среда, 16 мая 2018 г.

Переход на государственное делопроизводство с использованием блокчейна: Зачем, когда, что и как, часть 2


(Продолжение, начало см. https://rusrim.blogspot.ru/2018/05/1_15.html )

4. Почему правительства интересуются технологией блокчейна?

Несомненно, отчасти мотивация правительств изучать возможности перехода на технологии блокчейна или же экспериментировать с ними связана со «стадным чувством». Когда такие организации, как Всемирный экономический форум, превозносят технологию блокчейна как «следующую революционную инновацию» (next big thing), то многие страны принимают это к сведению и не хотят остаться позади (Suberg 2018). Тем не менее, есть и другие мотивы. Правительства обнаруживают, что от блокчейна может быть отдача. В мире, изобилующем природными и связанными с деятельностью человека угрозами для целостности документов и данных, технология блокчейна имеет много привлекательных сторон (MIT 2018): запроектированная сопротивляемость несанкционированным изменениям, распространение множества копий реестра по многочисленным узлам, и перспектива получить прозрачные и неподверженные изменениям записи в реестре.

Виктория Лемьё на конференции В Казани

Правительства считают, что, в дополнение к повышенной безопасности документных систем на основе блокчейна, эта технология может быть полезна для отслеживания происхождения активов в цепочке поставок, обеспечивая бóльшую эффективность процесса и предотвращения мошенничества - например, в случае регулируемых продуктов, таких, как продукты питания, алмазы, вино и произведения искусства. Например, Австралия использует блокчейн-решения для отслеживания поставок зерна, а в Индонезии пилотная программа успешно контролировала вылов рыбы (Visser and Hanich 2018).

Блокчейн также полезен тогда, когда многочисленные стороны, которые не обязательно доверяют друг другу, должны вести друг с другом деловые операции и иметь доступ к коллективно используемым авторитетным документам, касающимся, например, платежей за товары или услуги, регистрации коммерческих организаций или передачи прав на землю. Еще одна мотивация для внедрения технологии блокчейна заключается в устранении потребности в транзакционных посредниках, таких как банки или удостоверяющие центры, которые налагают высокие транзакционные сборы и/или чья надежность может вызывать сомнения.

Наконец, технология блокчейна может содействовать автоматизации деловых правил, благодаря чему можно будет повысить эффективность выполнения транзакций. Опрос, проведенный в 2017 году аналитическим отделением группы «Экономист» (Economist Intelligence Unit, https://www.eiu.com/ ) и Институтом деловой отдачи (Institute for Business Value) фирмы IBM, показал, что 7 из 10 руководителей государственных структур считает, что блокчейн обеспечит снижение затрат, времени и рисков; и 9 из 10 – намерены инвестировать в использование блокчейна в сфере финансовых транзакций, управления доступом, управления контрактами и обеспечения соответствия законодательно-нормативным требованиям (IBM and Economist Intelligence Unit 2017).

Некоторые правительства и международные агентства видят в технологии блокчейна решение обостряющейся проблемы доверия к государственным учреждениям, так как записанные в блокчейне транзакции, теоретически, размещаются в публичном доступе и их может просматривать кто угодно. Такая возможность, однако, очень сильно зависит от того, как проектируются и внедряются конкретные блокчейн-решения.

5. Когда государственные органы начнут заменять существующие системы на решения на основе блокчейна?

По большому счету, правительства не спеша и с осторожностью подходят ко внедрению технологии блокчейна. Для этого существует ряд причин. Во-первых, блокчейн по-прежнему тесно ассоциируется с первым примером применения этой технологии - криптовалютой Биткойн (Bitcoin), которая всё ещё связана с «тёмным интернетом» (Dark Web), преступной деятельностью и отмыванием денег. Такая оценка, пожалуй, не вполне справедливая, учитывая то, что официальные валюты также могут использоваться для аналогичных целей, - но, тем не менее, это точка зрения, которая существует и распространяется на другие криптовалюты (Sedgwick 2018). Сомнения людей в отношении криптовалют могут быть связаны с тем, что большинство из них не имеет ясного представления о том, что такое криптовалюты на самом деле, и что слово «крипто» ассоциируется у них с историями о секретах и тайне. Загадочная история возникновения самого Биткойна не способствует уменьшению подозрительности людей (Taylor 2017). Правительства, по понятным причинам, с осторожностью подходят ко внедрению технологии, которая ассоциируется с преступной деятельностью.

Во-вторых, технологии блокчейна и распределенных реестров всё ещё находятся в процессе становления. Их определение, архитектура, модель оперативного применения и многие другие аспекты проектирования и внедрения еще не установились. Для нарождающихся технологий это вполне естественно. Отсутствие стандартизации этих аспектов затрудняет для правительств как подготовку делового обоснования для замены существующих систем блокчейн-технологиями, так и четкое определение отдачи на вложенные инвестиций (IBM and Economist Intelligence Unit 2017).

В-третьих, до сих пор нет международных стандартов для технологий блокчейна и распределенных реестров, а также общих критериев, позволяющих сравнивать и оценивать различные блокчейн-платформы и решения. В США Национальный институт стандартов и технологий (NIST) лишь совсем недавно выпустил проект стандарта для блокчейна, в котором рассматривается ограниченный круг вопросов (NIST 2018). Инициативы в области разработки стандартов - такие, как деятельность технического комитета TC307 «Технологии блокчейна и распределенных реестров» Международной организации по стандартизации ИСО - продолжаются, но пока еще не завершены. Динамичность технического ландшафта блокчейнов и отсутствие международных стандартов осложняют для правительств определение того, какую блокчейн-платформу использовать при внедрении блокчейн-решений, и как эти платформы будут взаимодействовать с другими блокчейн-решениями и централизованными электронными системами, платформами и сервисами, такими, как облачные технологии. Естественно, что при таком уровне неопределенности большинство правительств считает спешку неразумной.

В-четвертых, отсутствие необходимого количества высококвалифицированных специалистов, хорошо разбирающихся в технологиях блокчейна и распределенных реестров, также, вероятно, удерживает правительства от быстрого внедрения этих технологий (Campbell 2017). Учитывая их ограниченное понимание технологии, принимающие решения руководители государственных структур, которые могут не иметь технического образования и опыта, либо слишком сильно доверяют тому, что им говорят поставщики блокчейн-решений о возможностях этой технологии, либо относятся к словам поставщиков с полным скептицизмом. Им также может быть сложно представить себе новые модели оказания услуг на основе блокчейна. Более того, в отсутствие обученных разработчиков программного обеспечения для блокчейна и распределенных реестров, в отсутствие архитекторов, бизнес-аналитиков и специалистов по управлению документами и информацией, правительства могут оказаться не в состоянии обеспечить постоянную поддержку даже решений, которые они уже внедряют. Эта проблема нехватки высококвалифицированного персонала, скорее всего, будет решена тогда, когда высшие учебные заведения начнут предлагать образовательные программы по технологии блокчейна. В настоящее время существует очень немного образовательных программ такого рода, и в большинстве стран дело ограничивается отдельными учебными курсами, часто неформального характера.

В-пятых, существующие законодательно-нормативные рамки часто усложняют или тормозят внедрение блокчейн-решений. Например, в канадской провинции Британская Колумбия для внедрения блокчейн-решения взамен существующего решения по выдаче электронных сертификатов, удостоверяющих права на землю, потребуется изменить земельное законодательство провинции. Поскольку перемены в законодательстве могут идти медленно и трудно, это, естественно, замедляет темпы рассмотрения правительствами возможностей для замены существующих систем на блокчейн-решения.

Учитывая описанные выше взгляды и ограничения, правительства, по-видимому, в настоящий момент будут в основном создавать прототипы и проводить пилотные проекты внедрения технологий блокчейна и распределенных реестров, - и пока не будут заменять существующие системы на блокчейн-решения, и не станут полагаться на блокчейн в своей повседневной деятельности. И это несмотря на результаты проведенного в 2017 году опроса (IBM and Economist Intelligence unit 2017) 200 руководителей государственных структур из 16 стран, согласно которым к 2018 году 9 из 10 правительственных органов и организаций планируют инвестировать в технологию блокчейна для использования её в управлении финансовыми операциями, активами, контрактами и для обеспечения соблюдения законодательно-нормативных требований. 14% из числа опрошенных респондентов ожидают, что в уже этом году блокчейн-решения будут создаваться и использоваться, - но на данном этапе внедрение, по-видимому, в основном будет представлять собой тестирование пилотных решений, подтверждающих работоспособность концепции (там же). Многие из экспериментирующих с блокчейном правительств – это правительства развивающихся странах (IDRC 2017), где низкий уровень доверия и высокая коррупция, слабость существующей системы управления документами и, с другой стороны, финансовая поддержка и спонсорство международных организаций, таких как ООН, понизили барьеры для экспериментов с блокчейн-решениями.

6. Для каких целей правительства используют блокчейн-технологии?

Недавние исследования показывают, что правительства начинают применять технологию блокчейна в самых разнообразных ситуациях, включая управление цифровыми идентификационными данными, управление активами, обеспечение соответствия законодательно-нормативным требованиям, системы голосования, оказание услуг гражданам, управление контрактами, финансовые платежи, трансграничные услуги, регистрация сделок с землёй, управление информацией в здравоохранении, подтверждение полученного образования, обеспечение безопасности потребителей, управление открытыми данными, подача налоговых деклараций, проведение государственных закупок и управление контрактами, выпуск государственных облигаций, государственные криптовалюты – и этот список можно продолжать и продолжать (Learning Machine 2017).

К настоящему времени в проекте «Документы в цепочке» наибольшее внимание было уделено двум областях применения: регистрации сделок с землёй и управление медицинскими документами.

(Окончание следует, см. http://rusrim.blogspot.ru/2018/05/3_17.html )

Виктория Лемьё (Victoria L. Lemieux)

Комментариев нет:

Отправить комментарий