Арбитражный суд Псковской области в сентябре 2025 года рассмотрел дело №А52-3592/2025, в котором в центре внимания был вопрос о привлечении «Псковского клинического перинатального центра» к административной ответственности по ч. 4 ст. 13.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ, это статья о непредоставлении оператором субъекту персональных данных информации об обработке его персональных данных).
Перинатальный центр не предоставил бывшей работнице запрошенную ею информацию об обработке ее персональных данных (ПДн) в установленный законом срок.
Для справки: Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях
Статья 13.11. Нарушение законодательства Российской Федерации в области персональных данных
4. Невыполнение оператором предусмотренной законодательством Российской Федерации в области персональных данных обязанности по предоставлению субъекту персональных данных информации, касающейся обработки его персональных данных, -
- влечет наложение административного штрафа
- на граждан в размере от 2 до 4 тысяч рублей;
- на должностных лиц - от 9 до 12 тысяч рублей;
- на индивидуальных предпринимателей - от 20 до 30 тысяч рублей;
- на юридических лиц - от 40 до 80 тысяч рублей.
Суть спора
В адрес центра от гражданки в мае 2025 года поступило письменное требование об уничтожении всех её персональных данных. Через несколько дней от неё же поступил запрос, который содержал ряд вопросов, а именно:
- Обработка какой именно категории ПДн требуется;
- В каких документах содержится подтверждение факта обработки ПДн оператором;
- Правовые основания и цели обработки ПДн, подтвержденные документально;
- Цели и применяемые оператором способы обработки ПДн;
- Сведения о лицах (за исключением работников оператора), которые имеют доступ к ПДн или которым могут быть раскрыты ПДн на основании договора с оператором или на основании федерального закона;
- Обрабатываемые ПДн, относящиеся к соответствующему субъекту ПДн, источник их получения, если иной порядок представления таких данных не предусмотрен федеральным законом;
- Сроки обработки ПДн, в том числе сроки их хранения;
- Наименование или фамилия, имя, отчество и адрес лица, осуществляющего обработку ПДн по поручению оператора, если обработка поручена или будет поручена такому лицу.
Поскольку, по мнению центра, обращения гражданки касались одного и того же предмета, ответ по ним был совмещен, и срок ответа на обращение не был нарушен (ответ был направлен 6 июня 2025 года).
В Управление Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) по Северо-Западному федеральному округу в июне 2026 года поступило обращение гражданки по вопросу о привлечении «Псковского клинического перинатального центра» к административной ответственности, установленной частью 4 статьи 13.11 КоАП РФ. Гражданка в обращении указала, что на её запрос от ответчика ответа не поступило, кроме того, оснований для отказа в предоставлении запрошенных сведений не имелось.
В июне 2025 года Управление Роскомнадзора направило в адрес перинатального центра запрос о предоставлении письменных пояснений по факту возможных нарушений федерального закона №152-ФЗ. Из ответа центра следует, что по результатам обращения гражданки был дан письменный ответ, который, согласно реестру почтовых отправлений, был выслан в адрес гражданки обычным письмом - однако доказательств, подтверждающих направление данного письма в адрес гражданки, представлено не было.
Управлением был составлен протокол в отношении центра, и оно обратилось в суд с иском к «Псковскому клиническому перинатальному центру» о привлечении того к административной ответственности по части 4 статьи 13.11 КоАП РФ на том основании, что информация, касающаяся обработки персональных данных гражданки, ей в установленный законом срок и в полном объеме не была представлена ответчиком. Ответ, полученный гражданкой по электронной почте в июле 2025 года, был неполным; а совмещение ответа на два запроса также являлось неправомерным.
Позиция Арбитражного суда Псковской области
Суд отметил, что обращение гражданки поступило в перинатальный центр 12 мая 2025 года. Данный запрос был также направлен ответчику по электронной почте, и в ответ на запрос было получено уведомление о регистрации обращения. Таким образом, ответ на запрос следовало предоставить в срок по 26 мая 2025 года включительно.
Перинатальный центр сообщил, что по результатам обращения был дан письменный ответ, который, согласно реестру почтовых отправлений, был выслан обычным письмом. Однако, поскольку отвечающее за рассылку корреспонденции должностное лицо уволилось, установить причины, в силу которых заказное отправление с уведомлением не было направлено, не представляется возможным. Суд сделал вывод о том, что доказательств, подтверждающих направление данного письма в адрес гражданки перинатальным центром не представлено.
В адрес центра также поступило письменное требование об уничтожении всех персональных данных гражданки. Поскольку обращения, по мнению ответчика, касались одного и того же предмета, ответ по ним был совмещен, и срок ответа на обращение не был нарушен (ответ направлен 6 июня 2025). Указанный довод ответчика был отклонен судом в связи с необоснованностью.
Требование об уничтожении ПДн рассматривается в порядке, установленном частью 4 статьи 21 федерального закона №152-ФЗ - в срок, не превышающий тридцати дней с даты достижения цели обработки ПДн, если иное не предусмотрено договором, стороной которого, выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект ПДн, иным соглашением между оператором и субъектом персональных данных либо если оператор не вправе осуществлять обработку персональных данных без согласия субъекта ПДн на основаниях, предусмотренных настоящим федеральным законом или другими федеральными законами.
Как следует из содержания требования об уничтожении всех персональных данных и другого запроса, данные обращения имеют разное содержание, затрагивают разные обязанности оператора, и имеют различный порядок и срок рассмотрения. Следовательно, совмещение ответа является неправомерным.
В ответе отсутствуют сведения, запрашиваемые гражданкой в обращении. Трудовой договор с гражданкой был расторгнут 25 февраля 2025. 26 февраля 2025 комиссией центра был составлен акт о прекращении обработки ее персональных данных, в связи с чем, по мнению ответчика, дальнейшие обращения гражданки рассматривались в порядке, определенном федеральным законом от 02.06.2006 №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации». Данный довод ответчика о том, что после расторжения трудового договора обращения гражданина не рассматриваются в порядке, предусмотренном законодательством о ПДн, был отклонен судом как необоснованный.
Суд отметил, что обработка персональных данных не ограничивается пределами действия трудового договора. По смыслу федерального закона №152-ФЗ, хранение ПДн также является их обработкой. Следовательно, центр был обязан предоставить ответ на запрос в срок, установленный федеральным законом №152-ФЗ.
Доказательств, свидетельствующих о принятии центром необходимых и достаточных мер по соблюдению законодательства, по недопущению правонарушения и невозможности его предотвращения, в материалы дела не представлено, что свидетельствует о наличии вины во вмененном ему правонарушении. Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о наличии в действиях центра объективной стороны состава правонарушения, ответственность за которое установлена частью 4 статьи 13.11 КоАП РФ.
Арбитражный суд привлек перинатальный центр» к административной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 13.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и назначить наказание в виде административного штрафа в размере 40 тысяч рублей.
Апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд не подавалась.
Мой комментарий: Ответчик пытался оспорить обвинение, выдвинув несколько доводов, ни один из них не был принят судом:
Довод 1: Ответ был отправлен обычным письмом, при этом доказательств его отправки и вручения работодатель не представил.
Позиция суда: Бремя доказывания факта направления ответа лежит на операторе. Отсутствие доказательств (почтовой квитанции, уведомления о вручении) приравнивается к непредоставлению ответа. Факт отправки ответа должен быть подтвержден неоспоримыми доказательствами (например, заказное письмо с уведомлением о вручении, электронная почта с подтверждением доставки). Устные заявления или внутренние реестры без внешнего подтверждения судом могут быть не приняты.
Довод 2: Ответ на запрос от 08.05.2025 был совмещен с ответом на более раннее требование об уничтожении персональных данных.
Позиция суда: Запрос информации и требование об уничтожении данных - это разные виды обращений, регулируемые разными нормами закона (ст. 14 и ст. 21 закона ФЗ-152) и имеющие разные сроки рассмотрения. Совмещение ответов привело к нарушению срока по первому запросу.
Довод 3: После увольнения сотрудницы и составления акта о прекращении обработки ее персональных данных, её обращения должны рассматриваться по общему закону №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан», а не по закону о персональных данных.
Позиция суда: Хранение персональных данных является их обработкой. Таким образом, даже после увольнения сотрудника и прекращения активной работы с его данными, оператор продолжает их обрабатывать (хранить). Следовательно, на него продолжают распространяться все обязанности оператора, включая обязанность предоставлять информацию по запросу субъекта данных в порядке и сроки, установленные ФЗ-152.
Источник: Официальный сайт Верховного Суда Российской Федерации / Электронное правосудие по экономическим спорам
http://www.arbitr.ru/





