Правила делопроизводства в государственных органах, органах местного самоуправления (утвержденные приказом Росархива от 22.05.2019 №71) и инструкции по делопроизводству в федеральных органах государственной власти крайне редко становятся доказательной базой в судах, - поэтому те судебные разбирательства, в ходе которых это всё-таки происходит, заслуживают внимания.
Димитровградский городской суд Ульяновской области в сентябре 2025 года вынес решение по делу №2а-2124/2025 (УИД 73RS0013-01-2025-003928-100), в котором именно на основании этих документов суд признал незаконность бездействия службы судебных приставов.
Суть спора
ООО «Ресурс» (взыскатель) в августе 2025 года направило почтой в отделение судебных приставов (ОСП) по г. Димитровграду УФССП России по Ульяновской области 45 исполнительных документов (исполнительных листов и судебных приказов) для возбуждения исполнительных производств.
Отправление было оформлено как бандероль с объявленной ценностью с описью вложения, весом 620 г. На упаковке имелся комментарий: «исполнительные документы по описи». Бандероль поступила в отделение связи и была вручена доверенному лицу адресата.
ВРИО заместителя начальника отделения судебных приставов - заместитель старшего судебного пристава возвратила бандероль отправителю без вскрытия, на том основании, что она якобы не соответствовала параметрам, установленным Правилами оказания услуг почтовой связи, - поскольку письменные сообщения и документы должны направляться исключительно в форме почтовых отправлений вида «Письмо» с предельной массой 100 г, тогда как отправление оформлено как «бандероль» весом 620 г.
Документы были возвращены ООО «Ресурс». Исполнительные производства возбуждены не были. ООО «Ресурс» обратилось в суд с административным иском о признании незаконным бездействия судебного пристава, выразившегося в невозбуждении исполнительных производств, и понуждении к устранению нарушений.
Позиция УФССП России
Исполнительные документы о взыскании задолженности в пользу ООО «Ресурс» к исполнению судебному приставу-исполнителю не предъявлялись, исполнительное производство не возбуждалось, исполнительный документ на исполнении отсутствует. Со стороны сотрудников судебных приставов нарушений законодательства об исполнительном производстве не имеется, а доказательств принятия какого-либо процессуального решения либо совершения каких-либо действий судебным приставом-исполнителем не представлено.
Относительно возврата документов административный ответчик указал, что «Правилами оказания услуг почтовой связи» определены параметры для направляемой посредством почтовой связи письменной корреспонденции. Письменные сообщения и исполнительные документы могут быть направлены исключительно в почтовых отправлениях вида «Письмо» с предельной массой в 100 г, тогда как печатные издания, рукописи, деловые бумаги могут быть направлены в почтовых отправлениях вида «Бандероль» с предельной массой в 5 кг. При этом ФССП России является федеральным органом исполнительной власти и в силу своих функций не ведет деловую переписку с коммерческими организациями, что исключает применение понятия «деловые бумаги» к бандероли. Почтовые отправления, не соответствующие указанным параметрам, не принимаются, поскольку согласно п. 39 Правил, адресат имеет право отказаться от поступившего почтового отправления.
Позиция Димитровградского городского суда Ульяновской области
Суд пришёл к выводу о том, что отсутствует правовое основание для возбуждения исполнительного производства, поскольку исполнительные документы фактически не поступили к должностному лицу, уполномоченному принимать соответствующее процессуальное решение.
В данном случае нарушение прав административного истца на своевременное исполнение судебных актов отсутствует, поскольку процедура рассмотрения исполнительных документов судебным приставом-исполнителем не была инициирована, исполнительные документы не поступили к должностному лицу, а административный истец сохраняет возможность повторного обращения с ними.
Административный истец вправе повторно обратиться в ОСП УФССП России, соблюдая установленный порядок их направления и оформления, что обеспечивает реальную возможность достижения цели, указанной в административном исковом заявлении.
Суд отказал в удовлетворении административного искового заявления ООО «Ресурс» к Управлению Федеральной службы судебных приставов России о признании незаконным бездействия судебного пристава, понуждении к совершению определенных действий.
Позиция Судебной коллегии по административным делам Ульяновского областного суда
Судебная коллегия по административным делам Ульяновского областного суда в январе 2026 года рассмотрела апелляционную жалобу (дело №33а-393/2026 (33а-5647/2025)). Коллегия отметила, что перечень видов и категорий почтовых отправлений, пересылаемых с описью вложения, уведомлением о вручении и наложенным платежом, определяется операторами почтовой связи, то есть, именно оператор почтовой связи был обязан, исходя из вида вложения, указанного отправителем в описи, правильно определить категорию почтового отравления «письмо» или «бандероль».
Отправленные ООО «Ресурс» исполнительные документы были приняты к пересылке бандеролью, доставлены и вручены адресату.
Порядок приема и первичной обработки входящих документов, полученных, в том числе посредством почтовой связи, в службе судебных приставов регламентируется Правилами делопроизводства в государственных органах, органах местного самоуправления, утвержденными Приказом Росархива от 22.05.2019 №71 (Правила делопроизводства), Инструкцией по делопроизводству в Федеральной службе судебных приставов, утвержденной Приказом ФССП России от 10.12.2010 №682 (ред. от 29.04.2020) (далее Инструкция).
По мнению суда, поступившая от ООО «Ресурс» в ОСП бандероль с исполнительными документами не могла быть возвращена отправителю, а должна была быть подвергнута первичной обработке с последующей регистрацией документов и передаче конкретному приставу-исполнителю для решения вопроса о возбуждении исполнительного производства.
Требования Инструкции и Правил делопроизводства административными ответчиками не были соблюдены, в связи с чем исполнительные документы не были зарегистрированы и переданы судебному приставу-исполнителю, что повлекло невозбуждение исполнительных производств. Невозбуждение исполнительных производств в августе 2025 года находится в прямой причинно-следственной связи с необоснованным возвратом почтового отправления, что безусловно нарушает права взыскателя.
Оснований предполагать, что по каким-либо из поступивших 45 исполнительных документов могло быть отказано в возбуждении исполнительного производства, не имеется, поскольку возвращенные исполнительные документы после обжалуемого решения были вновь предъявлены в ОСП и были приняты к исполнению, возбуждены исполнительные производства, отказов в возбуждении не было.
Судебная коллегия отменила решение Димитровградского городского суда Ульяновской области, обязала суд принять по делу новое решение, которым требования ООО «Ресурс» к Управлению Федеральной службы судебных приставов России по Ульяновской области о признании бездействия незаконным, устранении нарушений удовлетворить частично.
Было признано незаконным бездействие ВРИО заместителя начальника отделения судебных приставов по г.Димитровграду Управления Федеральной службы судебных приставов по Ульяновской области, выразившееся в необеспечении надлежащего приема и первичной обработки входящих документов, полученных посредством почтовой связи от общества, повлекшее невозбуждение исполнительных производств.
Позиция Судебной коллегии по административным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции
Судебная коллегия по административным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в апреле 2026 года отметила, что порядок приема и первичной обработки входящих документов, полученных, в том числе посредством почтовой связи, в службе судебных приставов регламентируется Правилами делопроизводства и Инструкцией.
Поступившая от ООО «Ресурс» в ОСП бандероль с исполнительными документами не могла быть возвращена отправителю, а подлежала первичной обработке с последующей регистрацией документов и передачей конкретному приставу-исполнителю для решения вопроса о возбуждении исполнительного производства.
Судебная коллегия оставила без изменения апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Ульяновского областного суда, а кассационную жалобу административного ответчика УФССП России по Ульяновского области - без удовлетворения.
Мой комментарий: Суд чётко разграничил сферы регулирования: Правила оказания услуг почтовой связи регулируют отношения между оператором связи и пользователями, а Правила делопроизводства - порядок обработки поступившей в госорган корреспонденции. Адресат не вправе подменять оператора связи в оценке «правильности» вида отправления.
Даже если вид отправления (бандероль вместо письма) вызывает сомнения, государственный орган обязан провести его первичную обработку. Возврат допускается только в случае ошибочной доставки.
Документы считаются поступившими в госорган с момента доставки почтового отправления, а не с момента его вскрытия и регистрации. Это создаёт для госоргана обязанность действовать.
Тот факт, что документы позже были приняты и производства возбуждены, не исправляет допущенное нарушение.
Источник: сайт Димитровградского городского суда Ульяновской области, сайт Ульяновского областного суда, сайт Судебные решения
https://dimitrovgradskiy.uln.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&name_op=case&_id=152954128&_uid=b3ec6898-27ba-47c2-aeb2-975e1cc1ec81&_deloId=1540005&_caseType=0&_new=0&srv_num=1
http://www.uloblsud.ru/index.php?option=3&id=90&idCard=123762
https://судебныерешения.рф/96243919/extended
суббота, 24 октября 2026 г.
Судебная практика: Незаконность бездействия судебных приставов признано на основании Правил делопроизводства и Инструкции по делопроизводству
пятница, 23 октября 2026 г.
У стандартов тоже есть происхождение: Как китайский эксперимент со «статьями о данных» добрался до ИСО (2)
(Продолжение, начало см. https://rusrim.blogspot.com/2026/10/1_01366762971.html )
От практики к политике
Процесс стандартизации не был прямым следствием появления журналов, публикующих «статьи о данных». Национальная архитектура сначала начала формироваться вокруг научных данных.
Затем последовало принятие нормативно-правовых актов. 17 марта 2018 года Управление делами Государственного совета КНР опубликовало «Меры по управлению научными данными» (科学数据管理办法, Measures for Managing Scientific Data, см. https://www.gov.cn/zhengce/content/2018-04/02/content_5279272.htm ). Эти меры обязывают соответствующие организации и учреждения создавать механизмы сбора, проверки качества, депонирования, обеспечения сохранности и совместного использования научных данных, - а также создавать системы для обеспечения долговременной сохранности научных данных, оснащённых надлежащими средствами хранения, управления и защиты.
Данный документ также установил принципы политики, согласно которым научные данные, полученные за счет государственного финансирования, как правило, должны быть доступны для совместного использования (с учетом ограничений, касающихся безопасности, конфиденциальности, прав интеллектуальной собственности и иных ограничений). Он предписывает ответственным организациям содействовать публикации и распространению научных данных, а также поддерживать исследователей в деле публикации полных, точных, юридически «чистых» и заслуживающих распространения данных.
Если рассматривать «статью о данных» в контексте этой концептуальной системы, то она перестаёт восприниматься лишь как формат публикации. Она становится этапом управляемого жизненного цикла, включающего создание, контроль качества, документирование, депонирование, обеспечение сохранности, публикацию, цитирование, поиск и повторное использование данных. Специалисты в областях управления документами, электронной сохранности и управления исследовательскими данными легко смогут узнать как форму этой последовательности, так и те места в ней, где обычно возникают проблемы.
Первый предшественник - китайский стандарт метаданных
Данный стандарт специфицирует метаданные как для «статьи о данных» (data paper), так и для соответствующего набора данных. Он охватывает процессы описания наборов данных, обеспечения их сохранности, публикации в интернете и предоставления доступа. Особенно интересна внутренняя структура этого стандарта. Метаданные набора данных по большей части традиционны: идентификаторы, названия, аннотации, ключевые слова, область охвата, язык, форматы, сведения об авторах, информация о публикации, лицензии, форматы цитирования и источники доступа. В то же время метаданные «статьи о данных» документируют методы сбора и обработки, характеристики выборок, процедуры контроля и оценки качества, а также рекомендации по использованию данных.
Благодаря разработанной Патрицией Фрэнкс (Patricia Franks) и участниками международного проекта InterPARES Trust AI концепции «параданных» (paradata), эти элементы приобретают дополнительное значение. Они фиксируют информацию о процедурах создания и обработки информационного ресурса, а в ряде случаев - и о лицах, ответственных за выполнение этих процедур. Таким образом, элементы, формально являющиеся метаданными, одновременно выполнят роль документации на процессы: они свидетельствуют о том, как набор данных был создан, преобразован, оценен и сделан пригодным к повторному использованию.
Мой комментарий: Подборку постов на моём блоге, упоминающих «параданные», см. здесь: https://rusrim.blogspot.com/search?q=параданные&max-results=20&by-date=true
Эта вторая группа элементов выходит за рамки простой каталогизации. Она призвана задокументировать объём контекста, достаточный для правильной интерпретации данных, что представляет собой задачу иного, более сложного уровня по сравнению с обеспечением возможности поиска и извлечения.
Положенная в основу данного стандарта исследовательская работа была необычно полно задокументирована. В статье 2023 года [13], подготовленной Гао Ювэем (Gao Yuwei) и его коллегами из Центра информационных компьютерных сетей, Национального центра данных фундаментальных наук (National Basic Science Data Center) и пекинского Столичного педагогического университета (Capital Normal University), рассказывается о том, что авторы проанализировали отечественный и зарубежный опыт публикации статей о данных, выявили необходимые для публикации элементы для таких статей и соответствующих наборов данных, а также разработали архитектуру метаданных, включающую определения элементов и примеры их использования; - и что результаты этого исследования легли в основу национального стандарта. В последующем исследовании, опубликованном в 2024 году, стандарт GB/T 42813 был охарактеризован как первое в Китае комплексное национальное соглашение в отношении модели публикации статей о данных. Также отмечалось, что профильные научные журналы и платформы для публикации научных данных уже начали применять предусмотренные стандартом элементы и определения.
Разработчикам стандартов редко удается начать свою работу, уже имея подобный задел. Предложение о разработке стандарта метаданных, которое в настоящее время рассматривается в ИСО, опирается на уже накопленный опыт практического применения.
Второй предшественник - китайский стандарт оформления
Область применения GB/T 7713.4-2025 практически идентична области применения недавно открытого нового проекта ИСО. Китайский стандарт специфицирует составные части и структуру статей о данных, и распространяется на бумажные и электронные версии, а также на версии на микроформах. В предложении об открытии проекта ИСО говорится, что этот документ будет описывать составные части статьи о данных, а также будет содержать требования к её написанию и оформлению. Он будет применим в отношении статей о данных, распространяемых в любом формате, включая печатные издания, микроформы и электронные версии. Формулировки не просто схожи - они практически совпадают.
Состав группы разработчиков китайского стандарта был весьма представительным. В неё вошли представители около 20 организаций, включая Национальную научную библиотеку и Информационный центр компьютерных сетей при Академии наук, Китайскую академию сельскохозяйственных наук, Национальную библиотеку Китая, Институт научно-технической информации Китая, Пекинский и Нанкинский университеты, Геологическую службу Китая, - а также представители ассоциаций издателей научной литературы, публикующих журналы издательств, организаций, занимающихся медицинской и сельскохозяйственной информацией, и коммерческих поставщиков информации (включая, в частности, компанию Wanfang Data (万方数据) — это ведущая китайская платформа и провайдер академической информации, управляющий одной из трех крупнейших китайских баз данных научных публикаций – Н.Х.). В сопроводительных материалах к проекту отмечается, что в ходе подготовительной работы были проведены консультации с международными издательствами (Springer Nature, Taylor & Francis, Wiley) и с Международной ассоциацией научных, технических и медицинских издателей (STM Association).
К тому моменту, когда к работе по стандартизации в области статей о данных подключилась Международная организация по стандартизации (ИСО), та коалиция организаций и учреждений, которая необходима для реализации международного проекта, в значительной степени уже была сформирована.
(Продолжение следует)
Эндрю Поттер (Andrew Potter)
Источник: сайт Substack
https://metaarchivist.substack.com/p/standards-have-provenance-too
Порядок хранения и уничтожения избирательной документации и информации о дистанционном электронном голосовании
«Порядок дистанционного электронного голосования на выборах, назначенных на 20 сентября 2026 года», утвержденный постановлением Центральной избирательной комиссии Российской Федерации (далее ЦИК России) от 24 июня 2026 года №10/98-9, установил также правила хранения и уничтожения избирательной документации и информации о дистанционном электронном голосовании (п.2.9.1).
В территориальной избирательной комиссии дистанционного электронного голосования (ТИК ДЭГ) до окончания срока ее полномочий хранятся:
- Протоколы заседаний, решения ТИК ДЭГ и документы, приложенные к ним, после чего передаются в ЦИК, где подвергаются экспертизе ценности и отбору в Архивный фонд Российской Федерации или уничтожаются (п.2.9.1.);
- Данные, сохраненные на внешних носителях информации и (или) в ПТК ДЭГ, а затем передаются Центральной избирательной комиссии для хранения в течение одного года со дня официального опубликования результатов выборов, на которых проводилось дистанционное электронное голосование, после чего подлежат уничтожению по акту в установленном порядке следующие (п.2.9.2):
- Исходные данные для составления списков участников ДЭГ, сформированные средствами ГАС «Выборы» для ПТК ДЭГ;
- Исходные данные для формирования электронных бюллетеней;
- Ключ зашифрования и ключ расшифрования;
- Цепочка блоков информации из распределенной базы данных ПТК ДЭГ;
- Электронная копия списков участников ДЭГ, сформированная средствами ПТК ДЭГ.
До окончания срока полномочий ТИК ДЭГ доступ к указанной информации предоставляется этой избирательной комиссией, а затем до истечения сроков хранения - ЦИК России.
Уничтожение документов (данных), сохраненных на внешних носителях информации и (или) в ПТК ДЭГ, осуществляется по истечении срока их хранения, указанного в пунктах 2.9.1 и 2.9.2 Порядка, и в соответствии с пунктом 158 «Правил организации хранения, комплектования, учета и использования документов Архивного фонда Российской Федерации и других архивных документов в государственных органах, органах местного самоуправления и организациях», утвержденных приказом Федерального архивного агентства от 31 июля 2023 года №77 (2.9.3):
158. Электронные архивные документы, сроки временного хранения которых истекли, подлежат выделению к уничтожению в соответствии с пунктами 23, 26 - 28 Правил, после чего проводится их физическое уничтожение или уничтожение программно-техническими средствами. Уничтожение электронных документов фиксируется в акте о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению. В СХЭД должны оставаться информация об индексах и заголовках электронных дел, порядковых номерах (по описи электронных документов), дата и регистрационный номер акта, по которому они были уничтожены.
Данные, содержащиеся на несъемных носителях автоматизированных рабочих мест членов ТИК ДЭГ, уничтожаются системным администратором (оператором) ПТК ДЭГ методом, обеспечивающим невозможность восстановления уничтоженных данных, в срок не позднее трех рабочих дней со дня окончания срока полномочий ТИК ДЭГ. До уничтожения данных доступ посторонних лиц к автоматизированным рабочим местам членов ТИК ДЭГ не допускается (п.2.9.4).
Для справки: 2.2.4. Срок полномочий ТИК ДЭГ истекает через десять дней со дня последнего официального опубликования результатов выборов, на которых проводилось дистанционное электронное голосование. В случае обжалования итогов дистанционного электронного голосования полномочия ТИК ДЭГ прекращаются со дня, следующего за днем исполнения ТИК ДЭГ решения вышестоящей избирательной комиссии либо вступившего в законную силу судебного решения.
Мой комментарий: Можно выделить несколько ключевых рисков, связанных как с самим процессом уничтожения данных, так и с периодом, предшествующим ему. Основная проблема заключается в том, что требование об уничтожении вступает в силу только после окончания срока полномочий ТИК ДЭГ, оставляя «окно уязвимости», в течение которого данные на несъемных носителях остаются уязвимыми.
- Риск несанкционированного доступа в период до уничтожения данных. Пункт 2.9.4 лишь констатирует, что «до уничтожения данных доступ посторонних лиц к АРМ не допускается», но не описывает конкретных технических и организационных мер, обеспечивающих эту изоляцию. Было бы желательно предусмотреть обязательное опечатывание АРМ с данными на весь период после окончания голосования до момента уничтожения, с фиксацией в журнале и проверкой целостности пломб.
По данным ЦИК, в ходе выборов 2026 года было зафиксировано более 100 миллионов потенциально опасных воздействий на избирательную инфраструктуру (см. https://ura.news/news/1053129078 ). Председатель ЦИК Элла Памфилова также сообщила, что «в Москве представитель одной из партий ... ввел сознательно вредоносную программу в систему ДЭГ и пытался остановить ее работу» (см.: https://ura.news/news/1053129078 ); - Риск некачественного уничтожения данных. Формулировка «методом, обеспечивающим невозможность восстановления» является оценочной и не содержит ссылки на конкретный стандарт или метод уничтожения. Это создает риск того, что при уничтожении может быть применен формальный подход (например, обычное удаление или однократную перезапись), который может быть оказаться неэффективным. Без четкого регламента и аудита невозможно гарантировать, что данные не будут восстановлены после «уничтожения»;
- Риск неопределенности в сроках и ответственности. Установленный срок «не позднее трех рабочих дней со дня окончания срока полномочий ТИК ДЭГ» создает «окно уязвимости». В этот период (который может растянуться из-за потенциальных задержек) данные остаются на носителях. Ответственность за сохранность данных в этот период и контроль над действиями не детализированы, что создаёт риск утери данных, их порчи или несвоевременного уничтожения;
- Риск «человеческого фактора» при уничтожении. Процесс уничтожения полностью зависит от действий конкретных людей. Отсутствие требования о проведении процедуры уничтожения в присутствии членов ТИК ДЭГ с правом решающего голоса или под видеонаблюдением создает риск как умышленного сокрытия следов, так и случайной ошибки, которая приведет к утечке данных.
Источник: Консультант Плюс
https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=539624
четверг, 22 октября 2026 г.
У стандартов тоже есть происхождение: Как китайский эксперимент со «статьями о данных» добрался до ИСО (1)
9 сентября 2026 года Международная организация по стандартизации (ИСО) зарегистрировала два новых «утверждённых проекта» (approved work item, AWI):
- Стандарт ISO/AWI 26730-1 «Информация и документация – Статьи о данных - Часть 1: Представление» (Information and documentation - Data papers - Part 1: Presentation, см. https://www.iso.org/standard/94330.html ) будет специфицировать компоненты «статей о данных», а также требования к их написанию и оформлению;
- Стандарт ISO/AWI 26730-2 «Информация и документация - Статьи о данных - Часть 2: Метаданные» (Information and documentation - Data papers - Part 2: Metadata, см. https://www.iso.org/standard/94331.html ) будет посвящен метаданным, используемым для описания, курирования, публикации и распространения «статей о данных» и прилагаемых к ним наборов данных.
На первый взгляд всё это выглядит как обычная работа технического комитета: выявление новой формы научного обмена информацией, согласование терминологии, разработка требований, обеспечение интероперабельности. однако при таком взгляде можно упустить из виду самое интересное. Эти проекты зародились не в Женеве (в этом швейцарском городе располагается штаб-квартира ИСО – Н.Х.), и не в 2026 году. Они пришли с уже сложившейся, документально подтвержденной институциональной историей, охватывающей примерно десятилетие практики работы с научными данными в Китае, два китайских национальных стандарта и специальную резолюцию технического комитета ISO/TC46 «Информация и документация», призывающую интегрировать китайские наработки в международную систему. Данные предложения не были попыткой вообразить, какой могла бы быть «статья о данных»; они были подготовлены на основе модели, которая уже реально применяется на практике.
Мой комментарий: Забавно, что проект, опирающийся на сложившуюся практику, сейчас уже рассматривается как необычный … А ведь прежде вся стандартизация была только такой!
Это различие важно для всех, кто занимается разработкой стандартов; и оно вдвойне важно для архивистов, поскольку стандартизируемый объект - это на само деле не формат публикации. Это устойчивая взаимосвязь между описанием и набором данных- иначе говоря, утверждение о происхождении и контексте доказательств (в данном случае – данных в составе набора данных – Н.Х.).
Что такое «статья о данных» (data paper)
Этот термин звучит необычнее, чем само явление. В традиционной научной статье данные используются лишь как доказательство, подтверждающее тот или иной довод или вывод. В «статье о данных» (data paper) главным объектом научного исследования становится сам набор данных; текст такой статьи описывает, что представляет собой этот набор данных, как он был получен, каково его качество и как другие стороны могут ответственно использовать его повторно.
Одно из первых влиятельных определений этого понятия было предложено Вишвасом Чаваном (Vishwas Chavan) из Глобального информационного фонда по биоразнообразию (Global Biodiversity Information Facility, GBIF) и Любомиром Пеневым (Lyubomir Penev) из издательства Pensoft в статье [10], опубликованной в 2011 году в журнале BMC Bioinformatics (журнал издательства Springer, см. https://link.springer.com/journal/12859 - Н.Х.).
Авторы определили «статью о данных» как рецензируемую публикацию, содержащую расширенное описание набора данных (метаданные), и отметили, что такой формат призван стимулировать публикацию данных. Проблема, по их мнению, носила скорее экономический, чем технический характер. У исследователей было мало стимулов тратить месяцы на документирование набора данных, но были веские причины посвятить это время написанию статьи, поскольку именно статьи являются общепризнанной «научной валютой». Стоит сделать описание набора данных объектом, который можно цитировать и который проходит рецензирование, как ситуация с мотивацией кардинально меняется.
Эта модель начала практически сразу начала применяться на практике. GBIF и Pensoft разработали инструменты, позволяющие автоматически создавать черновики «статей о данных» на основе структурированных метаданных из репозиториев; журналы издательства Pensoft начали принимать такие статьи, и первые из них вышли в свет в 2011 году.
Вслед за этим схожий формат представил журнал Nature. В 2014 году был запущен журнал Scientific Data, в котором появился новый тип публикаций - «описание данных» (Data Descriptor). Такие статьи строились вокруг описания методов, самих данных, технической валидации данных и рекомендаций по их использованию, а также сопровождались машиночитаемыми метаданными. Свои спецификации для метаданных журнал опубликовал еще в январе 2014 года, до выхода первого номера, - а в декабре 2013 года объявил, что метаданные, относящиеся к статьям типа Data Descriptor, будут распространяться на условиях лицензии CC0 (отказ от авторских прав – Н.Х.).
Таким образом, данное понятие носит международный характер, и оно появилось на свет раньше всех последующих инициатив. Китай не был первооткрывателем «статей о данных». В Китае произошло нечто иное - то, что, на мой взгляд, имело более значимые последствия: здесь эта идея превратилась в элемент инфраструктуры.
Китай создаёт «песочницу»
В 2015 году Китайская академия наук открыла двуязычный (на английском и китайском языках) онлайн-журнал «Научные данные Китая» (China Scientific Data, 中国科学数据》, https://www.sciengine.com/CSD/home ), посвященный публикации научных данных. Он был размещён в «Центре информационных технологий компьютерных сетей» (Computer Network Information Center, CNIC) Китайской академии наук, и в августе того же года получил статус пилотного проекта для внедрения в Китае формата непрерывной сетевой публикации. Заявленные цели проекта выходили за рамки собственно научных публикаций и охватывали такие сферы, как открытые данные, обмен данными, стандартизация цитирования, обеспечение долговременной сохранности, управление активами данных - и новые формы профессионального признания работы с данными.
Архивистов должно заинтересовать предлагаемое самим журналом описание его модели процесса публикации. В состав представляемых материалов входят «статья о данных» и сам набор данных. Набор данных размещается в репозитории (хранилище); «статья о данных» содержит структурированное человеко-читаемое описание, необходимое для интерпретации и повторного использования данных; а постоянные идентификаторы (DOI) связывают эти два компонента. Ожидается, что в ходе рецензирования оценивается не только текстовая часть, но также качество и читаемость самих данных.
По сути, при таком подходе поднимается вопрос, которым (только сформулированным иными словами) архивисты задаются уже целое столетие: какие именно свидетельства / доказательства должны сопровождать информационный объект с тем, чтобы кто-либо, помимо его создателя, мог впоследствии понять его, оценить и впоследствии доверять? В Китае ответ на этот вопрос дала практика использования «статей о данных», в ходе многолетней работы по подаче материалов, их рецензированию, размещению в репозиториях и публикации, - ещё до того, как были сделаны попытки зафиксировать эту модель в качестве национального требования.
Китайское научное сообщество стало осваивать этот жанр довольно рано. Лю Фэнхун (Liu Fenghong) и его коллеги опубликовали в «Китайском журнале научно-технических периодических изданий» (Chinese Journal of Scientific and Technical Periodicals) исследование [15], посвященное «статьям о данных» как новому типу публикаций в эпоху больших данных. Авторы проанализировали саму концепцию, вопросы управления правами и процесс подготовки публикаций, а также рассмотрели перспективы развития данной модели в Китае.
Более поздние исследования отличались большей конкретикой. Так, в работе Хуан Гобиня (Huang Guobin) и Чжэн Сяо (Zheng Xia), опубликованной в 2019 году [14], сравнивались требования к оформлению статей десяти журналов, специализирующихся на публикациях данных. Анализировались такие аспекты, как место хранения набора данных, его структура, форматы, переменные, сведения о качестве, программное обеспечение и инструкции по повторному использованию. Именно эти элементы впоследствии легли в основу формальных требований.
(Продолжение следует)
Эндрю Поттер (Andrew Potter)
Источник: сайт Substack
https://metaarchivist.substack.com/p/standards-have-provenance-too
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
