором, осуществляющим их обработку, только по его внутренней сети, обеспечивающей доступ к информации лишь для строго определенных сотрудников, либо с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, либо без передачи полученных персональных данных (заполняется по желанию субъекта ПДн);
  
  
• Срок действия согласия.

Мой комментарий: Реальное исполнение «изобретенных» из самых лучших побуждений, но крайне обременительных и практически неисполнимых требований к получении согласий и их содержанию (в сочетании с возможностью данные согласия в любой момент отозвать) привело бы в ступор всю цифровую экономику, а также остановило бы весь интернет и социальные сети. Поэтому нарушают и будут нарушать все, в результате чего создается коррупциогенная ситуация, когда кого-то можно сурово наказать, а кому-то простить…

Если бы подобные требования к управлению согласиями государство и общество восприняли на полном серьёзе, то можно было бы хотя бы утешиться тем, что потребность в специалистах нашей профессии многократно увеличилась бы (но я таких надежд не питаю).

Согласно поговорке, тост на охоте должен быть коротким, как выстрел. Согласие на обработку ПДн тоже должно быть максимально простым и понятным, не превращаясь в многостраничные талмуды, которые на практике читают только зануды-юристы, и только тогда, когда дело доходит до скандала и суда.

Откровенно говоря, я бы предпочла, чтобы законодатель «протрезвел», вспомнил, что он сам в свободное от законотворчества время делает в интернете, и ответил для начала на простые житейские вопросы: Является ли размещение ПДн в открытой учётной записи в социальной сети согласием по умолчанию на их дальнейшее распространение и повторную обработку в самых различных целях (по логике законодателя, нет)? И если нет, является ли теперь нарушением закона «О персональных данных» любое нажатие кнопки «репост», «ретвит» и т.п.?

Источник: Консультант Плюс
https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=382687 

Закон «О персональных данных»: Согласия на обработку разрешенных для распространения персональных данных

В большом комплекте законов, подписанных Президентом РФ 30 декабря 2020 года, есть и федеральный закон от 30 декабря 2020 года №519-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О персональных данных». Новые положения уже вступили в силу 1 марта 2021 года.

В пояснительной записке авторы законопроекта отмечают, что «действующая правовая конструкция Федерального закона «О персональных данных» позволяет третьим лицам осуществлять сбор и последующее неконтролируемое использование указанных персональных данных на интернет-сайтах в целях, отличных от цели их первоначального распространения, а равно с ориентиром на иные целевые аудитории, что нарушает принцип целеполагания, установленный статьей 5 Федерального закона «О персональных данных».

Закон «О персональных данных» был дополнен новым понятием: «персональные данные, разрешенные субъектом персональных данных для распространения».

Статья 3. Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе

1.1) персональные данные, разрешенные субъектом персональных данных для распространения, - персональные данные, доступ неограниченного круга лиц к которым предоставлен субъектом персональных данных путем дачи согласия на обработку персональных данных, разрешенных субъектом персональных данных для распространения в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Требования к содержанию согласия на обработку персональных данных, разрешенных субъектом персональных данных для распространения, устанавливаются уполномоченным органом по защите прав субъектов персональных данных (ч.9 ст.9).

Мой комментарий: Появился на свет новый вид согласия, которое субъект ПДн должен будет оформлять – иными словами, новая головная боль для операторов персональных данных, да и для специалистов по управлению документами тоже.

Авторы законопроекта отмечали в пояснительной записке, что «согласие субъекта персональных данных выступает в качестве исключительного правового основания на обработку персональных данных, сделанных общедоступными, содержание которого в обязательном порядке должно включать в себя перечень интернет-ресурсов оператора, на которых планируется размещать общедоступные персональные данные. Оператор обязан обеспечить субъекту персональных данных возможность определить перечень общедоступных персональных данных по каждой категории персональных данных, указанной в согласии».

Важным моментом является то, что с согласия субъекта ПДн могут обрабатываться и специальные категории ПДн (п.2 ч.2 ст.10)

Закон дополнен новой статьей 10.1 «Особенности обработки персональных данных, разрешенных субъектом персональных данных для распространения», в которой описан порядок получения такого согласия.

Согласие оформляется отдельно от иных согласий субъекта ПДн на обработку его персональных данных. Оператор обязан обеспечить субъекту ПДн возможность определить перечень разрешенных им для распространения персональных данных по каждой категории ПДн, указанной в согласии (ч.1).

Обязанность предоставить доказательства законности последующего распространения или иной обработки таких ПДн лежит на каждом лице, осуществившем их распространение или иную обработку:

• В случае раскрытия ПДн неопределенному кругу лиц самим субъектом персональных данных без предоставления оператору согласия (п.2);
  
  
• В случае, если ПДн оказались раскрытыми неопределенному кругу лиц вследствие правонарушения, преступления или обстоятельств непреодолимой силы (п.3).

В случае, если из предоставленного согласия не следует, что субъект ПДн:

• Согласился с распространением, - такие персональные данные обрабатываются оператором, которому они предоставлены, без права распространения (п.4);
  
  
• Не установил запреты и условия на обработку ПДн или если в предоставленном согласии не указаны категории и перечень ПДн, для обработки которых он устанавливает условия и запреты, - такие ПДн обрабатываются оператором, которому они предоставлены, без передачи (распространения, предоставления, доступа) и возможности осуществления иных действий с персональными данными неограниченному кругу лиц (п.5).

Согласие может быть предоставлено оператору (п.6):

• Непосредственно;
  
  
• С использованием информационной системы уполномоченного органа по защите прав субъектов персональных данных (с 1 июля 2021 года).

Правила использования информационной системы уполномоченного органа, в том числе порядок взаимодействия субъекта ПДн с оператором, определяются Роскомнадзором (п.7).

Молчание или бездействие субъекта ПДн ни при каких обстоятельствах не может считаться согласием (п.8).

В согласии субъект ПДн вправе установить запреты на передачу данных оператором неограниченному кругу лиц (кроме предоставления доступа), а также запреты на их обработку или условия обработки (кроме получения доступа) неограниченным кругом лиц. Отказ оператора в установлении субъектом ПДн запретов и условий не допускается (п. 9).

Оператор обязан в срок не позднее трех рабочих дней с момента получения согласия опубликовать информацию об условиях обработки и о наличии запретов и условий на обработку неограниченным кругом лиц ПДн, разрешенных субъектом персональных данных для распространения (п.10).

Установленные субъектом ПДн запреты на передачу (кроме предоставления доступа), а также на обработку или условия обработки (кроме получения доступа) персональных данных, разрешенных субъектом персональных данных для распространения, не распространяются на случаи обработки ПДн в государственных, общественных и иных публичных интересах, определенных законодательством РФ (п.11).

Передача (распространение, предоставление, доступ) ПДн должна быть прекращена в любое время по требованию субъекта ПДн. Данное требование должно включать в себя: (п.12)

• Фамилию, имя, отчество (при наличии),
  
  
• Контактную информацию (номер телефона, адрес электронной почты или почтовый адрес) субъекта персональных данных, а также
  
  
• Перечень персональных данных, обработка которых подлежит прекращению.

Указанные в данном требовании персональные данные могут обрабатываться только оператором, которому оно направлено.

Действие согласия прекращается с момента поступления оператору такого требования (п.13).

Субъект ПДн вправе обратиться с требованием прекратить передачу (распространение, предоставление, доступ) своих персональных данных, ранее разрешенных им для распространения, к любому лицу, их обрабатывающему, в случае несоблюдения положений настоящей статьи или обратиться с таким требованием в суд. Данное лицо обязано прекратить передачу (распространение, предоставление, доступ) ПДн в течение трех рабочих дней с момента получения требования или в срок, указанный во вступившем в законную силу решении суда, а если такой срок в решении суда не указан, то в течение трех рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу (п.14).

Требования статьи не применяются в случае обработки ПДн в целях выполнения возложенных законодательством РФ на федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления функций, полномочий и обязанностей (п.15).

Мой комментарий: Борьба за защиту персональных данных набирает обороты, и можно ожидать, что судебная практика обогатиться новыми интересными делами. Насколько эффективны будут новые нормы в плане защиты персональных данных, покажет только жизнь, - пока же я могу только посочувствовать операторам, которым придётся дополнительно оформлять согласие на обработку персональных данных, разрешенных субъектом персональных данных для распространения.

Замечу также, что оформление и исполнение условий согласи настолько сложны и забюрократизированы, а возможность отзыва согласия в любой момент делает обработку подобных персональных данных настолько построенной «на песке», - что, как мне кажется, куда проще (как мы уже наблюдаем на практике) устанавливать порядок обработки определенных категорий ПДн в специальных отраслевых законах, избегая тем самым необходимости исполнять общие требования закона «О персональных данных»…

Источник: Консультант Плюс
https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=372682

Судебная практика: Персональные данные врачей, часть 3

(Продолжение, начало см. http://rusrim.blogspot.com/2020/08/1.html и http://rusrim.blogspot.com/2020/08/2_2.html )

Спор между врачом и обществом ООО «МедРейтинг» был повторно рассмотрен Судебной коллегией по гражданским делам Воронежского областного суда в марте 2020 года (дело №33-1212)..

Для справки: Кратко напомню суть спора. В мае 2018 года гражданке (она работала врачом ультразвуковой диагностики в Воронежском Областном клиническом консультативно - диагностическом центре, имела ученую степень кандидата наук, врачебный стаж с 1997 года, стаж работы по специальности «ультразвуковая диагностика» с 2015 года) стало известно, что на публичном сайте ООО «МедРейтинг» были размещены её данные (имя, фамилия, место работы, должность) и пользователи - в основном, анонимные - оставляли там негативные отзывы о её работе.

Поскольку в добровольном порядке общество не прекратило обработку её персональных данных, то гражданка обратилась в суд с иском к обществу о защите ПДн, взыскании компенсации морального вреда в размере 150 тысяч рублей,  считая, что раз она не давала своего согласия на обработку её ПДн, она имеет право требовать их снятия с интернет-ресурса, а обработка данных осуществляется в нарушение федерального закона №152-ФЗ «О персональных данных».

Позиция Судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда

В суд общество ООО «МедРейтинг» представило дополнительные возражения на апелляционную жалобу, в которых указало, что сайт «ПроДокторов» является средством массовой информации, а не общедоступным источником персональных данных, справочником, адресной книгой.

Обработка ПДн средством массовой информации «ПроДокторов» без согласия субъекта правомерна и соответствует закону. Информация, содержащаяся на интернет-странице, относится к профессиональной деятельности истицы и не затрагивает её частную жизнь. Имеется общественный интерес относительно ее деятельности, как врача, обусловленный интересом пациентов к качеству оказываемой доктором медицинской помощи. У гражданки имелись и имеются эффективные средства для защиты своих гражданских прав, в связи с опубликованием отзывов на сайте ответчика, путем опровержения соответствующих сведений в том же СМИ без раскрытия ПДн пациента, чем пользуются ежедневно другие врачи.

Суд отметил, что из протокола осмотра сайта нотариусом в мае 2018 года видно, что на интернет-странице размещены сведения о враче УЗИ, шесть отзывов о ней, пять из которых негативного содержания с указанием на некомпетентность врача, непрофессиональное проведение ею обследований, а также недоброжелательность по отношению к пациенту, неразъяснение ему в доступной форме результатов обследования. Некоторые отзывы составлены в грубой, унизительной форме. Уже после обращения гражданки ответчиком была проведена проверка, в результате которой три отзыва были опровергнуты и один отзыв изменён таким образом, что стал содержать не утверждение, а мнение пациента о компетентности врача.

Таким образом, утверждения ответчика о том, что отзывы пользователей предварительно просматривались, редактировались и размещались при условии подтверждения факта оказания медицинской помощи талоном на прием к врачу или медицинскими документами, не соответствуют действительности, так как изначально негативная информация об истице распространялась в необработанном виде и без какой-либо предварительной проверки.

Суд подчеркнул, что на сайте ответчика были размещены персональные данные истицы (имя, фамилия, место работы, должность), а также негативные оценки пользователей её профессиональных и общечеловеческих качеств, которые стали доступны неопределенному кругу лиц.

По мнению суда, данные сведения затрагивают психологическую неприкосновенность личности, в том числе право жить уединенно, не привлекая к себе нежелательного внимания, в связи с чем вывод суда о том, что ответчиком не распространялись сведения о частной жизни гражданки, нельзя признать правильным.

По мнению коллегии, при разрешении настоящего дела суд первой инстанции исходил из того, что наличие какой-либо необходимости или потребности общества в раскрытии ПДн лиц, занимающихся медицинской деятельностью, обусловлено публичной деятельностью, поэтому в рассматриваемом случае публикация имени, фамилии и места работы истицы взаимосвязана с общественным интересом к качеству оказания медицинских услуг. Учитывая, что ответчик воспроизвел информацию, размещенную на официальном сайте ЛПУ, в силу её публичной деятельности, то он не нарушил её права и законные интересы.

Между тем, районный суд не учел, что согласно разъяснению пункта 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к публичным фигурам относятся лица, занимающие государственную или муниципальную должность, играющие существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области. Доказательств, подтверждающих существенную роль гражданки в общественной жизни, в деле нет, и публичной фигурой она не является.

В материалах настоящего дела отсутствуют также достаточные доказательства, подтверждающие то обстоятельство, что обсуждение деятельности конкретной гражданки, как врача, представляет общественный интерес, а дискуссия относительно её деятельности имеет общественную значимость.

Районный суд при вынесении решения сослался на пункт 7 части 1 статьи 79 федерального закона от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно которой медицинская организация обязана информировать граждан в доступной форме, в том числе с использованием сети Интернет, об осуществляемой медицинской деятельности и о медицинских работниках медицинских организаций, об уровне их образования и об их квалификации, а также предоставлять иную определяемую уполномоченным федеральным органом исполнительной власти необходимую для проведения независимой оценки качества условий оказания услуг медицинскими организациями информацию.

Однако указанная норма закона, предписывающая в обязательном порядке публиковать на сайте лечебного учреждения список работающих в нем врачей, имеет целью оценку качества условий оказания услуг указанным учреждением, в то время как конструкция профиля гражданки, размещенного на сайте prodoctorov.ru, предполагает персональную оценку деятельности только истицы.

Судебной коллегией было установлено, что у истицы не имелось эффективных средств для удаления или опровержения на созданном ответчиком ее профиле комментариев её деятельности как врача, поскольку частично комментарии являлись анонимными, в связи с чем определить объективность высказанного мнения представляется затруднительным; а на те комментарии, которые были подписаны реальными лицами и в которых содержится критика профессиональной деятельности гражданки, она не могла надлежащим образом отреагировать, будучи ограничена врачебной тайной.

Реализация права на свободу слова и распространение информации, включая журналистскую деятельность, должна учитывать право на защиту частной жизни. В материалах настоящего дела отсутствуют достаточные доказательства, подтверждающие соответствие способа сбора и распространения информации о частной жизни гражданки (из которой не может быть полностью исключена деятельность профессионального характера), объема её персональных данных, общественной потребности в данной информации, а также правомерной цели ее сбора и распространения.

Для установления баланса между конкурирующими правами сторон судебная коллегия исходит из того, каковы вклад распространенной ответчиком информации об истице в обсуждение вопросов, представляющих интерес для общества, степень известности истицы, предмет информационного сообщения, предыдущее поведение истицы, содержание, форма и последствия опубликованных сведений, учитывает способ получения информации, отсутствие доказательств ее достоверности и приходит к выводу о неправомерности вмешательства ответчика в частную жизнь истицы.

Судебная коллегия отменила решение Центрального районного суда г. Воронежа, обязала ООО «МедРейтинг» прекратить обработку персональных данных и удалить из сети Интернет с сайта prodoctorov.ru профиль гражданки, содержащий, в том числе, её ПДн врача. Она также взыскала с ООО «МедРейтинг» в пользу врача компенсацию морального вреда в размере 5 тысяч рублей.

Дело этим не закончилось, и в конце июня ООО «МедРейтинг» подало жалобу в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

Судебная коллегия по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции 29 июля 2020 года (дела № 88-18950/2020, №2-2794/2018) оставила без изменения апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда, а кассационную жалобу ООО «МедРейтинг» - без удовлетворения.

Источники: сайт Центрального районного суда г. Воронежа / сайт Воронежского областного суда / Консультант Плюс
https://centralny--vrn.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&name_op=case&_uid=edc54456-4fc6-4ad5-859f-79eefc2af56d&_deloId=1540005&_caseType=&_new=0&srv_num=1&_hideJudge=0
https://oblsud--vrn.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=22660502&delo_id=5&new=5&text_number=1
http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=SOKI;n=266825  
http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ARB;n=613797  
http://судебныерешения.рф/56373557

Судебная практика: Персональные данные врачей, часть 2

(Продолжение, начало см. http://rusrim.blogspot.com/2020/08/1.html )

Спор между врачом и обществом ООО «МедРейтинг» продолжился в Верховном Суде Российской Федерации.

Определением судьи Верховного Суда РФ в сентябре 2019 года кассационная жалоба вместе с делом была передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ.

Позиция Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в ноябре 2019 года (определение  №14-КГ19-15) отметила, что обращаясь в суд, гражданка ссылалась на нарушение ответчиком требований закона при обработке ее персональных данных, однако по существу между сторонами возник спор о ее праве на неприкосновенность её частной жизни и праве ответчика как средства массовой информации свободно искать, получать и распространять информацию с использованием ПДн, что не было учтено судом апелляционной инстанции. Вместе с тем само содержание распространенной ответчиком информации, в частности ее достоверность, предметом спора не являлось.

Суд подчеркнул, что тот факт, что сведения о частной жизни и персональные данные получены из открытых источников, само по себе не лишает гражданина права на защиту частной жизни и защиту своих персональных данных (постановление Большой Палаты ЕСПЧ от 27 июня 2017 г. по делу «Компании «Сатакуннан Марккинаперсси Ой» и «Сатамедиа Ой» против Финляндии» по жалобе №931/13).

При таких обстоятельствах нельзя признать правильным вывод суда апелляционной инстанции о том, что ответчиком не распространялись сведения о частной жизни гражданки.

Суд отметил, что право на защиту частной жизни, включающее защиту персональных данных; и право на свободу поиска, передачи и распространения информации, включая свободу средств массовой информации, могут являться конкурирующими правами.

Реализация права на свободу слова и распространение информации, включая журналистскую деятельность, должна учитывать право на защиту частной жизни. Объем, а также способ сбора и распространения информации о частной жизни, включая объем персональных данных, должны соответствовать общественной потребности в данной информации, а также правомерной цели ее сбора и распространения.

При установлении равновесия между защитой частной жизни и свободой слова должна быть определена значимость вклада обнародования тех или иных сведений в дискуссию по вопросам, представляющим интерес для общества, поскольку пункт 2 статьи 10 Конвенции практически не допускает ограничений политических высказываний и дискуссий по вопросам, представляющим общественный интерес.

Определяя критерии, по которым возможно вмешательство средств массовой информации в частную жизнь гражданина, для установления баланса между конкурирующими правами по общему правилу необходимо исходить из того, каков вклад этой информации в обсуждение вопросов, представляющих интерес для общества, степень известности человека, интересы которого были затронуты, предмет информационного сообщения, предыдущее поведение лица, интересы которого были затронуты, содержание, форма и последствия опубликованных сведений. Кроме того, учитывается также способ получения информации, ее достоверность.

Суд напомнил, что в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2010 года №16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» было разъяснено, что к общественным интересам следует относить не любой интерес, проявляемый аудиторией, а, например, потребность общества в обнаружении и раскрытии угрозы демократическому правовому государству и гражданскому обществу, общественной безопасности, окружающей среде.

Поскольку жизнь и здоровье человека относятся к общепризнанным ценностям, гарантируемым Конституцией РФ, то обсуждение вопросов о состоянии здравоохранения и качестве медицинской помощи, безусловно, имеет большое общественное значение. В частности, к основным принципам охраны здоровья статьей 4 федерального закона от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» отнесены приоритет интересов пациента, доступность и качество медицинской помощи, которые согласно статье 10 данного закона, обеспечиваются в том числе возможностью выбора медицинской организации и врача в соответствии с этим законом.

Установленные данным законом обязанности государства по проверке качества медицинской помощи и доступности информации в сфере здравоохранения, в том числе обязанность медицинских учреждений публиковать данные о врачах, их образовании и уровне квалификации, сами по себе не исключают потребность общества в обсуждении этих вопросов в средствах массовой информации, включая сбор отзывов пациентов о качестве оказанной им медицинской помощи и опубликование этих сведений.

Между тем объем информации о конкретных врачах, включая их персональные данные, а также способ получения и распространения этой информации должны быть соотнесены с правом каждого врача на защиту частной жизни, чему не было дано оценки судом апелляционной инстанции по настоящему делу.

Так, по утверждению истицы, ответчик, предоставив возможность неограниченному кругу пользователей сети «Интернет» анонимно оставлять комментарии о ней, привлек к ней излишнее внимание, спровоцировал сбор негативной информации о ней, которая распространялась ответчиком в необработанном виде и без какой-либо предварительной проверки. По ее мнению, данное интернет-издание является по существу справочником, каталогом врачей, из которого она вправе требовать удаления персональных данных на основании части 2 статьи 8 Закона о персональных данных.

По утверждению ответчика, отзывы пользователей предварительно просматривались, редактировались и размещались при условии подтверждения факта оказания медицинской помощи талоном на прием к врачу или медицинскими документами. Также, по утверждению ООО «МедРейтинг», по обращению гражданки проводилась дополнительная проверка, а ее требование удалить информацию обусловлено желанием скрыть свои ошибки и недостатки в профессиональной деятельности. Сайт prodoctorov.ru не относится к справочникам или каталогам, а является средством массовой информации, содержащиеся на нем сведения являются продуктом журналистской деятельности.

Названные выше доводы и возражения учтены не были, а необходимые для этого обстоятельства не установлены.

Судом не дано оценки тому, представляет ли обсуждение деятельности гражданки, как врача Областного консультативно-диагностического центра (ВОККДЦ), общественный интерес, является ли она публичной фигурой, к каковым относятся, согласно разъяснению пункта 44 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», лица, занимающие государственную или муниципальную должность, играющие существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области, - то есть при рассмотрении дела следовало принимать во внимание общественную значимость дискуссии относительно ее деятельности.

Коллегия также отметила, что суд при вынесении апелляционного определения сослался на пункт 7 части 1 статьи 79 федерального закона от 21 ноября 2011 г.  №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Однако указанная норма закона, предписывающая в обязательном порядке публиковать на сайте лечебного учреждения список работающих в нем врачей, имеет целью оценку качества условий оказания услуг указанным учреждением, в то время как конструкция профиля врача, размещенного на сайте prodoctorov.ru, предполагает персональную оценку деятельности только гражданки. Оценка указанных обстоятельств в определении суда апелляционной инстанции также отсутствует.

Кроме того, при разрешении спора о соблюдении баланса интересов между защитой частной жизни и свободой слова суду следовало установить, имелись ли у гражданки эффективные средства для удаления на созданном ответчиком ее профиле комментариев ее деятельности как врача, принимая во внимание, что частично комментарии являлись анонимными, в связи с чем представляется затруднительным определить объективность высказанного мнения, а на те комментарии, которые были подписаны реальными лицами и в которых содержится критика ее профессиональной деятельности, она не может надлежащим образом отреагировать, будучи ограничена врачебной тайной.

Допущенные судом второй инстанции нарушения норм права являются существенными, в связи с чем апелляционное определение подлежит отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда и направила дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Мой комментарий: Поскольку дело еще не закончено, я хочу обратить внимание коллег на два вопроса, которые в данном деле, как мне кажется, серьёзно не рассматривались.

Во-первых, размещение персональных данных врачей в интернете. Согласно требованием законодательства данные о медицинских работниках в обязательном порядке размещаются на официальных сайтах медицинских учреждений, где они работают. Но вот насколько правомочно копирование и размещение этих данных на других информационных ресурсах? В свое время очень мною любимый информационный ресурс Росправосудие, который агрегировал с официальных сайтов российских судов судебные решение, размещенные в открытом доступе, был закрыт именно на том основании, что он не деперсонафицировал ПДн, упомянутые в текстах судебных решений при их размещении на своем сайте. При этом Роскомнадзор подчеркивал, что суды имеют право размещать такие решение без рецензирования, т.к. им это разрешено законом.

Что касается ответчика, то, как мне кажется, средства массовой информации должны самостоятельно создавать контент. Предложение просто обобщать в единую базу данных информацию о медицинских работниках и не публиковать на сайте никаких своих материалов, подготовленных на основе этой информации, как мне кажется, несколько противоречит тому, что мы обычно привыкли ждать от СМИ.

Что касается публикации отзывов о профессиональной деятельности врача, то в судебном разбирательстве на первом круге суды даже не попытались рассмотреть вопрос о том, какими доказательствами ответчик может подтвердить то, что отзывы даны реальными пациентами врача и являются объективными.

Так что рассмотрение дела пошло на второй круг …

(Продолжение следует, http://rusrim.blogspot.com/2021/04/3.html )

Источники: сайт Центрального районного суда г. Воронежа / сайт Воронежского областного суда / Консультант Плюс
https://centralny--vrn.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&name_op=case&_uid=edc54456-4fc6-4ad5-859f-79eefc2af56d&_deloId=1540005&_caseType=&_new=0&srv_num=1&_hideJudge=0
https://oblsud--vrn.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=22660502&delo_id=5&new=5&text_number=1
http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=SOKI;n=266825 
http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ARB;n=613797 

Судебная практика: Персональные данные врачей, часть 1

Активное использование информационных технологий неизбежно приводит к проблемам с использованием персональных данных (ПДн). И, как показывает правоприменительная практика, суды до сих пор так до конца не разобрались с нюансами этого законодательства.

Центральный районный суд г. Воронежа в ноябре 2018 года вынес решение по делу №2-2794/18, в котором врач оспаривала правомочность размещения её ПДн на сайте ООО «МедРейтинг», которое имело статус электронного средства массовой информации.

Суть спора

В мае 2018 гражданке (она работала врачом ультразвуковой диагностики в Воронежском Областном клиническом консультативно - диагностическом центре (ВОККДЦ), имела ученую степень кандидата наук, врачебный стаж с 1997 года, стаж работы по специальности «ультразвуковая диагностика» с 2015 года) стало известно, что на публичном сайте общества были размещены ее данные (имя, фамилия, место работы, должность); и что на этом сайте пользователи (в основном, анонимные) оставляли негативные отзывы о её работе.

После осмотра данного сайта нотариусом был составлен протокол осмотра, и гражданка обратилась к администратору домена с просьбой прекратить осуществление обработки ее данных.

Поскольку в добровольном порядке ООО «МедРейтинг» не прекратило обработку ПДн, то гражданка обратилась в суд с иском к обществу о обеспечении защиты её ПДн, взыскании компенсации морального вреда в размере 150 тысяч рублей. Поскольку она не давала своего согласия на обработку ПДн, и те обрабатывались в нарушение ФЗ №152-ФЗ «О персональных данных», гражданка потребовала их удаления из интернет-ресурса.

Позиция ООО «МедРейтинг»

ООО «МедРейтинг» имеет статус электронного средства массовой информации (СМИ), поэтому имеет право работы с общедоступными данными о лечебных заведениях и работающих врачах. На сайте публикуются отзывы и субъективные суждения пациентов о качестве предоставленных медицинских услуг. Условием для публикации является предоставление данных пациентов и представление подтверждающих документов (талон и др. меддокументов), при этом у каждого врача есть право на опровержение размещенных сведений пациентами. Удаление общедоступных данных гражданки, которые были взяты из открытых источников на сайте лечебного заведения, будет нарушать право СМИ о доведении информации до заинтересованных лиц и пациентов, а также будет являться фактором установления цензуры для СМИ, что недопустимо.

Обществом была представлена распечатка журнала с детальными сведениями о действиях владельца IP адреса сайта, подтверждающая, что направление сведений об ЛПУ и врачах производится иными адресатами; а также заключение центра психологии и бизнес консультирования «ЛОГОС» о возможном восприятии негативных отзывов в отношении истца вследствие желания скрыть недостатки.

Позиция Центрального районного суда г. Воронежа

Суд отметил, что сведения о медицинских, лечебных учреждениях и врачах обществом были взяты, в том числе в отношении гражданки, из общедоступных данных медицинских организаций, размещенных на сайте, в данном случае диагностического центра.

Для сведения: В соответствии с положениями подп.8 п.1 ст.6 федерального закона «О персональных данных», допускается обработка персональных данных, необходимая для осуществления профессиональной деятельности журналиста и (или) законной деятельности средства массовой информации либо научной, литературной или иной творческой деятельности при условии, что при этом не нарушаются права и законные интересы субъекта персональных данных.

Суд подчеркнул, что нормами ч.7 ст.79 ФЗ от 21.01.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусматривается необходимость информировать граждан в доступной форме, в том числе с использованием сети «Интернет», об осуществляемой медицинской деятельности, и о медицинских работниках медицинских организаций, об уровне их образования, и об их квалификации, а также предоставлять иную определяемую уполномоченным федеральным органом исполнительной власти необходимую для проведения независимой оценки качества условий оказания услуг медицинскими организациями информацию. Суд сделал вывод о том, что все данные о медицинских работниках официально публикуются на сайте медицинских организаций и являются общедоступными.

Предоставление медицинских услуг и медицинской помощи подразумевает совершение действий в отношении неопределенного круга лиц и не может быть ограничено при обращении.

Наличие какой-либо необходимости или потребности общества в раскрытии персональных данных лиц, занимающихся медицинской деятельностью, обусловлено публичной деятельностью, поэтому в рассматриваемом случае публикация имен, фамилий и места работы гражданки взаимосвязана с общественным интересом к качеству оказанию медицинских услуг.

Учитывая, что общество воспроизвело информацию, размещенную на официальном сайте лечебного областного учреждения (субъекта РФ), в том числе сведения о фамилии, имени, должности и месте работы гражданки в силу ее публичной деятельности, оно не нарушило её права и законные интересы. Публикация персональных данных, позволяющих идентифицировать личности граждан, с подробным описанием места работы и должности, не нарушает конституционное право граждан, а у самой истицы имеется право на предоставление ответа в случае несогласия с оценкой пациентов.

По мнению суда, наличие возможности оценки качества медицинских услуг в соответствии с приказом Минздрава РФ №956н от 30.12.2014 не препятствует размещение общедоступных данных о медицинском работнике через СМИ.

Суд пришел к выводу о том, что ООО «МедРейтинг» как орган СМИ, размещая на сайте профиль гражданки, содержащий, в том числе и персональные данные, не нарушил ее права и требования закона «О персональных данных».

Суд также отметил, что использованные обществом ПДн гражданки не относятся к сведениям, которые СМИ не вправе разглашать в распространяемых сообщениях и материалах в соответствии со ст. 41 закона Российской Федерации от 27.12.1991 №2124-1 «О средствах массовой информации».

Суд счёл, что оснований для удовлетворения требований о возложении обязанности прекратить обработку ПДн и удалить из сети «Интернет» с сайта общества профиль, содержащий, в том числе и ПДн, не имеется.

Суд оставил без удовлетворения исковые требования гражданки к ООО «МедРейтинг».

Позиция гражданки в апелляционной жалобе

В своей апелляционной жалобе гражданка отметила, что судом первой инстанции было ошибочно оценено и квалифицировано событие - факт размещения и обработки ответчиком её ПДн без её согласия - как единственное основание иска.

На самом деле спорных событий было два:

• Факт внесения её ПДн в виде отдельного профиля и в формате для публичного анонимного обсуждения на сайт prodoctorov.ru , без согласия субъекта ПДн;


• Факт отказа ответчика - оператора ПДн исключить сведения о субъекте ПДн из общедоступного источника, после предъявления соответствующего требования.

Районный суд в развитии выводов о первом событии руководствуется положениями пункта 1 статьи 8 федерального закона «О персональных данных», при этом не учел пункт 2 данной нормы, согласно которому сведения о субъекте ПДн должны быть в любое время исключены из общедоступных источников ПДн по требованию субъекта ПДн.

Позиция ООО «МедРейтинг»

Требование удаления общедоступных ПДн противоречит нормам законодательства о средствах массовой информации, подобные требования являются проявлением цензуры.

Фамилия, имя, отчество врача, равно как и сведения о его образовании, должны быть доступны широкому кругу лиц для обеспечения прозрачности и доступности медицинской помощи для граждан Российской Федерации. Нарушений норм закона «О персональных данных» ответчиком не было допущено.

Позиция Судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в феврале 2019 года (дело № 33-789) отметила, что ссылка заявителя в жалобе на неприменение судом при рассмотрении настоящего дела положений части 2 статьи 8 Федерального закона «О персональных данных» является несостоятельной, поскольку оснований для признания незаконными оспариваемых действий ответчика, влекущих возложение на него обязанности удалить из сети интернет с сайта «ПроДокторов» профиль, содержащий, в том числе, ПДн врача, судом не установлено.

Поскольку для обработки общедоступных ПДн не требуется согласия субъекта этих ПДн, то и требование данного субъекта о прекращении обработки его ПДн не может оказывать влияния на дальнейшую обработку данных, в целях осуществления профессиональной деятельности журналиста и законной деятельности средства массовой информации.

Судебная коллегия оставила без изменения решение Центрального районного суда г. Воронежа, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Врач продолжила бороться и направила кассационную жалобу в Верховный Суд РФ.

(Продолжение следует, см. http://rusrim.blogspot.com/2020/08/2_2.html )

Источники: сайт Центрального районного суда г. Воронежа / сайт Воронежского областного суда / Консультант Плюс
https://centralny--vrn.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&name_op=case&_uid=edc54456-4fc6-4ad5-859f-79eefc2af56d&_deloId=1540005&_caseType=&_new=0&srv_num=1&_hideJudge=0
https://oblsud--vrn.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=22660502&delo_id=5&new=5&text_number=1
http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=SOKI;n=266825
http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ARB;n=613797 

Судебная практика: Уничтожение электронной переписки

Утечки личной электронной переписки, к сожалению, стали привычной частью нашей жизни. С моей точки зрения, в нашем законодательстве вопрос о защите нарушенных прав граждан проработан недостаточно. 

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в апреле 2017 года вынесла решение по делу № 33-11364/2017 в котором гражданин предъявлял претензии к средству массовой информации и журналистам, которые при подготовке затрагивающей его профессиональную детальность публикации использовали украденную у гражданина и размещенную в открытом доступе электронную переписку - и обратились лично к нему с просьбой прокомментировать эту переписку.

Суть спора

Гражданин обратился в суд с иском к АНО «Редакционно-издательский дом «Новая газета»» и двум гражданам о пресечении действий, нарушающих его права, обязании уничтожить документы, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований он указал, что в распоряжении граждан находятся электронные сообщения, созданные и направленные им, а также адресованные ему и полученные им с помощью информационно-телекоммуникационных сетей.

Ссылаясь на то, что данная переписка носит личный характер и не передавалась им ответчикам, гражданин просил суд обязать их в течение 7 дней со дня вступления решения в законную силу уничтожить имеющиеся у них документы (в том числе электронные), содержащие электронные сообщения, написанные от его имени или адресованные ему, а также обязать уничтожить любую иную имеющуюся у ответчиков информацию о таких электронных сообщениях; и взыскать с корреспондентов компенсацию морального вреда.

Позиция Басманного районного суда города Москвы

Суд отметил, что согласно ч.1 ст.152.2 Гражданского кодекса РФ, если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Не являются нарушением этих правил сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Для справки: В силу п.8 ч.1 ст.6 федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим федеральным законом. Обработка персональных данных, в частности, допускается в случае если она необходима для осуществления профессиональной деятельности журналиста и (или) законной деятельности средства массовой информации либо научной, литературной или иной творческой деятельности при условии, что при этом не нарушаются права и законные интересы субъекта персональных данных.

Судом первой инстанции было установлено, что постановлением помощника прокурора гражданин был признан потерпевшим по уголовному делу, возбужденному в отношении неизвестных лиц по п.2 ч.2 ст.208 УК Республики (название вымарано) в связи с размещением на интернет-сайте его служебной переписки.

В судебном заседании гражданин пояснил, что ответчики при проведении интервью предоставили ему находящиеся в их распоряжении документы и файлы, содержащие его личную переписку, которая им лично никому не передавалась. Также ответчики сообщили ему о том, что переписка находится в общем доступе и размещена на интернет-сайте, однако, после осмотра данного сайта какой-либо переписки он не обнаружил, что и было зафиксировано в протоколе осмотра.

Представитель «Новой газеты» в судебном заседании пояснил, что служебная и личная переписка гражданина были размещена третьими лицами в открытом доступе в сети интернет на сайте, однако доказательств, подтверждающих факт наличия в распоряжении ответчика указанных сведений, гражданином не было представлено. Поскольку истец был признан потерпевшим по уголовному делу, то данные сведения имеются во всеобщем доступе, и удовлетворение заявленных требований не восстановит положение, существовавшее до предполагаемого нарушения.

Также представитель ответчика пояснил, что гражданином не конкретизировано, какие именно сведения, за какой период он просит обязать уничтожить, в связи с чем полагал, что ответчиками права истца не нарушены.

Ответчик-физическое лицо в судебном заседании пояснил, что с целью выполнения редакционного задания и подготовки материала совместно со вторым ответчиком он обратился к гражданину с просьбой об интервью, предоставив гражданину его переписку, которая была размещена в открытом доступе. Никакого несанкционированного доступа к личной переписке гражданина ответчиками не осуществлялось.

Нотариусом г. Москвы был произведен осмотр информации в Интернете, в результате которого была обнаружена переписка с двух электронных адресов и адресованная на указанные адреса.

Нотариусом Соединенного Королевства был произведен осмотр сайта, с которого путем нескольких переадресаций были скачаны файлы, указанные файлы были записаны на приложенный к протоколу диск.

В судебном заседании был произведен осмотр вышеуказанного диска, на котором находилась переписка.

Позже нотариусом г. Москвы вновь произведен осмотр сайта, в результате которого было установлено, что файлы переписки гражданина не существуют.

Также в ходе судебного заседания судом был произведен осмотр сайта со ссылками на переписку, в результате осмотра указанных файлов было обнаружено, что данные файлы больше не существуют.

При принятии решения суд исходил из того, что спорные сведения были размещены в сети Интернет в открытом доступе, что подтверждается протоколами осмотров сайта, произведенных нотариусом г. Москвы и нотариусом Соединенного Королевства. Факт размещения ссылок на файловые архивы, содержащие переписку истца, подтверждается постановлением о признании его потерпевшим по возбужденному уголовному делу. В связи с этим суд пришел к выводу о том, что гражданином был  избран ненадлежащий способ защиты права, а возложение на ответчиков обязанности уничтожить имеющиеся у них документы, в том числе электронные, содержащие электронные сообщения, написанные от его имени или адресованные ему, а также обязать уничтожить любую иную имеющуюся у ответчиков информацию о таких электронных сообщениях не восстановит положение, существовавшее до размещения его переписки в сети Интернет.

Каких-либо доказательств, подтверждающих факт нахождения в распоряжении ответчиков документов, в том числе электронных, содержащих электронные сообщения, написанные от имени гражданина или адресованные ему, с указанием конкретных реквизитов документов и сообщений, истцом суду не представлено.

Суд пришел к выводу о том, что ответчиками не было нарушено право гражданина на тайну переписки, так как переписка была распространена в телекоммуникационной сети интернет неизвестными лицами, а п.8 ч.1 ст.6 федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» позволяет ответчикам, являющимся журналистами, и ответчику «Новая газета», являющемуся средством массовой информации, осуществлять обработку персональных данных.

При таких обстоятельствах суд не установил правовых оснований для возложения на ответчиков гражданско-правовой ответственности и обязанности в течение 7 дней со дня вступления решения в законную силу уничтожить имеющиеся у них документы, в том числе электронные, содержащие электронные сообщения, написанные от имени истца или адресованные ему, а также обязанности уничтожить любую иную имеющуюся у ответчиков информацию о таких электронных сообщениях.

Поскольку доказательств, подтверждающих нарушение ответчиками личных неимущественных прав гражданина, либо совершение ответчиками иных действий, посягающих на принадлежащие истцу нематериальные блага, суду не представлено, суд не установил предусмотренных ст. 151 Гражданского кодекса РФ оснований для взыскания в пользу гражданина компенсации морального вреда.

Решением Басманного районного суда города Москвы в январе 2017 года в удовлетворении исковых требований гражданина к АНО Редакционно-издательский дом «Новая газета», двум журналистам о пресечении действий, нарушающих права гражданина, обязании уничтожить документы, взыскании компенсации морального вреда было отказано.

Позиция Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в апреле 2017 года отметила, что, несмотря на отсутствие на момент рассмотрения настоящего спора на сайте информации об электронных сообщениях, исходящих от гражданина и адресованных ему, в материалах дела имеются доказательства, подтверждающие доводы ответчиков о том, что ранее информация, содержащая его переписку, в сети Интернет имелась, была общедоступной.

Судебная коллегия оставила без изменения решение Басманного районного суда города Москвы, а апелляционную жалобу гражданина - без удовлетворения.

Мой комментарий: Суд, с моей точки зрения, не разобрался в вопросе о том, что законодательство РФ понимает под общедоступными данными – это, согласно закону о персональных данных, вовсе не любые данные, в том числе краденые, к которым технически может получить доступ любой желающий (точно так же, как выкладывание в интернете краденого произведения не даёт всем желающим право его использовать) – хотя, надо признать, российскому законодательству в этом отношении недостаёт четкости и согласованности. Сравните сами положения двух ключевых законов:

Федеральный закон от 27.07.2006 N 149-ФЗ (ред. от 18.03.2019) "Об информации, информационных технологиях и о защите информации"

Статья 6. Обладатель информации

1. Обладателем информации может быть гражданин (физическое лицо), юридическое лицо, Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование.

3. Обладатель информации, если иное не предусмотрено федеральными законами, вправе:

1) разрешать или ограничивать доступ к информации, определять порядок и условия такого доступа;

2) использовать информацию, в том числе распространять ее, по своему усмотрению;

3) передавать информацию другим лицам по договору или на ином установленном законом основании;

4) защищать установленными законом способами свои права в случае незаконного получения информации или ее незаконного использования иными лицами;

5) осуществлять иные действия с информацией или разрешать осуществление таких действий.

Статья 7. Общедоступная информация

1. К общедоступной информации относятся общеизвестные сведения и иная информация, доступ к которой не ограничен.

2. Общедоступная информация может использоваться любыми лицами по их усмотрению при соблюдении установленных федеральными законами ограничений в отношении распространения такой информации.

3. Обладатель информации, ставшей общедоступной по его решению, вправе требовать от лиц, распространяющих такую информацию, указывать себя в качестве источника такой информации.

4. Информация, размещаемая ее обладателями в сети "Интернет" в формате, допускающем автоматизированную обработку без предварительных изменений человеком в целях повторного ее использования, является общедоступной информацией, размещаемой в форме открытых данных.

5. Информация в форме открытых данных размещается в сети "Интернет" с учетом требований законодательства Российской Федерации о государственной тайне. В случае, если размещение информации в форме открытых данных может привести к распространению сведений, составляющих государственную тайну, размещение указанной информации в форме открытых данных должно быть прекращено по требованию органа, наделенного полномочиями по распоряжению такими сведениями.

6. В случае, если размещение информации в форме открытых данных может повлечь за собой нарушение прав обладателей информации, доступ к которой ограничен в соответствии с федеральными законами, или нарушение прав субъектов персональных данных, размещение указанной информации в форме открытых данных должно быть прекращено по решению суда. В случае, если размещение информации в форме открытых данных осуществляется с нарушением требований Федерального закона от 27 июля 2006 года N 152-ФЗ "О персональных данных", размещение информации в форме открытых данных должно быть приостановлено или прекращено по требованию уполномоченного органа по защите прав субъектов персональных данных.

Федеральный закон от 27.07.2006 N 152-ФЗ (ред. от 31.12.2017) "О персональных данных"

Статья 8. Общедоступные источники персональных данных

1. В целях информационного обеспечения могут создаваться общедоступные источники персональных данных (в том числе справочники, адресные книги). В общедоступные источники персональных данных с письменного согласия субъекта персональных данных могут включаться его фамилия, имя, отчество, год и место рождения, адрес, абонентский номер, сведения о профессии и иные персональные данные, сообщаемые субъектом персональных данных.

2. Сведения о субъекте персональных данных должны быть в любое время исключены из общедоступных источников персональных данных по требованию субъекта персональных данных либо по решению суда или иных уполномоченных государственных органов.

Статья 10. Специальные категории персональных данных

1. Обработка специальных категорий персональных данных, касающихся расовой, национальной принадлежности, политических взглядов, религиозных или философских убеждений, состояния здоровья, интимной жизни, не допускается, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

2. Обработка указанных в части 1 настоящей статьи специальных категорий персональных данных допускается в случаях, если:

2) персональные данные сделаны общедоступными субъектом персональных данных;

Закон о персональных данных в ряде мест говорит о том, что информация делается общедоступной по решению и с согласия субъекта персональных данных. В данном случае владелец информации не давал согласие на ее публичное размещение. Позиция суда фактически позволяет украсть данные, разместить ее где-либо анонимно, а потом использовать везде, где только заблагорассудится, на том основании, что данные якобы стали «публичными».

Суду стоило бы выяснить, знали ли журналисты о том, что данные были украдены, когда использовали их при проведении интервью (думаю, ответ на этот вопрос очевиден). Что касается права на обработку данных журналистами, то суду – как это делают в других странах, в том числе в Великобритании – следовало определить, представляли ли содержащиеся в переписке сведения достаточный общественный интерес для того, чтобы оправдать нарушение права гражданина на неприкосновенность его частной жизни. Тогда суд мог бы принять взвешенное решение на основе баланса интересов частного лица и общества.

Заявление суда о том, что требование уничтожить незаконно полученные персональные данные ничего не поменяет, смехотворно и говорит о непрофессионализме судей. Как минимум, суд вполне мог запретить газете и её журналистам любую дальнейшую обработку и распространение этих данных!

Пресса однозначно поняла решение суда – частную переписку, неправомерно выложенную в интернете третьими лицами, использовать можно:

• «Новая газета» доказала в суде своё право публиковать вскрытую переписку, https://roskomsvoboda.org/25386 


• «Новая газета» выиграла суд …», https://www.novayagazeta.ru/news/2017/01/30/128548-novaya-gazeta-vyigrala-sud-u-advokata-andreya-pavlova

Источник: Консультант Плюс
http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=MARB;n=1244762