вторник, 28 июля 2026 г.

Участвующие в гражданском деле лица должны сообщать суду об использовании ИИ для получения фактов

Пленум Верховного Суда РФ постановлением от 21 мая 2026 года № 15 дал разъяснения «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», заменившие аналогичный документ 2008 года. Содержание документа следующее:

  • Общие положения;

  • Действия судьи при подготовке гражданского дела к судебному разбирательству;

  • Разрешение вопроса о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса;

  • Представление, раскрытие и истребование доказательств;

  • Предварительное судебное заседание;

  • Завершение подготовки дела к судебному разбирательству;

  • Заключительные положения.

В документе есть интересное требование по поводу использования искусственного интеллекта:

«42. … Суд для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, может использовать только предусмотренные законом доказательства (объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, заключения экспертов), представленные лицами, участвующими в деле, и собранные судом в порядке, предусмотренном законом (часть 1 статьи 55 ГПК РФ). Участвующие в деле лица, представившие в суд сведения о фактах, полученных с использованием технологий искусственного интеллекта, должны сообщать об этом суду».

Мой комментарий: Постановления Пленума Верховного Суда РФ - это официальные разъяснения правовых норм, которые даются для обеспечения единообразного применения законодательства всеми судами. Они не являются нормативно-правовыми актами в строгом смысле слова, так как Верховный Суд - это орган судебный, а не законодательный. Пленум не может создавать новые правовые нормы или обязанности, прямо не предусмотренные законом.

В то же время эти разъяснения являются обязательными для всех нижестоящих судов. Судебный акт, принятый в нарушение разъяснений Пленума, может быть отменен вышестоящей судебной инстанцией из-за неправильного толкования закона. 

Часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса РФ (ГПК РФ) устанавливает исчерпывающий перечень средств доказывания: 

  • объяснения сторон; 

  • показания свидетелей; 

  • письменные и вещественные доказательства;

  • аудио- и видеозаписи; 

  • заключения экспертов. 

Результат, сгенерированный искусственным интеллектом, не является ни одним из перечисленного.

По сути дела разъяснение Пленума направлено на недопущение подмены предусмотренных законом доказательств выводами ИИ . Искусственный интеллект может быть мощным вспомогательным, техническим и аналитическим инструментом, помогающим в работе с информацией (например, для поиска или систематизации данных). Он, однако, не несёт юридическую ответственность за достоверность своих «выводов», и его применение не отменяет необходимости получения доказательств в установленном законом порядке.

Обязанность информировать об использовании ИИ как раз и позволяет суду выполнить свою главную функцию - проверить допустимость и достоверность доказательств. Если сторона представляет «сведения о фактах», но умалчивает, что они были получены с помощью ИИ, суд может быть введен в заблуждение относительно их происхождения и юридической силы. Уведомление предотвращает попытки выдать сгенерированную ИИ информацию за, например, показания свидетеля или заключение эксперта.

Это обязательное к применению руководящее разъяснение для судов и участников процесса. Хотя оно не является законом, его игнорирование может привести к негативным последствиям, вплоть до отмены судебного акта. Документ фактически устанавливает стандарт поведения в новых цифровых реалиях, заполняя существующий пробел в законодательстве до того момента, пока не появятся прямые нормы на этот счет.

Источник: Консультант Плюс 
https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=534842


понедельник, 27 июля 2026 г.

Управление информацией и документами: Имеют ли жизненные циклы хоть какую-то ценность?

Данный пост австралийского специалиста в области управления документами и информацией Карла Мелроуза (Karl Melrose – на фото) был опубликован 5 июня 2026 года на его блоге Meta-IRM (Мета-управление информацией и документами).

Имеют ли жизненные циклы в контексте управления информацией и документами хоть какую-то ценность? Это действительно важный вопрос, и я очень хочу, чтобы коллеги высказали своё мнение по этому поводу.

По большей части я наблюдаю, что мы [специалисты по управлению документами – Н.Х.] зацикливаемся на жизненных циклах.

Мы приходим в организацию и сразу же предполагаем, что все вокруг ходят со спичками, поджигая всё подряд, - и что если мы немедленно не внедрим программу управления сроками хранения документов, то организация будет либо уничтожена последствиями санкций за преждевременное уничтожение, либо чрезмерно обременена расходами на хранение.

Как правило, это представление ничем не подтверждается.

Мой комментарий: Не соглашусь с таким мнением – и думаю, что Карл сказал это с целью спровоцировать коллег на дискуссию. Примеры как серьёзного ущерба ввиду преждевременного уничтожения документов, так и неоправданно больших затрат на хранение встречаются часто; и не случайно – особенно в коммерческом секторе – архивистов и специалистов по управлению документами нанимают в первую очередь для наведения базового порядка, установления обоснованных сроков хранения и своевременно проведение уничтожения документов.

В целом, я обнаружил, что организации настолько параноидно относятся к защите своей оперативной деятельности, что обычные сотрудники никоим образом ничего не могут уничтожить.

И даже если у них есть такая возможность, обычно они хранят примерно за десятилетний период резервные копии документов, о которых они ещё помнят – и резервные копии лет так за 30, о которых они уже забыли.

Лично мне никогда не удавалось найти деловое обоснование экономической целесообразности внедрения программы управления жизненным циклом документов и информации. Внедрение и эксплуатация полномасштабных функциональных возможностей и процесса управления полным жизненным циклом ежегодно обходится дороже, чем та деловая отдача, которую Вы когда-либо сможете получить от этого за тот же период — особенно учитывая, что стоимость хранения продолжает снижаться; и независимо от того, насколько дёшев процесс, хранение данных ещё дешевле. 

Недавно я работал с одной организацией, и расходы на содержание их системы управления жизненным циклом (одной только системы) за один год были эквивалентны расходам на хранение их устаревших данных в хранилище BLOB-объектов («больших двоичных объектов») в течение 325 лет. Ежегодные затраты на хранение всех их данных составляли около 60% от ежегодных затрат на систему управления жизненным циклом.

Мой комментарий: Очень узко описанный пример (не проанализированы потенциальные негативные последствия избыточно длительного хранения данных и документов; не проанализировано влияние возникающей «цифровой помойки» на эффективность работы с данными и документами) одной-единственной организации (и, зная Карла, скорее всего, государственного учреждения) никак не доказывает высказанное им очень общее утверждение. А вот даже единственный пример обратного это утверждение опровергает – и таких примеров известно в отрасли великое множество. 

Мне также трудно согласиться с аргументами о том, что это делается для ограничения/снижения материальной ответственности / ущерба - ведь (за исключением вопросов защиты персональных данных) механизм материальной ответственности работает не так. Мы строим программы управления сроками хранения документов, исходя из законодательно установленных сроков; если мы ждем до истечения срока, то никакой разницы в ответственности не будет, потому что ответственность прекращается. Как только ответственность прекращается, Вашей организации уже ничего не грозит. До истечения установленных законодательством сроков, уничтожение доказательств защищает Вашу организацию только в том случае, если она сделала что-либо неправильно, и больше ни у кого другого нет доказательств этих действий - и, честно говоря, если это Ваша причина управления жизненным циклом, я не хочу Вас знать.

Мой комментарий: В реальной жизни – а не в «идеальном» мире, где все молятся на прозрачность и подотчётность – решения об уничтожении документов принимаются на основе анализа рисков, в ходе которого организации сопоставляют возможный ущерб и пользу от скорейшего уничтожения и от более длительного хранения документов, с учётом затрат на хранение. В коммерческом секторе специалист по управлению документами в первую очередь защищает интересы своего работодателя, а не чьи-либо иные (иначе он на своей работе долго не задержится). Этике здесь тоже есть место, но в определённых рамках. 

Кроме того, Мелроуз забывает, что законодательство устанавливает сроки хранения главным образом в интересах государства и его структур, – поэтому эти сроки могут оказаться значительно короче, чем требуют интересы самой организации, её сотрудников, клиентов и контрагентов. Ущерб здесь будет связан уже не с наказаниями за неисполнение сроков хранения, а с тем, что в самый неподходящий момент организация может остаться без необходимых ей для отстаивания своих интересов документов, сотрудники не смогут подтвердить свои права и т.д.


Есть кое-какие жизненные циклы, которые я могу поддержать.

Законодательство о защите персональных данных действительно дает нам основание для существования жизненного цикла - и это веская причина: уже десятилетия существует асимметричный риск (asymmetric risk) для персональных данных, и законодательство о защите персональных данных исправляет эту ситуацию.

Мой комментарий: Лично я не знаю, что такое «асимметричный» риск :) Законодательство о защите персональных данных снижает (ну, или хотя бы пытается снижать) риски для физических лиц, возникшие в последние десятилетия в результате цифровизации и обработки ПДн с использованием средств автоматизации – причём делая это зачастую очень бюрократически-формально, в результате чего реальной защиты ПДн не обеспечивается, зато появляются бюрократические «рогатки», сильно мешающие развитию общества. 

Архивное законодательство также даёт такое основание, но, как я полагаю, здесь следует задать серьёзный вопрос о методологии. Ни один из известных мне режимов архивной работы не требует уничтожения, но все они требуют передачи документов постоянного срока хранения по истечении определённого периода времени. Я думаю, вполне разумно предположить, что нам было бы более эффективно платить людям за выявление по всей организации имеющих постоянную ценность документов, чем заставлять организацию управлять жизненным циклом всего, везде и всегда - и я уверен, что затраты в таком случае составили лишь небольшую часть затрат на управление жизненным циклом.

Мой комментарий: Здесь я хочу отметить несколько моментов:

  • Существуют юрисдикции, в которых государственные документы после истечения сроков их хранения в обязательном порядке должны быть уничтожены (например, документы федеральных органов власти США);

  • Ценность документов (и, соответственно, сроки их хранения) может изменяться по ходу их жизненного цикла, и это не является чем-то исключительным. 

  • В коммерческом секторе (где подавляющее большинство организаций не является источниками комплектование) документов постоянного срока хранения (в понимании государственных архивистов) вообще может не быть, и как раз своевременное уничтожение в полном соответствии с требованиями законодательства является типичной судьбой основной массы документов.

  • Карл не первый, кому в голову пришла светлая мысль заниматься одними только документами постоянного срока хранения. Попытки реализовать такие подходы на практике были – обычно с феерическими результатами :)

  • В конечном итоге, у организаций есть определённая свобода выбора подходов к управлению документами, и здесь работает принцип «обгони и убедись». Да, есть виды документов, управлять которыми на основе представлений о жизненном цикле неудобно (например, НТД) – и есть документы, для который такой подход хорошо работает (скажем, организационно-распорядительная документация).

Жизненный цикл, который, как мне кажется, действительно имеет значение (и которому уделяется недостаточно внимания), - это жизненный цикл авторитетности. Это процессы, связанные с присвоением чему-либо статуса авторитетного документа (скажем, публикация – как бы они ни назывались), а затем с отменой или заменой этого статуса. В неинженерных организациях его внедрение практически ничего не стоит, и при этом окупается очень быстро - и если бы мы уделили ему больше внимания, то у ИИ сейчас были бы гораздо лучшие данные для обработки. В инженерной / медицинской / химической / научной / производственной организации его внедрение может стоить целое состояние, и превосходит эти затраты ли лишь получаемая экономия, которая в 11 раз больше.

Мой комментарий: На мой взгляд, в данном случае автор пытается вломиться в широко открытую дверь :) Специалисты по управлению документами всегда отслеживали и отслеживают действительность документов, осуществляют контроль версий и т.д. Более того, автор, похоже, не осознаёт, что даже отменённый и заменённый документ (например, приказ или доверенность) очень даже сохраняет свою авторитетность (или, лучше сказать юридическую и доказательную силу), когда речь – например, в судебном споре – заходит о том периоде времени, когда он действовал. 

Что меня действительно беспокоит?

Специалисты в области управление информацией и документами (все мы, и я в том числе - я тоже повинен в этом) обычно фокусируют внимание на том жизненном цикле, который (насколько я понимаю) не имеет никакой ценности, или, по крайней мере, любая полезная отдача от него «съедается» в 50 раз большими затратами.

Разумна ли моя точка зрения? Что я упускаю?

И чем больше я изучаю этот вопрос, тем больше разочаровываюсь в управлении жизненным циклом…

Карл Мелроуз (Karl Melrose)

Источник: блог Meta-IRM 
https://metairm.substack.com/p/information-and-records-management 

Правила формирования и ведения реестра разрешений на строительство объектов капитального строительства

Правительство Российской Федерации постановлением от 25 мая 2026 года №596, вступающим в силу с 1 сентября 2026 года, утвердило:

  • Правила формирования и ведения реестра разрешений на строительство объектов капитального строительства;

  • Правила формирования и ведения реестра разрешений на ввод объектов капитального строительства в эксплуатацию.

Доступ органов государственной власти, органов местного самоуправления, физических и юридических лиц к содержащимся в реестрах общедоступным сведениям обеспечивается оператором единой государственной информационной системы обеспечения градостроительной деятельности «Стройкомплекс.РФ» на постоянной основе с использованием официального сайта указанной системы в сети «Интернет», а также инфраструктуры, обеспечивающей информационно-технологическое взаимодействие действующих и создаваемых информационных систем, используемых для предоставления государственных и муниципальных услуг и исполнения государственных и муниципальных функций в электронной форме, в том числе в форме открытых данных, включающих файлы форматов XML и SIG (при необходимости) (п.2 Постановления).

Правила не распространяются на правоотношения, связанные с формированием и ведением реестров разрешений, выдаваемых федеральными органами исполнительной власти, уполномоченными в области государственной охраны, обороны, обеспечения безопасности, а также в области разведывательной деятельности.

Реестры ведутся на русском языке в электронном виде в единой государственной информационной системе обеспечения градостроительной деятельности «Стройкомплекс.РФ».

Удаление реестровых записей не допускается.

Мой комментарий: С 1 сентября 2026 года юридическим фактом выдачи разрешения становится не оформление бумажного документа, а внесение записи в единую информационную систему «Стройкомплекс.РФ». Это означает переход на электронный учет разрешительной документации на федеральном уровне.

Создание единых федеральных реестров с открытым доступом повысит прозрачность проверки разрешений, в том числе при взаимодействии участников сделок с банками и органами власти. Это упростит проверку подлинности разрешений и снизит риски мошенничества.

Запрет на удаление реестровых записей и присвоение уникальных неповторяемых номеров обеспечивает полноту и достоверность истории разрешительной документации. 

Автоматическое уведомление застройщиков через ЕПГУ сократит административные барьеры и ускорит информирование о принятых решениях.

Источник: Консультант Плюс 
https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=535037


воскресенье, 26 июля 2026 г.

ИСО/МЭК: Опубликована 4-я редакция стандарта ISO 19011:2026 «Руководство по аудиту систем менеджмента»

В конце мая 2026 года сайт Международной организации по стандартизации (ИСО) сообщил о публикации нового стандарта ISO 19011:2026 «Руководство по аудиту систем менеджмента» (Guidelines for auditing management systems) объёмом 46 страниц основного текста, см. https://www.iso.org/standard/19011 и https://www.iso.org/obp/ui/en/#!iso:std:88984:en . Стандарт заменил ранее действовавшую редакцию 2018 года.

Стандарт подготовлен техническим комитетом ISO/PC 302 «Руководство по аудиту систем менеджмента» (Guidelines for auditing management systems).

В России стандарт адаптирован на основе редакции ISO 19011:2018 как ГОСТ Р ИСО 19011-2021 «Оценка соответствия. Руководящие указания по проведению аудита систем менеджмента», см. https://protect.gost.ru/gost/details/72b67eca-aa7a-4c1e-a2d0-28d7b4488724 

В аннотации на стандарт говорится:

Что представляет собой стандарт ISO 19011?

Стандарт ISO 19011 - это международный стандарт, содержащий рекомендации по проведению аудита систем менеджмента, включая системы менеджмента качества (ISO 9001) и системы экологического менеджмента (ISO 14001). Он описывает принципы аудита, управления программами аудита и порядок проведения аудитов систем менеджмента.

Почему важен стандарт ISO 19011?

Стандарт ISO 19011 - это критически важный стандарт для любой организации, стремящейся внедрить программу аудита и/или управлять внешними аудитами. Он устанавливает общую концептуальную структуру аудитов, обеспечивая их последовательное и эффективное проведение. Использование стандарта ISO 19011 помогает организациям:

  • Внедрять передовые практики аудита, основанные на международном консенсусе;

  • Демонстрировать клиентам и заинтересованным сторонам свою компетентность и профессионализм в плане проведении аудита;

  • Совершенствовать системы менеджмента и процессы управления посредством проведения структурированных аудитов;

  • Обеспечивать соответствие требованиям к аудиту клиентов и регулирующих органов; 

  • Обеспечивать последовательное обучение и оценку аудиторов.

Преимущества от использования стандарта следующие:

  • Стандартизированные процесс и методология аудита;

  • Рекомендации по управлению программой аудита;

  • Принципы проведения эффективных аудитов;

  • Концептуальная структура компетенций и оценки квалификации аудиторов;

  • Инструменты для непрерывного совершенствования посредством проведения аудитов.

Во вводной части стандарта отмечается:

«Настоящий документ содержит рекомендации по аудиту систем менеджмента, включающие принципы аудита, управление программой аудита и проведение аудита систем управления; а также рекомендации по оценке компетентности лиц, участвующих в процессе аудита. К числу таких лиц относятся лица, управляющие программой аудита, аудиторы и аудиторские группы.

Документ применим в любых организациях, которым необходимо планировать и проводить аудит систем менеджмента и/или управлять программой аудита.

Возможно применение данного документа в отношении других видов аудита при условии, что особое внимание будет уделено необходимым специфическим компетенциям и специфическим целям, которые должны быть достигнуты.»

Содержание стандарта следующее:

Предисловие
Введение
1. Область применения
2. Нормативные ссылки
3. Термины и определения
4. Принципы проведения аудита
5. Менеджмент программы аудита
6. Проведение аудита
7. Компетенции и оценка аудиторов
Приложение A: Дополнительные рекомендации для аудиторов по планированию и проведению аудитов
Библиография

Источник: сайт ИСО
https://www.iso.org/standard/19011 
https://www.iso.org/obp/ui/en/#!iso:std:88984:en