Евросоюз: Готовится Исполнительный регламент Еврокомиссии, касающийся квалифицированных услуг электронного архивирования (1)

Проект Исполнительного регламента, которого с нетерпением ждал итальянский рынок, был единогласно одобрен 13 ноября 2025 года. Давайте посмотрим, что он собой представляет и какие изменения он привнесёт в европейское квалифицированное электронное архивирование.

Статья Джованни Манка (Giovanni Manca – на фото), консультанта Национальной ассоциации операторов и ответственных за электронную сохранность (Associazione Nazionale per Operatori e Responsabili della Conservazione digitale, ANORC) была опубликована 18 ноября 2025 года в онлайн-издании Agenda Digitale EU, рассказывающем о новостях цифровизации в Италии.

Джованни Манка

Проект Исполнительного регламента Еврокомиссии о требованиях к квалифицированным услугам электронного архивирования, установленных в статье 45-j Регламента (закона Евросоюза – Н.Х.) eIDAS 2.0, был единогласно одобрен Комитетом eIDAS 13 ноября 2025 года.

Этого регламента с нетерпением и даже с некоторым волнением ожидал итальянский рынок после того, как Регламент eIDAS ввел общие принципы для квалифицированного электронного архивирования в Европе.

Европейское квалифицированное электронное архивирование: Что нового?

Положительным результатом является одобрение, которое не было априори гарантировано, отсылки к положениям технического стандарта CEN/TS 18170:2025 «Функциональные требования к сервисам электронного архивирования» (Functional requirements for the electronic archiving services, о нём см. мой пост https://rusrim.blogspot.com/2025/05/cen-cents-181702025.html – Н.Х.). Его применение потребует определённой адаптации к европейским условиям, но его положения обеспечивают единообразное применение в странах Евросоюза.

Этот стандарт дополняется рядом ссылок на технические нормы, включая стандарты Европейского института телекоммуникационных стандартов (European Telecommunications Standards Institute, ETSI) для электронных подписей и доверенных сервисов, а также модель «Открытой архивной информационной системы» (OAIS), соответствующую международному стандарту ISO 14721:2025 «Практика использования систем космических данных – Эталонная модель открытой архивной информационной системы (OAIS)» (Space Data System Practices - Reference model for an open archival information system (OAIS), см. https://www.iso.org/standard/87471.html и https://www.iso.org/obp/ui/en/#!iso:std:87471:en , а также мой пост https://rusrim.blogspot.com/2025/04/iso-147212025-oais.html – Н.Х.).

Давайте рассмотрим новые правила, всегда учитывая принцип презумпции соответствия. Поставщик доверенных сервисов, соответствующих требованиям Исполнительного регламента, обязан пройти оценку, проводимую органом по оценке соответствия. В остальных случаях необходимо продемонстрировать эквивалентное соответствие принципам, установленным в европейском законе eIDAS.

Требования к прозрачности и уведомлению

Прежде всего, следует отметить, что регламент устанавливает определённые требования к прозрачности и уведомлению.

Поставщики доверенных услуг электронного архивирования (Electronic Archiving Trust Service Providers, EATSP) обязаны:

• Уведомлять уполномоченный контролирующий орган о любых изменениях в их услугах не менее чем за один месяц;
  
  
• Уведомлять не менее чем за три месяца о прекращении предоставления услуг;
  
  
• Предоставлять клиентам и другим сторонам, пользующимся их услугами, четкую, полную и легкодоступную информацию об условиях договора;

Эти требования обеспечивают пользователям услуг возможность всегда быть в курсе событий и адекватно планировать любые изменения организационного характера и переход к другим поставщикам. Персонал, выполняющий роли доверенных лиц, должен обладать специальными компетенциями, подтвержденными прохождением формального обучения, практическим опытом или их сочетанием. Важным элементом является требование о непрерывном повышении квалификации: сотрудники должны проходить обучение по новым угрозам и текущим методам обеспечения безопасности не реже одного раза в 12 месяцев.

(Окончание следует)

Джованни Манка (Giovanni Manca)

Источник: Онлайн-издание Agenda Digitale EU
https://www.agendadigitale.eu/documenti/archiviazione-elettronica-qualificata-europea-cosa-sapere-sul-regolamento-di-esecuzione/ 

От фондов к данным: Переосмысление архивной экспертизы ценности на основе формального анализа, часть 1

Данный пост эксперта в области управления электронными документами, эксперта ИСО от США Энди Поттера (Andy Potter - на фото) был опубликован 23 сентября 2025 года в социальной сети Substack.

Мой комментарий: Данный пост является частично-бесплатным; здесь переведена та его часть, что выложена в свободном доступе.

Введение

Архивная экспертиза ценности (appraisal) возникла в те времена, когда архивисты преимущественно имели дело с бумажными документами, объединёнными в фонды. Методы формального анализа давали возможность оценивать эти агрегации документов посредством изучения их происхождения, структуры и функции. 

Теория экспертизы ценности середины 20-го века, сформулированная Шелленбергом (T. R. Schellenberg), исходила и з того, что правительства не в состоянии сохранять все свои документы, поскольку хранение огромных объёмов документов, их курирование и поиск по ним невозможны. Шелленберг утверждал, что объёмы документов необходимо сокращать на основе тщательной аналитической работы, а не путём их беспорядочного уничтожения. 

В настоящее время нарастание объёмов изначально-электронной информации превратил фонды в огромные наборы данных, заставив архивистов переосмыслить понятия доказательства, аутентичности и контроля, осуществляемого ответственным хранителем. 

В данной статье рассматривается, каким образом формальный анализ может направлять ход экспертизы ценности в этом новом ландшафте, помогая архивистам перейти от фондов к данным, одновременно обеспечивая долговременную сохранность документального наследия.

Основы формального анализа

Первичная/вторичная и доказательная/информационная ценность по Шелленбергу

Шелленберг, формулируя свои представления об экспертизе ценности, исходил из различия между первичной ценностью - ценностью документов для создавшего их органа или организации, и вторичной ценностью – для иных органов и для исследователей. Далее он разделял вторичную ценность на доказательную – ценность документов в качестве свидетельства структуры и функционирования государственного органа; и на информационную ценность - ценность в качестве информации о лицах, вещах или явлениях. 

Документы, имеющие доказательную ценность, документируют политики, процедуры и достижения; в то время, как документы, имеющие информационную ценность, предоставляют данные, которые исследователи могут использовать в различных исследованиях. 

Шелленберг утверждал, что содержащиеся в документах государственного органа свидетельства / доказательства, говорящие о его структуре и программах, оправдывают сохранение этих документов, даже если их непосредственное применение не является очевидным. Таким образом, он отстаивал необходимость проведения целенаправленной проверки доказательной ценности: архивистам следует сохранять минимальный набор документов о структуре и функционировании государственного органа, фиксируя значимые факты в небольшом массиве документов. 

Европейские архивисты, такие как Мейсснер (Meissner) и Мейнерт (Meinert), разработали схожие стандарты, настаивая на том, что отбор документов на постоянное хранение должен проводиться с учётом значимости структурного подразделения и его места в административной иерархии. Такие стандарты иллюстрируют формалистский акцент на структуру, происхождение и функции.

Структурный и формальный анализ в дипломатике

Более поздние теоретики расширили формальный анализ, опираясь на дипломатику. Такие учёные, как Лючиана Дюранти (Luciana Duranti), утверждали, что структурный анализ (изучение административного контекста, серий документов и иерархической структуры в организации) должен сопровождать анализ контента с целью понимания доказательной ценности документов. 

Мейсснер выступал за сочетание структурного и тематического анализа (subject analysis), подчёркивая, что при архивной экспертизе ценности следует принимать во внимание как структуру документных систем, так и темы, которые они документируют. 

Мейнерт подчёркивал, что ценность документов зависит от положения и функций их создателя в структуре государственных учреждений. Лодолини (Lodolini) отмечал, что формальный анализ защищает целостность фондов посредством связывания документов с их происхождением и контекстом, исключая тем потерю контекста документов в ходе экспертизы ценности. 

В британском «Отчёте Григга» 1954 года (Grigg Report – официально это был Отчет Комитета по ведомственным документам (Report of the Committee on Departmental Records), который существенно реформировал архивную практику Великобритании. Отчёт получил своё неформальное название по имени председателя Комитета сера Джеймса Григга ( James Grigg). Подробнее о нём см. статью в архивной энциклопедии: https://www.researchgate.net/...  . Отчёт доступен по адресу https://www.infectedbloodinquiry.org.uk/... – Н.Х.) также подчеркивалось, что структурный анализ позволяет проводить объективную экспертизу ценности документов в различных государственных учреждениях. 

В совокупности эти работы показывают, что формальный анализ опирался на понимание происхождения, взаимосвязей между сериями документов, на иерархическую структуру и административные функции.

Непрерывная экспертиза ценности и раннее вмешательство архивистов

Вторя Шелленбергу, Филип Брукс (Philip C. Brooks) в 1940 году утверждал (см. https://www.google.ru/books/edition/What_Records_Shall_We_Preserve/moQal8bQ5eIC?hl=ru&gbpv=1&dq=%22What+Records+Shall+We+Preserve%22&pg=PP1&printsec=frontcover ), что экспертиза ценности должна проводиться непрерывно, поскольку современные технологии создания документов привели к взрывному росту объёмов документов. Он отмечал, что механическое создание документов увеличила количество и разнообразие типов документов, и предупреждал, что архивистам не следует пассивно ждать, пока документы попадут в архивы, чтобы провести экспертизу их ценности. Брукс призывал архивистов поощрять «разумный отбор» (intelligent selection) в момент создания и консультировать создателей документов на ранних этапах, тем самым предотвращая переполнение хранилищ массой материалов, имеющих незначительную или преходящую ценность. Этот акцент на непрерывной экспертизе ценности предвосхитил стратегии действий на опережение (proactive strategies), необходимые в цифровую эпоху.

(Окончание следует)

Эндрю Поттер (Andrew Potter)

Источник: сайт Substack
https://metaarchivist.substack.com/p/from-fonds-to-data 

Эксперимент по подписанию информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство или отказа от медицинского вмешательства с использованием электронной графической подписи

Правительство Российской Федерации постановлением от 31 октября 2025 года №1706

• Установило экспериментальный правовой режим в сфере цифровых и технологических инноваций по подписанию информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство или отказа от медицинского вмешательства с использованием электронной графической подписи;
  
  
• Утвердило «Программу экспериментального правового режима в сфере цифровых и технологических инноваций по подписанию информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство или отказа от медицинского вмешательства с использованием электронной графической подписи».

Цель инновации - организация процесса подписания в медицинских организациях государственной системы здравоохранения г. Москвы и являющихся участниками экспериментального правового режима, информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство или отказа от медицинского вмешательства (согласие или отказ) (п.2):

• Гражданином, одним из родителей или иным законным представителем с использованием электронной графической подписи, а также 
  
  
• Медицинским работником медицинских организаций, подведомственных субъекту экспериментального правового режима и являющихся участниками экспериментального правового режима, с использованием электронной графической подписи или усиленной квалифицированной электронной подписи

и последующей передачей информированного добровольного согласия или отказа в автоматизированную информационную систему города Москвы «Единая медицинская информационно-аналитическая система города Москвы».

Для целей Программы используются следующие понятия (п.4):

• Специализированный программно-аппаратный комплекс - портативный или стационарный комплекс устройств, применяемый для ознакомления с содержанием информированного добровольного согласия или отказа гражданином или законным представителем и (или) для подписания указанных документов гражданином или законным представителем с использованием электронной графической подписи, а также медицинским работником с использованием электронной графической подписи или усиленной подписи;
  
  
• Электронная графическая подпись - подпись гражданина или законного представителя, медицинского работника, выполняемая на специализированном программно-аппаратном комплексе и преобразуемая в электронный формат для обработки с использованием электронных вычислительных машин, представляющая собой аналог собственноручной подписи гражданина или законного представителя, медицинского работника на бумажном носителе.

В медицинских организациях согласие или отказ оформляется (п.5):

• В виде документа на бумажном носителе, подписанного гражданином или законным представителем, медицинским работником; 
  
  
• В форме электронного документа - и содержит данные пациента или данные пациента и законного представителя, полученные из единой системы.

Медицинский работник на очном приеме (п.6):

• Предоставляет гражданину или законному представителю в доступной форме информацию, предусмотренную частью 1 статьи 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», и 
  
  
• Обеспечивает ознакомление с содержанием сформированного в форме электронного документа посредством функциональных возможностей единой системы согласия или отказа посредством демонстрации на специализированном программно-аппаратном комплексе их содержания.

Данные, которые сформированы в форме электронного документа, могут быть скорректированы медицинским работником на этапе проверки корректности заполнения формы данными пациента или данными пациента и законного представителя (п.7).

Гражданин или законный представитель на очном приеме подписывает электронной графической подписью согласие или отказ, которые сформированы в форме электронного документа (п.8).

Использование факсимиле для подписания согласия или отказа не допускается (п.9).

Согласие или отказ, которые сформированы в форме электронного документа и подписаны, загружаются медицинским работником в единую систему и включаются в медицинскую документацию пациента (п.10).

Медицинские организации обеспечивают информирование граждан об участии в экспериментальном правовом режиме посредством размещения соответствующей информации на информационном стенде в такой медицинской организации и (или) на своем официальном сайте в сети «Интернет» (п.11).

Срок действия экспериментального правового режима составляет 3 года (п.14).

Не подлежат применению в рамках экспериментального правового режима следующие положения отдельных актов общего регулирования (п.17):

• часть 7 статьи 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в отношении способа подписания информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство или отказа от медицинского вмешательства в форме электронного документа;
  
  
• абзац второй пункта 9 требований к содержанию и форме предоставления информации о деятельности медицинских организаций, размещаемой на официальных сайтах Министерства здравоохранения РФ, органов государственной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления и медицинских организаций в сети «Интернет», утвержденных приказом Министерства здравоохранения РФ от 13 марта 2025 г. № 118н, в части состава информации, размещаемой на официальном сайте органа государственной власти субъекта РФ в сети «Интернет» в разделе «Медицинские организации»;
  
  
• пункты 6, 9 и абзац третий пункта 10 порядка дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от 12 ноября 2021 г. № 1051н, в части способа подписания информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство или отказа от медицинского вмешательства. 

Мой комментарий: На что в первую очередь направлен данный эксперимент:

• Цифровизация и устранение бумажного документооборота: Это основная цель эксперимента. Перевод согласий и отказов в электронный вид упрощает их хранение, поиск и передачу между медицинскими организациями в рамках ЕМИАС, снижает затраты на бумагу и печать;
  
  
• Повышение удобства для пациентов и врачей при оформлении документов: Процесс подписания становится быстрее, исчезает необходимость в распечатке и физическом хранении бумажных бланков;
  
  
• Снижение риска утери документов: Электронный документ, интегрированный в ЕМИАС, больше защищен от физической утери или повреждения, чем документ на бумажном носителе;
  
  
•  Прозрачность и контроль: Все подписанные согласия централизовано хранятся в информационной системе, что облегчает контроль за соблюдением требований законодательства о необходимости информированного согласия;
  
  
• Апробация технологии: Эксперимент позволяет на практике отработать технологию применения электронной графической подписи в чувствительной сфере медицинского права, прежде чем масштабировать ее на всю страну.

Несмотря на потенциальные выгоды, эксперимент сопряжен с рядом рисков, которые частично признаются в самой программе.

Технические риски:

• Ненадежность оборудования: Риск поломки «специализированного программно-аппаратного комплекса» (п. 21) прямо упомянут в документе. Сбой планшета или сенсорного устройства в момент подписания может сорвать прием пациента, увеличить время ожидания и создать неудобства;
  
  
• Сбои в работе ПО и ЕМИАС: Ошибки в программном обеспечении, приводящие к невозможности подписать документ, его искажению или некорректному отображению для пациента;
  
  
• Проблемы с интеграцией: Сложности с бесшовной передачей подписанного документа в ЕМИАС и его корректным отображением в медицинской документации пациента.

Меры минимизации (согласно программе) - поддержание оборудования в рабочем состоянии, его оперативная замена (п. 22, п. 24) и обучение медперсонала (п. 24).

Риски для пациента и добровольности информированного согласия. Это, с моей точки зрения, наиболее критичная группа рисков. 

• Формальность процедуры: Главная опасность — превращение процесса информирования в формальность. Пациент может поставить графическую подпись, не читая текст согласия на экране, либо не до конца его поняв. На бумаге у человека больше «времени на паузу»;
  
  
• Давление со стороны медперсонала: Врач, в условиях ограничений по времени, может невольно или же сознательно подтолкнуть пациента к быстрому подписанию без детального ознакомления. Отмечу, что и при оформлении бумажного документа наблюдаются аналогичные случаи;
  
  
• Сложность восприятия с экрана: Для пожилых, слабовидящих или технически неподготовленных пациентов чтение длинного текста на планшете может быть затруднительно. Необходимо обеспечить возможность увеличения шрифта, контрастности и т.д.;
  
  
• Юридическая сила и доказывание: Хотя электронная графическая подпись признается аналогом собственноручной (п.4), в случае судебного спора может возникнуть вопрос о том, действительно ли пациент был адекватно информирован и добровольно поставил эту подпись. В отличие от усиленной квалифицированной электронной подписи (УКЭП), графическая подпись криптографически не защищена и не гарантирует неизменность документа после подписания. В программе этот риск не упомянут.
  
  Более того, в случае судебного спора будет затруднительно вообще «подвести» графическую подпись под положения закона «Об электронной подписи». Использование такого вида подписи в условиях России (в отличие, например, от Юго-Восточной Азии, где люди регулярно используют эту технологию, у них вырабатываются соответствующие рефлексы, и подпись действительно может использоваться как средство достаточной надёжной биометрической идентификации) не более надёжно, чем простановка «крестика» неграмотными в былые времена… Помнится, мы уже видели технологию графической подписи на избирательных участках Москвы, но там риск (как и возможные последствия) оспаривания этой подписи в суде был несравненно ниже - да и ставились эти подписи после проверки паспорта под видеокамерами ....

Правовые и административные риски

• Временный характер режима: На период эксперимента приостанавливается действие ключевых норм Федерального закона «Об основах охраны здоровья» и приказов Минздрава (п. 17). Это создает правовую неопределенность: что будет с документами, подписанными в рамках эксперимента, после его окончания? Будут ли они иметь такую же силу? 
  
  
• Отсутствие страховых механизмов: В Программе прямо указано, что положения о страховании гражданской ответственности за вред, причиненный при реализации эксперимента, не устанавливаются (п. 50). Это перекладывает все риски на пациентов и медицинские организации;
  
  
• Риск «цифрового разрыва»: Эксперимент проводится только в Москве, что создает неравенство в доступе к цифровым услугам для жителей других регионов.

Ключевым приоритетом, с моей точки зрения, должна быть не технология, а обеспечение прав пациента. Основное внимание должно быть уделено не технической стороне (которая, безусловно, важна), а обеспечению качества информирования и добровольности согласия.

В целом, эксперимент является интересным начинанием с высоким потенциалом позитивных изменений, но и с серьезными рисками, требующими постоянного мониторинга и корректировки в процессе реализации.

Источник: Консультант Плюс 
https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=518020

ИСО и МЭК: Опубликован новый стандарт ISO/IEC 25642:2025 «Концепция совместного использования данных»

В октябре 2025 года сайт Международной организации по стандартизации (ИСО) сообщил о публикации нового стандарта ISO/IEC 25642:2025 «Информационные технологии – Стратегическое управление данными – Концепция совместного использования данных» (Information technology - Data governance - Data collaboration framework) объёмом 14 страниц, см. https://www.iso.org/standard/90990.html и https://www.iso.org/obp/ui/en/#!iso:std:90990:en .

Стандарт разработан Объединённым техническим комитетом Международной организации по стандартизации (ИСО) и Международной электротехнической комиссии (МЭК) JTC1 «Информационные технологии».

Данный стандарт является адаптацией 2-й редакции бесплатного канадского стандарта CAN/DGSI 100-9 «Стратегическое управление данными – Часть 9: Концепция совместного использования данных» (Data Governance – Part 9: Data Collaboration Framework), опубликованной в октябре 2024 года, см. https://dgc-cgn.org/product/can-dgsi-100-9/ .

Стандарты ISO/IEC 25642:2025 и CAN/DGSI 100-9

Во вводной части стандарта отмечается:

«В настоящем документе изложены минимальные рекомендации по интеграции данных без их копирования, а также содержатся рекомендации по созданию функциональных возможностей на основе модульного подхода в контролируемой среде управления данными. Модули могут применяться как по отдельности, так и в комбинации в составе продвинутых решений.

Настоящий документ представляет собой план действий для руководителей ИТ-служб и других подразделений, которые полагаются на целостность данных организации при выполнении своих функций по поддержке создания новых цифровых решений, имеющих детализированные меры контроля и управления, применение которых обеспечивается повсеместно.

Настоящий документ применим во всех секторах, включая государственные и частные компании, государственные органы и учреждения, а также некоммерческие организации.

Настоящий документ не предназначен для ролей в рамках оперативной деятельности, которые не требуют интенсивной обработки данных. Документ не описывает интерфейсы с другими системами или компонентами.»

Объём ключевой части стандарта - всего две страницы (это раздел 4). По сути дела, идея документа заключается в том, что 

• Следует избегать создания изолированных активов данных для одного-единственного приложения,
  
  
• Следует избегать повторного использования/интеграции данных посредством их копирования для каждого нуждающегося в них приложения. Предпочтительно иметь одну копию данных, к которой может предоставляться доступ многим приложениям.

Содержание документа следующее:

Предисловие
Введение
1. Область применения
2. Нормативные ссылки
3. Термины и определения 
4. Основы совместного использования данных

4.1. Разделение данных и приложений
4.2. Совместное использование на основе совместного доступа вместо интеграции на основе копирования
4.3. Стратегическое и оперативное управление данными как продуктом
4.4. Обеспечение применения мер контроля и управления на уровне метаданных
4.5. Использование метаданных как актива для целей оперативной деятельности
4.6. Проектирование, поддерживающее модульность (имеется в виду обеспечение возможности добавления, удаления, расширения, исправления или замены приложений, при которых не требуется копирование или миграция данных – Н.Х.)  

Библиография

Источник: сайт ИСО / сайт канадского органа по стандартизации 
https://www.iso.org/standard/90990.html 
https://www.iso.org/obp/ui/en/#!iso:std:90990:en 
https://dgc-cgn.org/product/can-dgsi-100-9/ 
https://dgc-cgn.org/revised-can-dgsi-100-9-data-governance-part-9-data-collaboration-framework-released/ 

Рекомендации по подготовке федеральными органами исполнительной власти перечней документов, образующихся в процессе деятельности федеральных органов исполнительной власти, создание, хранение и использование которых должно осуществляться в форме электронных документов

Росархив приказом от 28 ноября 2025 года №156 утвердил «Рекомендации по подготовке федеральными органами исполнительной власти перечней документов, образующихся в процессе деятельности федеральных органов исполнительной власти, создание, хранение и использование которых должно осуществляться в форме электронных документов».

Содержание рекомендаций следующее:

1. Общие положения

2. Определение состава документов, включаемых в перечни документов, образующихся в процессе деятельности федеральных органов исполнительной власти, создание, хранение и использование которых должно осуществляться в форме электронных документов

3. Оформление перечней документов, образующихся в процессе деятельности федеральных органов исполнительной власти, создание, хранение и использование которых должно осуществляться в форме электронных документов

4. Заключительные положения

Рекомендации подготовлены:

• в соответствии с абзацем двенадцатым подпункта 4 пункта 9 Положения о Федеральном архивном агентстве, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 22 июня 2016 г. № 293 «Вопросы Федерального архивного агентства»; 
  
  
• во исполнение Указа Президента РФ от 7 мая 2024 г. N 309 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года»; и 
  
  
• во исполнение Распоряжения Правительства РФ от 16 марта 2024 г. №637-р «Об утверждении стратегического направления в области цифровой трансформации государственного управления».

Рекомендации разработаны в целях реализации пункта 7 постановления Правительства Российской Федерации от 2 марта 2022 г. №279 «О государственной информационной системе «Платформа «Центр хранения электронных документов» (ГИС «Платформа «ЦХЭД»). 

Разработка Перечней ЭД в федеральных органах исполнительной власти осуществляется службами делопроизводства и архивами при участии специалистов структурных подразделений.

При подготовке Перечней ЭД используются (п.5):

• Перечни документов, образующихся в процессе деятельности федеральных органов исполнительной власти, а также в процессе деятельности подведомственных им организаций, с указанием сроков их хранения (Перечень ФОИВ);
  
  
• Перечень типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков их хранения, утвержденный приказом Росархива от 20 декабря 2019 г. №236 (Перечень типовых документов);
  
  
• Инструкция по применению Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков их хранения, утвержденная приказом Росархива от 20 декабря 2019 г. №237 (Инструкция);
  
  
• Перечень типовых архивных документов, образующихся в научно-технической и производственной деятельности организаций, с указанием сроков хранения, утвержденный приказом Росархива от 28 декабря 2021 г. №142;
  
  
• Инструкция по применению Перечня типовых архивных документов, образующихся в научно-технической и производственной деятельности организаций, с указанием сроков хранения, утвержденная приказом Росархива от 12 декабря 2023 г. №154;
  
  
• Номенклатуры дел федеральных органов исполнительной власти.

Сроки хранения документов, установленные перечнями и указанные в номенклатурах дел, не зависят от вида носителя информации (пункт 4.2 Инструкции) (п.6).

В Перечни ЭД рекомендуется включать (п7) документы:

• Которым установлен временный срок хранения: проекты нормативных, распорядительных, организационных и иных документов; плановые, отчетные документы, подлежащие обобщению; информационные документы; справочные документы; документы по оперативным вопросам; внутреннюю переписку; документы по регистрации, учету и контролю и др. (п.7.1);
  
  
• Ведение которых в электронной форме предусмотрено федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента РФ и Правительства РФ, нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, вне зависимости от сроков хранения (п.7.2);
  
  
• Постоянного срока хранения, имеющие краткосрочное и/или оперативное значение (действие которых не превышает 5 лет) (п.7.3).

В Перечни ЭД не рекомендуется включать документы (п.8):

• Постоянного срока хранения, за исключением указанных в пункте 7.3 настоящих Рекомендаций (п.8.1);
  
  
• Указанные в приложении к настоящим Рекомендациям, хранение которых должно осуществлять исключительно на бумажном носителе (п.8.2);
  
  
• Срок хранения которых не установлен (п.8.3).

Электронные образы документов, созданных на бумажных носителях, в Перечни ЭД не включаются (п.9).

Мой комментарий: Эта последняя «рекомендация» - очевидная глупость, противоречащая российской (и мировой) архивно-документоведческой традиции. Ну что делать, если подобные документы пишут «специалисты», искренне полагающие, что ценность имеют только подлинники! Конечно, им бы стоило сходить как-нибудь на экскурсию в самые уважаемые российские архивы и посмотреть, насколько много там хранится копий … Да и термин «образ» специалисту использовать должно быть стыдно – есть понятие «копия».

Ценность документов (и, соответственно, необходимость их включения в номенклатуры и Перечни любого рода) определяется не «хотелками» Росархива, не статусом (подлинник, заверенная/незаверенная/нотариальная/архивная копия, выписка и т.п.), не форматом (аналоговый или цифровой), - а их ролью в деловых процессах организации, потребностью в них с точки зрения ведения деловой деятельности, отстаивания прав и сохранения памяти. 

Перечни ЭД ведутся на бумажном носителе и в электронной форме (п.14).

В целях обеспечения практической готовности федеральных органов исполнительной власти к передаче подлинников электронных архивных документов в ГИС «Платформа «ЦХЭД», рекомендуется осуществить разработку (переработку) Перечней ЭД в части включения в них документов постоянного срока хранения, указанных в пункте 7.3 настоящих Рекомендаций (в случае подключения к ГИС «Платформа «ЦХЭД») (п.15).

Мой комментарий: Постановлением Правительства РФ от 25 февраля 2025 года №218 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации» пункт 7 Постановления Правительства РФ от 02.03.2022 №279 «О государственной информационной системе «Платформа «Центр хранения электронных документов» был дополнен абзацам следующего содержания:

«Федеральным органам исполнительной власти не позднее 31 декабря 2025 г. обеспечить возможность передачи на постоянное хранение подлинников (!) архивных документов в электронном виде в подсистему «Центр хранения электронных документов» платформы.»

Перечень видов управленческих документов, которые формируются на бумажном носителе (приложение к настоящим Рекомендациям), действует до принятия законодательных, нормативных правовых актов, регламентирующих порядок работы с электронными архивными документами.

Настоящие Рекомендации носят рекомендательный характер и не являются нормативным правовым актом; учитывая их временный характер, они могут быть дополнены по мере накопления опыта по подключению к ГИС «Платформа «ЦХЭД» (п.16).

Мой комментарий: В рекомендациях предлагается очень формальный подход - механическое составление перечня ЭД путем «выдергивания» позиций из существующих перечней и номенклатур дел. 

Ведомствам предлагается одновременно создавать два перечня. Необходимость вести перечень ЭД отдельно, делать отметки «ЭД» в номенклатуре дел, согласовывать перечень с Росархивом - все это увеличивает административную нагрузку на службы ДОУ и архивы ведомств. Хуже того, это неизбежно приводит к раздробленности научно-справочного аппарата и внутренней нормативной базы в организациях. Впрочем, на местах, полагаю, отреагируют так же, как и раньше – формально сверстают какие-то перечни, утвердят их, после чего навсегда забудут об их существовании – и это рационально.

На практике, однако, документы создаются для того, чтобы эффективно осуществлять государственное управление и вести деловую деятельность (включая выбор их формата). Рекомендации, на мой взгляд, оторваны от реальности, создаваемые перечни вряд ли будут оперативно актуализироваться в темпе происходящих перемен, да и само существование таких перечней создаст никому не нужные правовые «мины», мешающие государственным органам действовать эффективно и оперативно. Думаю,  было бы очень полезно обязать Росархив подготовить деловое обоснование разработки и применения подобных перечней, с учётом затрат и рисков.

Кроме того, в массе своей российские архивы в любом случае не готовы принимать электронные документы на постоянное хранение. В итоге составление предлагаемых перечней превращается в не только бесполезное, но и потенциально вредное бюрократическое упражнение, позволяющее впоследствии оспаривать документы на основании того, что они были созданы «не в той» форме, а также способное усложнить процесс приёма-передачи документов на архивное хранения.

Каждый ФОИВ, разрабатывая свой перечень ЭД, может включить в него свой уникальный набор видов документов, которых не будет в перечнях других ведомств, что может создать проблемы при консолидации документов в ЦХЭД.

С моей точки зрения, пункты 7.3 и 8.1 создают зону риска для обеспечения сохранности документов постоянного срока хранения. Предлагаемый критерий «краткосрочное и/или оперативное (действие которых не превышает 5 лет) значение» для документов постоянного срока хранения – оценочный и очень субъективный. Разные ведомства могут трактовать его по-разному, что приведет к несопоставимости их перечней ЭД и к различиям в составе включенных в них видов документов.

В перечнях документов и номенклатурах дел, к сожалению, обычно отсутствует информация о том, какими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента РФ и Правительства РФ, нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти предусмотрено ведение тех или иных документов в электронной форме. А это означает, что службам ДОУ и архивов ФОИВ придется самостоятельно проводить изучение нормативно-правовой базы. Боюсь, что на такую работу них просто не будет ни времени, ни сил.

К коммерческим организациям этот документ не имеет никакого отношения, что замечательно.

Источник: Консультант Плюс
https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=520487

ИСО и МЭК: Опубликован новый стандарт ISO/IEC 8663:2025 «Интерфейсы мозг-компьютер – Словарь»

В сентябре 2025 года сайт Международной организации по стандартизации (ИСО) сообщил о публикации нового стандарта ISO/IEC 8663:2025 «Информационные технологии – Интерфейсы мозг-компьютер – Словарь» (Information technology - Brain-computer interfaces - Vocabulary) объёмом 28 страниц, см. https://www.iso.org/standard/83268.html и https://www.iso.org/obp/ui/en/#!iso:std:83268:en .

Стандарт разработал подкомитет SC43 «Интерфейсы мозг-компьютер» (Brain-computer interfaces) Объединённого технического комитета ИСО и МЭК ISO/IEC JTC1 «Информационные технологии».

Во вводной части стандарта отмечается:

«Интерфейс «мозг-компьютер» (ИМК - brain-computer interface, BCI) - это нарождающаяся технология, обеспечивающая прямую связь между мозгом и внешними устройствами, такими как компьютеры и роботизированные конечности. ИМК-интерфейс связывает нейронную активность мозга с внешним миром, восстанавливая, заменяя или улучшая возможности человека по взаимодействию с физической средой.

ИМК-интерфейсы революционизировали и позитивно повлияли на ряд отраслей, включая отрасли развлечений и игр, автоматизации и управления, образования, нейромаркетинга и нейроэргономики. ИМК позволяет восстановить способности людей с ограниченными возможностями, повысив качество их жизни. Исследователи продемонстрировали возможность управления с помощью ИМК компьютерными курсорами, роботизированными конечностями и синтезаторами речи.

В настоящее время ИМК представляет собой быстро развивающуюся область исследований с широким спектром вариантов использования. Сфера применения ИМК охватывает ряд отраслей от медицины и здравоохранения до отрасли развлечений и образовательных технологий. Для более полного и целостного понимания технологии ИМК существует потребность в словарь, который бы обеспечил единообразное понимание публикаций.

… В настоящем документе приведены термины и определения, обычно используемые в предметной области интерфейсов мозг-компьютер (ИМК - brain–computer interface, BCI), включая основные понятия и классификации интерфейсов мозг-компьютер, аппаратное обеспечение, экспериментальные установки и протоколы, используемые в сфере ИМК, используемые в ИМК понятия из нейробиологии (например, кодирование и декодирование, обратная связь и стимуляция), а также понятия, относящиеся к приложениям.»

Содержание документа следующее:

Предисловие
Введение
1. Область применения
2. Нормативные ссылки
3. Термины и определения 

3.1. Основные понятия и типы
3.2. Компоненты системы
3.3. Модальности
3.4. Экспериментальные проекты и установки
3.5. Протоколы и парадигмы
3.6. Обратная связь и стимуляция
3.7. Обработка и анализ сигналов
3.8. Приложения

Библиография

Источник: сайт ИСО
https://www.iso.org/standard/83268.html 
https://www.iso.org/obp/ui/en/#!iso:std:83268:en 

Стандарты перевода: Стандарт SAE J2450_201608 «Метрика оценки качества перевода»

Продолжая рассказ о стандартах перевода, я остановлюсь сегодня на стандарте SAE J2450_201608 «Метрика качества перевода» объёмом 15 страниц текста, опубликованном в 2016 году международной инженерной ассоциацией SAE International (ассоциация была первоначально создана в США как «Ассоциация инженеров автотранспортной промышленности» (Society of Automotive Engineers)) – см. https://www.sae.org/standards/j2450_201608-translation-quality-metric .

Стандарт разработан Комитетом SAE по стандартам диагностики электрических и электронных систем транспортных средств (Vehicle electrical and electronic system E/E System Diagnostic Standards Committee). Он заменил предыдущую редакцию SAE J2450_200508.

Во вводной части документа отмечается:

«Прежде оценка качества перевода текстов на другие языки в автомобильной промышленности была в значительной степени субъективной, если вообще проводилась. Если же автомобильная компания и внедряла процесс оценки качества совместно со своими поставщиками услуг перевода, то качество переведенной информации об обслуживании автомобилей, как правило, проверялось местными валидаторами, назначенными автомобильной компанией. Переведенные документы со сделанной редакторской правкой возвращалась поставщику услуг перевода для исправления и редактирования. При этом, скорее всего, не использовались какие-либо стандартизированные метрики для измерения качества или его рейтинговой оценки, аналогичных методам, используемым в производственной части автомобилестроения.

Цель настоящей метрики - установить последовательный стандарт, с помощью которого можно объективно оценить качество перевода информации об обслуживании автомобилей в автомобильной промышленности:

• независимо от исходного языка,
  
  
• независимо от целевого языка, и
  
  
• независимо от способа выполнения перевода – будь то перевод человеком, перевод с помощью компьютера или машинный перевод.

… Настоящий стандарт SAE применим к переводам информации по обслуживанию автомобилей на любой целевой язык. Метрика может применяться вне зависимости от исходного языка или метода перевода (например, перевод, выполненный человеком, с помощью компьютера или машинный перевод).

Следует иметь в виду, что текущая версия метрики не учитывает ошибки стиля, что делает её непригодной для оценки материалов, в которых стиль важен (таких, например, как руководства пользователя или маркетинговая литература). Метрика может быть расширена для учета стиля и иных требований конкретных новых видов материалов.»

Источник: сайт SAE
https://www.sae.org/standards/j2450_201608-translation-quality-metric 

ИСО: Опубликована новая редакция стандарта ISO 27269:2025 «Международное резюме (интегральный анамнез) пациента»

В сентябре 2025 года сайт Международной организации по стандартизации (ИСО) сообщил о публикации новой, второй редакции стандарта ISO 27269:2025 «Информатизации здравоохранения – Международное резюме (интегральный анамнез) пациента» (Health informatics - International patient summary) объёмом 94 страницы, см. https://www.iso.org/standard/84639.html и https://www.iso.org/obp/ui/en/#!iso:std:84639:en . Документ заменил ранее действовавшую редакцию ISO 27269:2021 (о ней см. мой пост https://rusrim.blogspot.com/2021/06/iso-272692021.html ).

Документ подготовлен техническим комитетом ИСО TC 215 «Информатизация здравоохранения» (Health informatics). 

Во вводной части документа отмечается следующее:

«Настоящий документ определяет базовый набор данных для резюме (интегрального анамнеза - international patient summary, IPS) пациента, способствующего обеспечению непрерывности оказания медицинской помощи человеку и координацию соответствующего медицинского обслуживания.

В настоящем документе представлено абстрактное определение резюме пациента, на основе которого могут быть реализованы производные модели.

Мой комментарий: Этот набор данных специально нацелен на поддержку сценария непланового оказания трансграничной помощи и предназначен для использования в качестве международного резюме (интегрального анамнеза) пациента (international patient summary, IPS). Хотя набор данных минимален и не является исчерпывающим, он обеспечивает надежный, четко определенный базовый набор элементов данных. Сосредоточение внимания на этом сценарии также позволяет использовать резюме пациента при плановом оказании медицинской помощи. Это означает, что подобный набор данных способен поддерживать оказание как внеплановой, так и плановой медицинской помощи в местном и национальном контекстах, чем повышается его полезность и ценность.

В настоящем документе не рассматриваются рабочие процессы ввода данных, сбора данных, их резюмирования (summarization), последующего представления, ассимиляции или агрегации. Далее, в настоящем документе не рассматривается сам процесс резюмирования, т.е. интеллект, навыки и компетенции, необходимые для реализации рабочего процесса резюмирования данных. Данный документ не является руководством по внедрению, рассматривающее различные технические уровни, лежащие ниже прикладного уровня. Представление данных посредством различных схем кодирования, дополнительных структур и терминологии не является частью настоящего документа.»

Источник: сайт ИСО
https://www.iso.org/standard/84639.html 
https://www.iso.org/obp/ui/en/#!iso:std:84639:en 

Национальные Архивы Австралии выделили четыре «области интереса» для потенциального использования ИИ

Данная заметка специализирующегося на информационных технологиях журналиста Захарии Келли (Zachariah Kelly – на фото) была опубликована 15 октября 2015 года в австралийском издании «ИТ-новости» (iTnews).

Опираясь на результаты проведенных ранее пилотных проектов, Национальные Архивы Австралии (National Archives of Australia, NAA) готовятся к тестированию ИИ в широком спектре операций, связанных с поддержания их растущей коллекции исторических документов и контента. 

По мере того, как объём коллекций Национальных Архивов приближается к 10 петабайтам, у них растёт потребность в расширенных возможностях для обработки и классификации материалов.

Представитель NAA сообщил изданию iTnews о том, что Национальные Архивы намерены составить предварительный список ИИ-инструментов и надеются завершить тестирование этих инструментов к концу 2026 года. Были выделены четыре «области интереса» в плане проведения оценки инструментов ИИ.

• Первая область - это транскрибирование, включающее в себя преобразование оцифрованных документов в текстовый формат, что будет способствовать проведению поиска, перевода и доступности архивных материалов.
  
  
• Также представляет интерес описание данных, включающее создание и обновление взаимосвязанных с документами метаданных. Оно также могло бы включать инструменты, помогающие в работе с резюме, тегами, биометрическим распознаванием, распознаванием изображений и полей в формах.
  
  
• Третья область, называемая «оценка возможности предоставления доступа» (access examination), связана с анализом содержимого данных на предмет их отнесения к попадающим под исключения категориям, перечисленным в Законе об архивах 1983 года (Archives Act 1983).
  
  Здесь могут быть рассмотрены инструменты, помогающие проводить рецензирование, экспертизу конфиденциальности, выявление ключевых слов и синтеза на основе ряда документов.
  
  
• Наконец, Архивы интересуются тем, какое влияние искусственный интеллект может оказать на «поиск, выявление и раскрытие» их цифровой коллекции аудио-, видео- и фото материалов.

Модели ИИ будут оцениваться Национальными Архивами и использованием ограниченного набора общедоступных документов.

По имеющимся данным, Национальные Архивы ранее уже провели несколько внутренних пилотных проектов с использованием искусственного интеллекта.

ИИ не был прямо упомянут в дорожной карте «Стратегия на 2025–2030 годы: Эволюционирующие Национальные Архивы» (Strategy 2025–2030: Evolving National Archives, https://www.naa.gov.au/about-us/who-we-are/accountability-and-reporting/strategy-2025-2030-evolving-national-archives ), но представительNAA подтвердил в интервью нашему изданию, что проведение подобной оценки ИИ-инструментов соответствует планам. По его словам, «В рамках Стратегии 2025–2030, Национальные Архивы Австралии изучают способы для совершенствования методов управления растущей и эволюционирующей коллекцией и одновременного предоставления расширенных возможностей для поиска, изучения и доступа к документам».

В настоящее время Национальные Архивы используют ИИ лишь в ограниченных масштабах (см. https://www.naa.gov.au/about-us/who-we-are/accountability-and-reporting/artificial-intelligence-ai-transparency-statement ) - в основном для резюмирования текстов, генерации идей и для анализа не являющихся чувствительными (конфиденциальными) материалов.

Подход к использованию имеющихся на рынке ИИ-инструментов основан на рекомендациях, впервые изложенных в ежегодном отчёте Национальных Архивов за 2022–2023 годы (см. https://www.naa.gov.au/sites/default/files/2024-01/NAA-annual-report-2022-23.pdf ), в котором консультативный совет порекомендовал изучать искусственный интеллект и машинное обучение, «чтобы идти в ногу с технологическими изменениями».

В 2021 году Национальные Архивы получили 67 миллионов австралийских долларов от федерального правительства страны ( https://www.itnews.com.au/news/national-archives-gets-67m-to-digitise-records-boost-cyber-security-566785 ) на укрепление кибербезопасности и на оцифровку незаменимых физических документов.

Захария Келли (Zachariah Kelly)

Источник: сайт австралийского издания «ИТ-новости» (iTnews)
https://www.itnews.com.au/news/national-archives-identifies-four-areas-of-interest-for-ai-620846 

Опубликованы «Методические рекомендации по проведению эксперимента по сбору и обработке первичных статистических данных …»

Федеральная служба государственной статистики (Росстат) приказом от 4 августа 2025 года № 380 утвердила «Методические рекомендации по проведению эксперимента по сбору и обработке первичных статистических данных, административных и иных данных федеральными органами исполнительной власти - субъектами официального статистического учета с участием исполнительных органов субъектов Российской Федерации и формированию ими официальной статистической информации».

Методические рекомендации устанавливают рекомендации (п.3):

• По апробации функциональных возможностей единого механизма сбора данных в информационной системе (далее - информационная система);
  
  
• По представлению участниками эксперимента первичных статистических данных, административных и иных данных, используемых в целях проведения эксперимента;
  
  
• По взаимодействию информационной системы с государственными информационными системами и информационными системами участников эксперимента.

В рамках проведения эксперимента организаторы сбора предоставляют информацию по текущей производительности и скорости обработки данных в системах сбора отчетности. По итогам эксперимента предоставляют данные, отражающие разницу в скорости обработки данных. Федеральная служба государственной статистики (Росстат) как оператор информационной системы консолидирует, проводит верификацию полученных данных (п.5).

Для справки: Информационная система - государственная информационная система «Цифровая аналитическая платформа предоставления статистических данных», используемая в целях проведения эксперимента и созданная в целях автоматизации процессов сбора и обработки первичных статистических данных, хранения такой информации, обеспечения доступа к ней, ее предоставления и распространения, повышения эффективности обмена такой информацией и обеспечения качества информации;

 Координаторы Эксперимента:

• Росстат - общее руководство, методическая поддержка, оценка бизнес-процессов ФОИВ на соответствие стандартам по работе с официальной статистической методологией;
  
  
• Минцифры России - техническое обеспечение работы платформы;
  
  
• Минэкономразвития России - согласование перечня данных.

Организаторы сбора:

• Федеральные органы власти - субъекты официального статистического учета;
  
  
• Исполнительные органы субъектов Российской Федерации (на добровольной основе).
  
  
• Полномочия организаторов сбора заключаются в: настройке процессов сбора данных в информационной системе; формировании реестров, классификаторов, критериев отбора респондентов; проверки корректности предоставляемых данных.

Респонденты - предоставление отчетности в информационной системе.

Доступ к информации, содержащейся в информационной системе

Оператор информационной системы обеспечивает заинтересованным лицам доступ к общедоступной информации, содержащейся в информационной системе, путем размещения указанной информации на официальном сайте оператора информационной системы в сети Интернет (п.20).

Информация, содержащаяся в информационной системе, доступ к которой ограничен в соответствии с законодательством Российской Федерации, предоставляется (п.21):

• Через личный кабинет, или 
  
  
• Посредством обмена электронными документами, в том числе посредством инфраструктуры, обеспечивающей информационно-технологическое взаимодействие информационных систем, используемых для предоставления государственных и муниципальных услуг и исполнения государственных и муниципальных функций в электронной форме при условии соблюдения требований по защите соответствующих категорий информации ограниченного доступа, установленных соответствующими законодательными и иными нормативными правовыми актами, в том числе обеспечивающими защиту таких данных от несанкционированного доступа, предотвращение их хищения, утрату, подделку или искажение.

Мой комментарий: Представленный документ является подзаконным нормативным актом, издаваемым во исполнение решения Правительства РФ. Его основная цель - регламентировать проведение масштабного эксперимента в сфере государственной статистики.

Документ прямо связывает эксперимент с достижением целей «Стратегии развития системы государственной статистики до 2030 года», а именно — сокращением сроков обработки данных. 

Эксперимент направлен на апробацию единого механизма сбора данных в рамках государственной информационной системы («Цифровая аналитическая платформа»). Это ключевой шаг в сторону цифровой трансформации статистики, который должен устранить разрозненность систем и процессов.

В процесс активно привлекаются не только федеральные органы власти, но и, на добровольной основе, исполнительные органы субъектов РФ. Это может повысить качество и релевантность данных на региональном уровне.

Вопросы защиты данных и конфиденциальности. Хотя в документе есть прямой запрет на представление сведений, составляющих государственную тайну (п. 16), в нём, с моей точки зрения, недостаточно детализированы меры по защите коммерческой тайны и персональных данных, которые будут обрабатываться в системе.

Итоговый результат. Пункт 5 говорит о консолидации и верификации данных о производительности, но не ясно, каковы конкретные критерии успеха эксперимента и как будет приниматься решение о его масштабировании на всю систему госстатистики.

Настоящий успех эксперимента будет измеряться не сокращением сроков обработки данных как таковых, а тем, насколько повысятся качество, актуальность и востребованность официальной статистической информации.

Источник: Консультант Плюс
https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=512062

Евросоюз: Создана Единая платформа информации о Законе об искусственном интеллекте

Данный пост израильского специалиста Луизы Жаровски (Luiza Jarovsky – на фото) был опубликован 11 октября 2025 года в социальной сети LinkedIn.

Вопреки всем слухам и домыслам, усилия по практической реализации Закона Евросоюза об искусственном интеллекте продвигаются вперёд! Евросоюз только что запустил «Единую платформу информации о Законе об искусственном интеллекте» (EU AI Act Single Information Platform, https://ai-act-service-desk.ec.europa.eu/en ), чтобы помочь компаниям исполнять требования данного закона. Она невероятно полезна, не пропустите её! На платформе можно найти:

• Навигатор по Закону об искусственном интеллекте (AI Act Explorer), который помогает пользователям просматривать различные главы, приложения и декларативные части Закона об искусственном интеллекте;
  
  
• Инструмент проверки соответствия (Compliance Checker), помогающий определить, соответствует ли конкретная система ИИ или универсальная модель ИИ требованиям Закона ЕС об искусственном интеллекте;
  
  
• Инструмент поиска ссылок на национальные ресурсы (National Resources), позволяющий найти информацию из каждой из 27 стран-членов Евросоюза, включая ресурсы инновационных центровы, национальных органов власти и других соответствующих инициатив.

Стартовая страница «Единой платформы информации о Законе Евросоюза об искусственном интеллекте»

Если вы предприниматель, планирующий, например, продвижение системы ИИ в Евросоюзе, Вы можете изучить раздел «Национальные ресурсы» и проверить наличие доступных регуляторных «песочниц».

Вы также можете обратиться в национальные службы поддержки, которым любой желающий может задать вопросы по Закону об искусственном интеллекте (в настоящее время я вижу на платформе ссылки только на службы поддержки Германии и Австрии).

По-прежнему недостаёт большого количества информации, в том числе сведений об уполномоченных национальных компетентных органах каждого государства-члена Евросоюза. 

Если этот сайт будет регулярно обновляться, он вполне может стать отличным инструментом, особенно для малых и средних компаний, которым нуждаются в бесплатных ресурсах и поддержке.

Ссылка на «Единую платформу информации о Законе Евросоюза об искусственном интеллекте»: https://ai-act-service-desk.ec.europa.eu/en 

Луиза Жаровски (Luiza Jarovsky)

Источник: сайт LinkedIn
https://www.linkedin.com/posts/luizajarovsky_against-all-rumors-the-eu-ai-acts-activity-7382831725191516160-_sUV 

Продолжается работа над европейским стандартом prEN 40000-1-2 «Требования по кибербезопасности к продуктам с цифровыми элементами - Часть 1-2: Принципы киберустойчивости»

Как сообщили сайты Европейского комитета по стандартизации CEN (от фр. Comité Européen de Normalisation) и Европейского комитета электротехнической стандартизации CENELEC (от фр. Comité Européen de Normalisation Électrotechnique), а также сайты органов по стандартизации стран Евросоюза, с 15 октября начато публичное обсуждение проекта нового европейского стандарта prEN 40000-1-2 «Требования по кибербезопасности к продуктам с цифровыми элементами - Часть 1-2: Принципы киберустойчивости» (Cybersecurity requirements for products with digital elements - Part 1-2: Principles for cyber resilience) объёмом 57 страниц, см. https://standards.cencenelec.eu/ords/f?p=CEN:110:::::FSP_PROJECT,FSP_ORG_ID:81335,2307986&cs=1D72BA048927BF4E6076BA309587EA01A 

Над стандартом работает технический комитет CEN/CLC/JTC 13 «Кибербезопасность и защита данных» (Cybersecurity and Data Protection),

Публичное обсуждение продлится до 13 декабря 2025 года. С текстом проекта можно ознакомиться на сайтах национальных органов по стандартизации стан Евросоюза, в т.ч. на эстонском сайте, см. https://komport.evs.ee/Default.aspx?s=standardCommenting&doc=19694 

Веб-страница публичного обсуждения на сайте эстонского органа по стандартизации

Во вводной части стандарта отмечается:

«В настоящем документе специфицированы общие принципы кибербезопасности и общие меры управления рисками для всех продуктов, имеющих цифровые элементы (далее именуемых «продуктами»). Данный документ охватывает все этапы жизненного цикла продукта с целью обеспечения и поддержания надлежащего уровня кибербезопасности на основе учёта рисков.

В настоящем документе также представлены типовые компоненты, поддерживающие разработку согласованных между собой стандартов, специфических для отдельных категорий продуктов (вертикальных стандартов).

Настоящий документ:

• Устанавливает общие принципы кибербезопасности, применимые ко всем этапам жизненного цикла продукта;
  
  
• Специфицирует требования к оценке и обработке рисков кибербезопасности;
  
  
• Специфицирует требования в отношении мер и действий, которые могут применяться для обеспечения надлежащего уровня кибербезопасности на каждом этапе жизненного цикла продукта;
  
  
• Предоставляет компоненты и соображения для использования в стандартах, специфических для отдельных категорий продуктов, с целью обеспечения гармонизированного подхода.

В настоящем документе не рассматриваются меры и компоненты, специфические для отдельных вертикальных категорий продуктов.»

В стандарте сформулированы четыре принципа:

• Риск-ориентированный подход к кибербезопасности: Риск-ориентированный подход к кибербезопасности продуктов обеспечивает то, что меры кибербезопасности основаны на выявленных рисках и соразмерны им, принимая во внимание масштаб потерь или перебоев, а также вероятность их возникновения. Такой подход способствует принятию обоснованных решений относительно обработки рисков, в конечном итоге направленных на снижение рисков кибербезопасности продукта на протяжении всего его жизненного цикла посредством приятия целенаправленных и адекватных мер.
  
  
• Запроектированная безопасность (security by design): Принцип «запроектированной безопасности» в отношении кибербезопасности означает, что продукт проектируется, разрабатывается и производится таким образом, чтобы интегрировать меры кибербезопасности на протяжении всего жизненного цикла продукта, начиная с этапа разработки концепции. Подход «запроектированной безопасности» обеспечивает то, что кибербезопасность рассматривается как фундаментальный аспект проектирования на всех его этапах, и подчеркивает, что кибербезопасность не должна рассматриваться как добавляемый позже элемент.
  
  
• Обеспечение безопасности по умолчанию (secure by default): Принцип обеспечения безопасности по умолчанию в отношении кибербезопасности означает, что поведение продукта по умолчанию является безопасным для его предполагаемого назначения при разумно предсказуемом использовании и в условиях целевой среды эксплуатации. Сюда входит обеспечение безопасной настройки продукта при установке или развертывании, а также установку доступных обновлений кибербезопасности без неоправданных задержек в интересах поддержания безопасного по умолчанию состояния.
  
  
• Прозрачность: Принцип прозрачности подразумевает распространение и предоставление необходимой информации о кибербезопасности заинтересованным сторонам для поддержки усилий по достижению и поддержанию кибербезопасности продуктов.

Содержание документа следующее:

Европейское предисловие
1. Область применения
2. Нормативные ссылки
3. Термины и определения
4. Введение
5. Принципы кибербезопасности
5.1. Общие положения
5.2. Риск-ориентированный подход к кибербезопасности
5.3. Запроектированная безопасность
5.4. Обеспечение безопасность по умолчанию
5.5. Прозрачность
6. Элементы менеджмента риска
7. Меры и действия по обеспечению кибербезопасности
Приложение A (справочное): Согласованность с вертикальными стандартами
Приложение B (справочное): Пример соглашения с поставщиком услуг кибербезопасности (Cybersecurity Supplier Agreement, CSSA)
Приложение C (справочное): Взаимосвязь настоящего европейского стандарта с ключевыми требованиями к обеспечению кибербезопасности Регламента №2024/2847
Приложение D (справочное): Доступная и инклюзивная кибербезопасность
Библиография

Одновременно проходит публичное обсуждение части 1-1 данного стандарта - prEN 40000-1-1 «Требования по кибербезопасности к продуктам с цифровыми элементами - Часть 1-2: Словарь» (Cybersecurity requirements for products with digital elements – Vocabulary) объёмом 8 страниц, см. https://standards.cencenelec.eu/ords/f?p=CEN:110:::::FSP_PROJECT,FSP_ORG_ID:82349,2307986&cs=1233A32A252D91A47BFF714F1B8C1ED26 

Во вводной части отмечается, что «в настоящем документе приведены термины и определения, обычно используемые в требованиях к кибербезопасности, включаемых в стандарты для продуктов с цифровыми элементами».

Документ содержит 16 терминов. Его содержание следующее:

Европейское предисловие
Введение
1. Область применения
2. Нормативные ссылки
3. Термины и определения
Библиография

Источники: сайт CEN / сайт эстонского органа по стандартизации
https://standards.cencenelec.eu/ords/f?p=CEN:110:::::FSP_PROJECT,FSP_ORG_ID:81335,2307986&cs=1D72BA048927BF4E6076BA309587EA01A
https://komport.evs.ee/Default.aspx?s=standardCommenting&doc=19694 
https://standards.cencenelec.eu/ords/f?p=CEN:110:::::FSP_PROJECT,FSP_ORG_ID:82349,2307986&cs=1233A32A252D91A47BFF714F1B8C1ED26 
https://komport.evs.ee/Default.aspx?s=standardCommenting&doc=19689 

Как управление документами эволюционировало, и при этом никогда не теряло ориентиров

Данный пост британского специалиста румынского происхождения в области управления контентом и документами и защиты персональных данных Лючии Стефан (Lucia Stefan – на фото) был опубликован в начале 8 октября 2025 года в социальной сети LinkedIn. 

Мой пост является ответом на статью Йохана Питерсе (Johan Pieterse) «Как управление документами потеряло ориентиры в 1990-е и 2000-е годы», см. https://www.linkedin.com/pulse/how-records-management-lost-its-way-90s-00s-johan-pieterse-kxyxc/ - есть перевод на русский язык, опубликованную 7 октября 2025 года в социальной сети LinkedIn.

Я совершенно не согласна с тем, что управление документами сбилось с пути в 90-х и 2000-х годах. Я не наблюдала ничего подобного, когда начала работать в этой сфере, являясь специалистом по управлению информацией и по EDRM-системам управления документами и контентом.

Период первопроходцев - 1995–2000 годы - был временем огромного прогресса, огромных усилий по освоению, управлению и обеспечению сохранности материалов в электронных форматах. Мир переходил от бумажного к электронно-цифровому управлению документами и электронному архивированию документов постоянного срока хранения. Профессия специалиста по управлению документами превратилась из канцелярской работы в работу, полностью связанную с информационными технологиями. Всё хранилось на общих дисках или в базах данных. 

В 1997 году большинство информационных систем представляли собой реляционные базы данных (моя магистерская диссертация 1997 года была посвящена именно им). Это было время, когда была написана первая редакция стандарта ISO 15489 и стандарты для электронных систем управления документами (TNA 2002, MoReq2, OAIS, национальные стандарты и т.д.). Системы ERP (корпоративное планирование и управление ресурсами – Н.Х.), ECM (управление корпоративным контентом – Н.Х.) и CRM (управление взаимоотношениями с клиентами – Н.Х.) находились во младенческом состоянии; и единственными системами, способными поддерживать документы в начале 2000-х были ERM и EDRM-системы управления документами и контентом. Это был пик развития ERM/ERDM-систем, продолжавшийся до 2010 года.

Примерно в то же время (2010 год) начали появляться новые технологии - например, системы управления веб-контентом, а позднее и облачные решения как хранилища информации. Информационные системы эволюционировали в такие области, как управление веб-контентом, совместная работа в SharePoint и подобных системах, CRM, ERP, HR, CAD и многие другие, включая нишевые системы. По мере повышения зрелости технологий различных информационных систем и появления новых файловых форматов, EDRM-системы трансформировались в ECM-решения и утратили своё значение как единственные системы управления документами. В настоящее время многие корпорации используют унаследованные ECM-системы в качестве корпоративных архивов.

Специалисты по управлению документами знали об этих технологических изменениях и научились управлять документами в этих системах, в том числе теми, что подпадают под действие законов о защите персональных данных и под иные законодательно-нормативные требования и обязательных правил. Управление документами никогда не теряло ориентиры; оно эволюционировало одновременно с появлением новых технологий. Специалистам по управлению документами и архивистам необходимо эволюционировать вместе с технологиями и новыми методами работы.

Лючия Стефан (Lucia Stefan)

Источник: сайт LinkedIn
https://www.linkedin.com/pulse/how-records-management-evolved-never-lost-its-way-lucia-stefan-lnwef/ 

Швеция: Новая публикация «Понятие документа: Понятийные неопределённости в научном дискурсе как угроза архивной практике»

В августе 2025 года шведский Университет Уппсалы (Uppsala Universitet) опубликовал сборник статей «Код и культура: 30 лет факультета архивно-библиотечных наук, информатики, музейного дела и культурного наследия Университета Уппсала – исследовательская антология» (Kod & Kultur: Institutionen för ABM i Uppsala 30 år – en forskarantologi) объёмом 294 страницы и состоящий из 14 глав, написанных профессорско-преподавательским составом кафедры и аспирантами. Сборник был подготовлен под редакцией Керстин Рюдбек (Kerstin Rydbeck), Исто Хувила (Isto Huvila) и Анны Фока (Anna Foka). Полный текст сборника (со статьями на английском и шведском языках) доступен по адресу https://www.diva-portal.org/smash/record.jsf?pid=diva2%3A1989349&dswid=-8112 , прямая ссылка на PDF-файл: https://www.diva-portal.org/smash/get/diva2:1989349/FULLTEXT01.pdf 

Моё внимание, как специалиста по управлению документами, привлекла статья (на английском языке) аспирантки факультета Шарлотты Боргеруд (Charlotte Borgerud - на фото) «Понятие документа: Понятийные неопределённости в научном дискурсе как угроза архивной практике» (The concept of record: Conceptual ambiguities in the scholarly discourse as a threat to archival practices, название на шведском языке: Handlingens vara eller icke vara: begreppsliga utmaningar och deras konsekvenser för bevarande), см. стр. 177-197 сборника (статью можно индивидуально скачать по адресу https://uu.diva-portal.org/smash/get/diva2:2003651/FULLTEXT02.pdf ).

В аннотации на статью отмечается:

«Предшествующие исследования выявили расхождения между архивной практикой и теорией, а также понятийную путаницу между такими ключевыми терминами, как «документы» (records), «контент» (documents), «данные» и «информация», что приводит к «терминологической инфляции». Неопределенность в трактовке понятия «документ» приводит к неадекватному архивированию, создавая тем самым угрозу для сохранности культурного наследия.

Цель данной главы — проанализировать определения понятия «документ», имеющиеся в международной архивной теории и в шведском законодательстве, а также рассмотреть практические последствия этих определений. Исследование проводилось посредством обзора литературы, основанного на качественном контент-анализе. Результаты показывают, что определения являются расплывчатыми и порою противоречивыми.

Шведское определение тесно связано с принципом публичного доступа, означающим, что документы становятся частью архива раньше, чем это предполагает международная теория. Это приводит к произвольности при экспертизе ценности и затрудняет международное сотрудничество при проведении исследований. Такая неопределенность также влияет на распределение обязанностей и ответственности в проектах с несколькими руководителями и приводит к использованию устаревших систем цифрового архивирования.

Вывод заключается в том, что в будущих исследованиях необходимо изучить, как следует определять понятие «документ» в среде, в которой решения всё чаще принимаются автоматизированно; а также как можно достичь гармонизации теоретических архивных и правовых определений посредством исследований, более ориентированных на пользователя.»

Во введении, в частности, сказано следующее:

В этой данной главе представлен обзор литературы, показывающий, как понятие «документ» (record) определяется в архивных исследованиях, и рассматриваются его взаимосвязи с другими понятиями в информатике. Рассматривается, как эти определения соотносятся со шведским законодательством в контексте более широкого международного дискурса. 

Глава начинается с краткого исторического обзора, за которым следует объяснение методологии отбора литературы. Далее понятие «документ» анализируются с шести тематических точек зрения, выявленных в литературе. Наконец, эти теоретические выводы соотносятся с опытом автора как архивиста и с результатами её исследований в области архивирования научно-исследовательских материалов, - тем самым иллюстрируются практические последствия различных определений.»

В выводах автор отмечает:

«Как в шведском законодательстве, так и в международной литературе принята инклюзивная терминологию и делается акцент на независимости понятия «документ» от носителя информации. В данной главе показано, что документы, контент, информация и данные определяются схожим образом, что приводит к понятийной путанице, потенциально способной поставить под угрозу наше культурное наследие и подорвать правовую определённость, поскольку становится неясно, что и кем должно сохраняться. Нечёткость определения термина «документ» может привести к проблемам в установлении границ между должностными обязанностями и затруднить различение различных профессий. Данная неоднозначность также может привести к неэффективности и недопониманию в управлении документами. Более чёткая понятийная концептуальная основа, как можно предположить, может быть кране важна для обеспечения того, чтобы архивными материалами управлял соответствующий персонал, делая это таким образом, чтобы обеспечить их долговременную сохранность.»

Что касается самих определений, то автор ссылается на определение шведского Указа о свободе печати (Tryckfrihetsförordning (1949:105), https://www.riksdagen.se/sv/dokument-och-lagar/dokument/svensk-forfattningssamling/tryckfrihetsforordning-1949105_sfs-1949-105/ ):

Статья 2: «Публичный характер государственных документов»

Что такое государственный документ

§3. Документ (handling) – это письменное или графическое представление, либо запись, которая может быть прочитана, прослушана или воспринята иным способом только с использованием технических средств

Благодарности: Благодарю Энди Поттера (Andy Potter) за информацию о данной публикации, выложенную в социальной сети LinkedIn, см. https://www.linkedin.com/feed/update/urn:li:activity:7382406829185855488 

Источник: сайт «Цифровой научный архив» (Digitala Vetenskapliga Arkivet, DiVA)
https://www.diva-portal.org/smash/record.jsf?pid=diva2%3A1989349&dswid=-8112 
https://www.diva-portal.org/smash/get/diva2:1989349/FULLTEXT01.pdf