«Объективность» документов является одной из (нео-)дженкинсоновских навязчивых архивных идей. В то же время одной из постмодернистских навязчивых архивных идей является «субъективизм» документов. Вот цитата для анализа:
«Результатом административной деятельности является не создание документов, а поиск решений проблем и оказание услуг. Документы представляют собой особую форму инструментов и создаются по мере необходимости. Документы появляются в ходе информационного обмена, при этом они не создаются намеренно. Если же они создаются преднамеренно, то их функциональность в этом процессе исчезает. Документы - это скрытая часть процесса принятия решений, и они становятся видимыми только с точки зрения, отделённой от процесса принятия решений».
Анжелика Менне-Хариц (Angelika Menne-Haritz)
Мой комментарий: Анжелика Менне-Хариц (родилась в 1949 году) – немецкий архивист. С 2006 по 2014 год занимала должность вице-президента Федерального архива Германии (Bundesarchivs). Известна, в частности, своими интерпретациями концепций американского классика управления документами Шелленберга (Schellenberg). Источник: Википедия, см. https://de.wikipedia.org/wiki/Angelika_Menne-Haritz
Если анализировать со строго «литературной» точки зрения, то постмодернисты правы. Документы сами собой не пишутся. Очевидно, что они пишутся намеренно, и что я - не помощница Алекса, которая записывает, когда ей вздумается… И да, написание текста —дело авторское, поэтому результат субъективен.
Однако в равной степени верно и то, что это не то, что нео-дженкинсоновцы хотели бы сказать о беспристрастности документа, и приведенная цитата в этом плане весьма красноречива. У меня нет процесса написания документов, такое делает журналист или писатель. Административный документ создается тогда, когда административному процессу требуется информация. Если бы информация могла передаваться устно, а человеческая память была бы достаточно честной и достоверной, то не было бы необходимости в документе – а в отсутствие всего этого необходим инструмент для передачи информации, и, поскольку его нужно было как-то назвать, то его назвали документом. Вот почему говорят, что документ является побочным продуктом административных процессов – сам по себе он не является самоцелью, поэтому нет и личной заинтересованности в его написании.
Так объективен ли документ? Очевидно, да, потому что он отражает реалии, необходимые для протекания административного процесса. Если же присутствует «творчество», то процесс уже не сможет протекать объективно. [Сотрудник дорожной полиции не пишет «романы» в протоколе, описывающем аварию].
Субъективен ли документ? Очевидно, да, поскольку он отражает субъективность административного процесса, в котором участвует: действующих лиц, осуществляющих процесс (со своей субъективностью), применимые административных правил (с их особенностями) и т.д. [Сотрудник дорожной полиции, очевидно, будет писать протокол деревянным «канцеляритом», следуя правилам, навязанным внутренними нормами и специальной подготовкой.]
Документ не является чем-то абсолютным, но он и не является фантазией. Административный процесс объективно следует законодательству (в противном случае в Уголовном кодексе найдётся масса подходящих составов преступлений) - но, как известно, законность здесь нужна не для обеспечения справедливости, речь идёт о соблюдении правовой нормы - которая по своей сути субъективна.
Богдан-Флорин Поповичи (Bogdan-Florin Popovici)
Мой комментарий: С моей точки зрения, приведенные выше абстрактные рассуждения, не учитывающие мотивацию и риски создателей документов, заведомо не приведут ни к чему конструктивному. Никакие теоретические соображения не могут воспрепятствовать созданию как объективного, так и необъективного документа при схожих обстоятельствах – что может быть сделано как преднамеренно, так и неумышленно (например, документ может оказаться необъективным просто в силу недостаточной квалификации автора, или же ввиду отсутствия в его распоряжении достаточных первичных сведений).
Доверие к документам возникает в том случае, когда создатель документов или архивов кровно заинтересован в их точности – т.е. когда от точности зафиксированных в документах сведений зависит жизнь, здоровье, собственность, прибыль и т.п.; а за неточности автор документа может быть привлечён к серьёзной ответственности. Это всё равно не гарантирует точное отражение объективной реальности, но, по крайней мере, документы будут отражать реальность такой, какой её видел создатель документов. Если соответствующие документы порождаются в рамках регулярной деятельности, то неявным образом возникает обратная связь, мотивирующая создавать более точные документы.
Обычно можно доверять документам, создаваемым в рамках регулярной повседневной деловой деятельности в качестве её побочного продукта; а также документам, являющимся инструментами высокоценных и/или высокорискованных деловых операций. Доверие пользователей документов также растёт, если из анализа комплекса архивных материалов видно, что предпринимаемые на основании документов действия приводили к ожидаемым результатам. Также можно, как правило, больше доверять документам, если они содержат неблагоприятную (для их автора, для организации, для ответственного хранителя) информацию.
Если же документы создаются «для прокурора», для воздействия на общественность и т.п.; или если неточности в документах не влекут каких-либо существенных последствий – то такой мотивации может не быть (наоборот, создатель может быть мотивирован исказить реальную картину), и риск появления в документах «галлюцинаций» возрастает.
Часто забытым фактором оказывается то, что в архивном деле доверие устанавливается не к отдельным документам, а к большим полным (а не выборочным, как в музейных коллекциях!) комплексам взаимосвязанных документов. С одной стороны, повторяющиеся процессы должны порождать похожие документы; с другой стороны, ввод в деловой оборот определенного документа порождает создание ряда взаимосвязанных документов, и доверие устанавливается в том числе посредством изучения этой взаимосвязи.
Источник: блог Богдана-Флорина Поповичи
https://bogdanpopovici2008.wordpress.com/2026/03/26/despre-obiectivitatea-documentului/
