воскресенье, 31 августа 2014 г.

Завершена разработка первой редакции проекта национального стандарта ГОСТ Р xxxx/ISO 13008:2012 «Информация и документация – Процессы конверсии и миграции электронных документов»


На сайте Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии опубликовано уведомление о разработке проекта национального стандарта ГОСТ Р «Информация и документация - Процессы конверсии и миграции электронных документов», который является прямым применением международного стандарта ISO 13008:2012 Information and documentation - Digital records conversion and migration process.

Работы проведены в рамках программы национальной стандартизации на 2014 год техническим подкомитетом ПК6 «Жизненный цикл электронного документооборота» технического комитета по стандартизации ТК 459 «Информационная поддержка жизненного цикла изделий» и компанией «Электронные офисные системы» (ЭОС Тех).

На сайте ПК 6 можно ознакомиться с текстами первой редакции проекта стандарта ( http://www.pk6.eos.ru/upload/pk6/files/Proekt_%20GOST_%20%D0%A0_%20ISO%2013008_2012%20(1%20red).pdf ) и пояснительной записки ( http://www.pk6.eos.ru/upload/pk6/files/PoyasnitZap%20k%201%20red_ISO%2013008-2012.pdf ), выложенными для публичного обсуждения.

Этап публичного обсуждения текста первой редакции проекта стандарта продлится до 18 октября 2014 года. Прием отзывов по проекту стандарта осуществляется по адресу:
ООО «ЭОС Тех»
107113, Москва, ул. Шумкина, д.20, стр.1
Телефон/факс: +7 (495) 221-24-31
Интернет-сайт: www.pk6.eos.ru
Адрес электронной почты: pk6@eos.ru
Для подготовки отзывов по проекту предлагается использовать форму ( http://www.pk6.eos.ru/upload/pk6/files/Forma_12.doc ).

Источник: сайт компании «ЭОС» / сайт Росстандарта
http://www.pk6.eos.ru/news/detail.php?ID=126429
http://standard.gost.ru/wps/portal/!ut/p/c4/04_SB8K8xLLM9MSSzPy8xBz9CP0os3gLHzeXUFNLYwMLD1dLA09vR39DD68g4-BQI_2CbEdFADu0LAA!/

В сети выложен ряд моих новых статей


На сайте компании «ЭОС» выложены тексты моих статей, опубликованных в октябре 2013 – июне 2014 году. Познакомиться с ними можно по следующим ссылкам:

Арбитражная справка: Штраф за непредоставление документов, срок хранения которых истек, неправомерен


Это интересное дело № А40-77163/13 рассмотрел в октябре 2013 года Арбитражный суд города Москвы. Оно показывает, что даже истечение установленного законодательством срока хранения документов и их своевременное уничтожение не каждый контролирующий орган готов принять в качестве обоснования отказа в предоставлении запрошенных им документов.

Суть спора

Межрегиональной инспекцией №4 по крупнейшим налогоплательщикам Федеральной налоговой службы (ФНС) была проведена выездная налоговая проверка ОАО энергетики и электрификации «Ленэнерго». В ходе проведения проверки у общества в октябре 2012 года были запрошены документы:
  • Счета - фактуры;

  • Договоры (с изменениями, дополнениями, приложениями, действовавшими в 2009 - 2011 годах) к указанным счетам-фактурам;

  • Платежные и иные документы, подтверждающие оплату счетов-фактур;

  • Документы, подтверждающие правомерность принятия вычетов по НДС по счетам-фактурам;

  • Регистры бухгалтерского учета за периоды, в которых отражены операции по поступлению денежных средств, по начислению НДС, по реализации товаров, работ, услуг, по перечислению денежных средств.
Требование со сроком исполнения 10 дней было вручено главному бухгалтеру общества. Общество уведомило инспекцию о невозможности представления запрашиваемых документов в установленные законом сроки и просило продлить срок представления документов. В итоге срок был продлен до 26 октября 2012 года.

Общество не представило часть истребованных документов: платежные документы, подтверждающие оплату счетов-фактур (всего 764 документа). В связи с этим инспекция привлекла общество к ответственности за нарушение, предусмотренное п.1 ст. 126 НК РФ (непредставление налоговому органу сведений, необходимых для осуществления налогового контроля), в виде штрафа в размере 152,8 тысяч рублей (по 200 рублей за каждый непредставленный документ).

Не согласившись с решением, общество обратилось в суд, ссылаясь на то, что привлечение налогоплательщика к ответственности за непредставление первичных документов, срок хранения которых к моменту направления истек, незаконно.

Позиция Арбитражного суда города Москвы

Судом было установлено, что инспекцией были затребованы платежные документы, подтверждающие оплату услуг, оказанных обществу в 2001-2006 годах. Общество не смогло предоставить оригиналы и соответственно заверенные копии документов в связи с тем, что истек срок их хранения.

Суд отметил, что с учетов норм статьи 29 Закона «О бухгалтерском учете», статьи 23 Налогового Кодекса РФ максимальный срок хранения таких документов истек в 2010 – 2011 годах. Каких-либо специальных норм, устанавливающих более продолжительный срок хранения документов, налоговое законодательство не предусматривает.

Суд обратил внимание на то, что при этом общество попыталось найти затребованные документы у контрагентов:
  • Часть платежных поручений были найдены сотрудниками общества в архивах ОАО «Ленэнерго»;

  • Были направлены запросы в ОАО «Банк Санкт-Петербург», ОАО «СЭБ Банк», ОАО «Сбербанк России» о предоставлении копий платежных документов за период с 2005 – 2006 года. Указанные организации в ответе на запрос общества сообщили, что платежные поручения в соответствии со ст. 29 Закона «О бухгалтерском учете» уничтожены в связи с истечением срока хранения.
Суд отметил, что, несмотря на то, что платежные поручения в конечном итоге были представлены налоговому органу, привлечение общества к ответственности за непредоставление в установленный срок платежных документов, срок хранения которых истек, является незаконным.
Для справки: Аналогичная позиция изложена в Постановлении Федерального арбитражного суда Московского округа по делу № А40-58242/2008 от 03.06.2009 года. Суды указали на то, что привлечение налогоплательщика к ответственности за непредставление первичных документов, срок хранения которых к моменту направления требования истек, незаконно. В передаче указанного дела в Президиум Высшего Арбитражного суда было отказано.

Интересно, что судебная практика других стран в этом отношении несколько отличается. Например, в США, Англии и других англоязычных странах сторона не привлекается к ответственности лишь при условии, что документы с истекшими сроками хранения были фактически уничтожены, а непредставление сохранившихся документов является наказуемым деянием.
Суд установил, что из запрошенных 764 документов только у двух документов не истек срок хранения – это были оправдательные документы по двум счетам-фактурам за 2009 год. В этой части общество признало факт нарушения.

Суд признал недействительным решение о привлечении к ответственности за налоговое правонарушение в части взыскания штрафа в размере 152,4 тысяч рублей.

Девятый арбитражный апелляционный суд в декабре 2013 года оставил без изменения решение Арбитражного суда г. Москвы, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Федеральный арбитражный суд Московского округа в марте 2014 года оставил без изменения решение Арбитражного суда города Москвы и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Источник: Официальный сайт Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации: http://www.arbitr.ru/

суббота, 30 августа 2014 г.

Публикации: Кшиштоф Скупенски о терминологических проблемах делопроизводства и архивного дела в Польше


На сайте Academia.edu выложена статья польского специалиста, профессора университета Марии Склодовской-Кюри д-ра Кшиштофа Скупенски (Krzysztof Skupienski) под названием «Проблема определения понятий "документ", "канцелярия" и "архив" в безбумажную эпоху» (Pytania o definicje dokumentu, kancelarii i archiwum w „epoce bez papieru"), см. https://www.academia.edu/8062864/K._Skupienski_Pytania_o_definicje_dokumentu_kancelarii_i_archiwum_w_epoce_bez_papieru  - доступ свободный при условии регистрации на сайте).

Проф. Скупенски на конференции в Екатеринбурге

Статья написана по-польски, но автопереводчик (например, Google - https://translate.google.com/#pl/ru/ ) довольно неплохо с ней справляется.

Статья интересна тем, что по ней можно судить о терминологических спорах – например, относительно терминов «документ» и «запись» - которые не обошли стороной и Польшу. В статье большое внимание уделяется анализу терминологических вопросов с точки зрения дипломатики, что в отечественной литературе встречается нечасто.

К сожалению, автор, судя по всему, сторонник пресловутых «записей», которые, к счастью, сейчас «вымирают» по всей Европе. Каких-либо серьёзных аргументов в пользу такого подхода он не приводит, и лишь ссылается на то, что в польской версии стандарта ISO 15489 (как, кстати говоря, и в русской) английские термины document и record переведены оба как «документ», что, по его мнению, создает путаницу (у нас пока что кроме одного-двух человек этой тонкости никто даже не заметил). Правда, для исправления путаницы предлагается почему-то не изменение перевода термина document (поскольку это может быть неудобно ИТ-специалистам, которые привыкли так переводить!), а введение «записей» :(

Кшиштоф Скупенски, возможно, знаком некоторым читателям по его публикациям на русском языке:
  • К.А.Скупенски «Управление документацией в Польше: состояние и перспективы», Вестник РГГУ №2(124), серия «Документалистика. Документоведение. Архивоведение», РГГУ, Москва, 2014 г., стр.194-202, см. http://rggu-bulletin.rggu.ru/binary/2631879_32.1402405950.35789.pdf

  • К.Скупенски «Bлияние ИКТ на развитие бюрократии в современной Польше. Документ. Архив. История. Современность», Материалы IV Международной Научно-практической конференции, посвященной 20-летию подготовки документоведов в Уральском федеральном университете, г. Екатеринбург, 1–4 ноября 2012 г., стр. 45–49.

Судебная практика: Неоформление добровольного согласия на медицинское вмешательства


Как показывает судебная практика, вопрос о неоформлении добровольного согласия на медицинское вмешательства становится критичным тогда, когда при лечении пациента возникают проблемы и осложнения и врачу или лечебному учреждению предъявляют претензии и иски.

В ноябре 2013 года в Самарском областном суде было рассмотрено дело о привлечении врача к административной ответственности (постановление № 4а-847/2013) за нарушение порядка оформления согласия.

Суть спора

В феврале 2013 года дежурным врачом-отоларингологом был проведен осмотр пациентки, доставленной в медицинский университет бригадой скорой медицинской помощи. Поставив диагноз, впоследствии признанный неверным, врач рекомендовал госпитализацию в инфекционное отделение городской больницы, куда пациентку и перевезли.

В марте 2013 года при проведении выездной внеплановой проверки унверсистета было выявлено, что врач нарушил требования по ведению первичной медицинской документации, используемой в стационарах (форма № 001/у «Журнал учета больных и отказа в госпитализации»). В журнале отсутствовала запись об осмотре гражданки.

Кроме того, в нарушение требований ст. 20 федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», при осмотре больной дежурным врачом-отоларингологом не было оформлено «Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство».

На основании этого дежурный врач-отоларинголог был привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 19.20 КоАП РФ в размере 20 тысяч рублей.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 40 Самарской области
в июне 2013 года врач был признан виновным в совершении административного правонарушения, с назначением наказания в виде штрафа в размере 20 тысяч рублей.

Решением Промышленного районного суда г. Самары в августе 2013 года постановление мирового судьи было оставлено без изменения.

Позиция Самарского областного суда

По мнению суда, дежурным врачом-отоларингологом в марте 2013 года были нарушены требования федерального законодательства при оказании медицинской помощи больной, а именно:
  • Без проведения обследования больной был поставлен ошибочный диагноз и дан необоснованный отказ в госпитализации в специализированное оториноларингологическое отделение клиники;

  • Не было оформлено «Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство»;

  • Запись об осмотре больной в журнале учета больных и отказов в госпитализации по форме № 001/у отсутствует.
Врач-отоларинголог обязан был завести медицинскую карточку на поступившую больную и принять ее к госпитализации в клинике, а не направлять в городскую больницу. Также осмотр больной был проведен врачом с нарушением ст. 20 федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», поскольку информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство должным образом оформлено не было.

Доводы врача о том, что он не должен был оформлять информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, поскольку не выполнял медицинского вмешательства, а осуществлял медицинскую деятельность, признаны судом безосновательными.

Судом установлено, что врачом в отношении больной был проведен оториноларингологический осмотр, поставлен диагноз, рекомендована госпитализация в инфекционное отделение, что в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития России от 23.04.2012 года № 390н входит в перечень медицинских вмешательств.

Самарский областной суд оставил без изменения постановление мирового судьи судебного участка № 40 Самарской области и решение Промышленного районного суда г. Самары, а надзорную жалобу без удовлетворения.

Источник: Консультант Плюс
http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=SOJ;n=746231

пятница, 29 августа 2014 г.

Ежегодная встреча членов Общества американских архивистов, часть 2


(Окончание, начало см. http://rusrim.blogspot.ru/2014/08/1.html )

Елена Дэниельсон (Elena Danielson), ранее работавшая в Гуверовском архиве (Hoover Archives), сосредоточила внимание на вопросах, связанных с секретностью и прозрачностью, и начала своё выступление с потрясающего факта: согласно отчету за 2013 год Офиса по контролю за информационной безопасностью (Information Security Oversight Office, ISOO), находящегося в структуре Национальных Архивов ( http://www.archives.gov/isoo/reports/2013-annual-report.pdf ), в 2013 финансовом году обеспечение защиты секретной информации и рассекречивания информации обошлись нации в 11,6 миллиарда долларов.

Дэниельсон затем высказала мнение, которое мне кажется в высшей степени разумным: информация хочет быть свободной, но некоторые секреты действительно должны быть сохранены, и манера раскрытия информации может привести к насилию или даже к войне. Например, в 1870 году Отто фон Бисмарк успешно спровоцировал французов на войну путем выборочного редактирования и раскрытия отчета о беседе короля Вильгельма Прусского с послом Франции в Пруссии. В 1917 году британцы раскрыли телеграмму Циммермана, в котором немецкое правительство предлагало Мексике заключить союз в случае вступления американского правительства в Первую мировую войну на стороне Британии, надеясь тем самым вовлечь в конфликт Соединенные Штаты.

В свете недавних утечек секретной информации, организованных Джулианом Ассанжем (Julian Assange) из WikiLeaks, Челси Мэннинг и Эдвардом Сноуденом, Дэниельсон сформулировала ряд вопросов, ответ на которые может помочь архивистам и другим лицам, желающих оценить истоки и последствия таких раскрытий:
  • Была ли информация тщательно проверена перед раскрытием?

  • Была ли информация раскрыта ради общественного блага, или же это было сделано для получения какой-либо выгоды - денег, самоудовлетворения, славы, политических преимуществ?

  • Готов ли раскрывший информацию человек ответить за последствия своих действий?
Отметив, что электронная эпоха в плане секретности поместила нас на сейсмический разлом, Дэниельсон также сформулировала несколько других вопросов, на которые нам следует ответить:
  • Если государственные органы хотят регламентировать потоки информации, то что происходит, когда они организуют утечки своей собственной информации?

  • Если информационные либертарианцы так привержены открытости, то почему они шифруют свою информацию? Почему секретность хороша для журналистов и активистов, но не для корпораций или государственных органов?

  • Справедлив ли всё ещё принцип, установленный в Нюрнберге – убеждение в том, что общественное благо превыше закона?
Эд Саммерс (Ed Summers) из Библиотеки Конгресса, чья презентация доступна в сети по адресу ( http://bit.ly/one-big-archive ), изучал недавний скандал – несправедливо обруганное исследование манипуляций настроениями, проведенное в 2012 году Facebook и Корнельским университетом – и то, как эта история высвечивает, каким образом власть формирует архивные документы.

Саммерс подчеркнул один момент, о котором я не знала: один из ученых Корнельского университета, участвовавший в проведенном Facebook исследовании, ранее участвовал в научно-исследовательском проекте, финансируемом в рамках инициативы «Минерва» (Minerva) Министерства обороны США. Такое финансирование выделяется на исследования в области социальных наук по вопросам «имеющим стратегическое значение для политики США в сфере национальной безопасности». А один из его коллег в настоящее время получает финансирование от инициативы «Минерва» на изучение постов и обсуждений в социальных сетях во время египетской революции 2011 года, выборов в России в Государственную Думу в 2011 году, нигерийского кризиса 2012 года, связанного с субсидиями на топливо, и протестов 2013 года в парке Гази в Турции. Ставится задача выявления лиц, которых удалось побудить к действиям в качестве реакции на эти кризисы, и определения момента, когда они начали действовать.

Отметив, что возмущение, которое было вызвано раскрытием информации о проведенном Facebook исследований манипуляций настроениями, отчасти было подогрето более широкими опасениями относительно тех способов, которые корпорации и такие государственные органы, как Агентство национальной безопасности (National Security Agency) используют для сбора и использования персональных и поведенческих данных, Саммерс утверждал, что нам нужно больше норм, ограничивающих типы собираемых данных и сроки их хранения.

Кроме того, корпорациям нужно создать советы по этике, которые бы открыто обсуждали с пользователями и учеными свои практики использования данных и управления ими. Те переговоры, которые архивисты уже давно ведут с донорами архивных документов, являются хорошей моделью для обсуждений такого рода. Если, например, донор скачивает копию своих данных в Facebook и предлагает отдать их архиву, архивист и донор будут вместе работать над определением того, кто и когда может получить доступ к данным. У донора должен быть возможность вести подобный разговор непосредственно с Facebook, и архивисты особенно хорошо подходят на роль посредников, способствующих таким обсуждениям.

Здесь много о чём следует подумать. Я, однако, не могу не задаться вопросом, не ведем ли мы безнадежную борьбу. Национальные органы безопасности и корпорации редко обращали внимание на мнение архивистов по каким бы то ни было вопросам, и я подозреваю, что ситуация станет ещё хуже, а не лучше. Я могу ошибаться - и надеюсь, что ошибаюсь; в конце концов, события сорокалетней давности также привели к кардинальным изменениям в законах, регламентирующих управление документами президентов США (как я понимаю, имеется в виду Уотергейтский скандал 1972 года, приведший к отставке президента Никсона в 1974 году. В 1978 году был принят Закон о президентских документах – Н.Х.). Но даже если я права, не думаю, что мы должны просто позволить без шума оттесниться себя в сторону. Лучше умереть стоя, чем жить на коленях.

Бонни Ведл (Bonnie Weddle)

Источник: блог l'Archivista
http://larchivista.blogspot.ru/2014/08/saa-2014-agency-ethics-and-information.html 

Независимая оценка качества оказания услуг организациями в сфере культуры


Президент РФ 21 июля 2014 года подписал Федеральный закон от № 256-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам проведения независимой оценки качества оказания услуг организациями в сфере культуры, социального обслуживания, охраны здоровья и образования».

Закон от 9 октября 1992 года № 3612-1 «Основы законодательства Российской Федерации о культуре» дополнен двумя статьями:
  • Статья 36.1. Независимая оценка качества оказания услуг организациями культуры

  • Статья 36.2. Информационная открытость организаций культуры
Мой комментарий: Закон вступает в силу 21 октября 2014 года, так что и у организаций культуры, которые должны раскрывать информацию, и у органов государственной власти, которые обязаны организовать проведение независимой оценки, осталось не очень много времени. Напомню, что к  организациям культуры относятся архивы, поэтому Росархиву и региональным органам управления архивным делом также придется заняться исполнением требований данного закона.

Независимая оценка качества оказания услуг организациями культуры

Независимая оценка качества оказания услуг организациями культуры является одной из форм общественного контроля и проводится в целях предоставления гражданам информации о качестве оказания услуг организациями культуры, а также в целях повышения качества их деятельности. Она предусматривает оценку условий оказания услуг по таким общим критериям:
  • открытость и доступность информации об организации культуры;

  • комфортность условий предоставления услуг и доступность их получения;

  • время ожидания предоставления услуги;

  • доброжелательность, вежливость, компетентность работников организации культуры;

  • удовлетворенность качеством оказания услуг.
При проведении независимой оценки качества оказания услуг организациями культуры используется общедоступная информация об организациях культуры, размещаемая в том числе в форме открытых данных.

В целях создания условий для организации проведения независимой оценки качества оказания услуг организациями культуры уполномоченный федеральный орган исполнительной власти, органы государственной власти субъектов РФ и органы местного самоуправления с участием общественных организаций формируют общественные советы по проведению независимой оценки качества оказания услуг организациями культуры (на федеральном и региональном уровнях создание советов обязательно).

По решению уполномоченного федерального органа исполнительной власти, органов государственной власти субъектов РФ или органов местного самоуправления функции общественных советов по проведению независимой оценки качества оказания услуг организациями культуры могут быть возложены на существующие при этих органах общественные советы. В таких случаях общественные советы по проведению независимой оценки качества оказания услуг организациями культуры не создаются.

Мой комментарий: По моим наблюдениям, граждан, готовых не просто войти в состав подобных общественных советов, но и принять участие в реальной работе, не очень много, поэтому идея о создании и функционировании двух советов одновременно мне кажется непродуманной. Хорошо, что органам государственной власти хотя бы дается возможность самостоятельно решить, сколько им нужно советов – один или два :)

Показатели, характеризующие общие критерии оценки качества оказания услуг организациями культуры устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти с предварительным обсуждением на общественном совете. Состав общественного совета формируется из числа представителей общественных организаций. Число членов общественного совета не может быть менее 5 человек.

Информация о деятельности общественного совета размещается органом государственной власти, органом местного самоуправления, при которых он создан, на своем официальном сайте в Интернете.

Независимая оценка качества оказания услуг организациями культуры, организуемая общественными советами по ее проведению, проводится не чаще чем один раз в год и не реже чем один раз в три года.

Общественные советы по проведению независимой оценки качества оказания услуг организациями культуры:
  • Определяют перечни организаций культуры, в отношении которых проводится независимая оценка;

  • Формируют предложения для разработки технического задания для организации, которая осуществляет сбор, обобщение и анализ информации о качестве оказания услуг организациями культуры, принимают участие в рассмотрении проектов документации о закупке работ, услуг, а также проектов государственного, муниципального контрактов, заключаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации или органами местного самоуправления с оператором;

  • Устанавливают при необходимости критерии оценки качества оказания услуг организациями культуры (дополнительно к установленным настоящей статьей общим критериям);

  • Осуществляют независимую оценку качества оказания услуг организациями культуры с учетом информации, представленной оператором;

  • Представляют соответственно в уполномоченный федеральный орган исполнительной власти, органы государственной власти субъектов РФ, органы местного самоуправления результаты независимой оценки качества оказания услуг организациями культуры, а также предложения об улучшении качества их деятельности.
Информация о результатах независимой оценки качества оказания услуг организациями культуры размещается соответственно:
  • Уполномоченным федеральным органом исполнительной власти на официальном сайте для размещения информации о государственных и муниципальных учреждениях в сети Интернет;

  • Органами государственной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления на своих официальных сайтах и официальном сайте для размещения информации о государственных и муниципальных учреждениях в сети Интернет.
Состав информации о результатах независимой оценки качества оказания услуг организациями культуры и порядок ее размещения на официальном сайте для размещения информации о государственных и муниципальных учреждениях будет определен уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Информационная открытость организаций культуры

В статье 36.2 «Информационная открытость организаций культуры» определен состав информации об организациях культуры, к которой должен быть обеспечен доступ.

Информация размещается на официальных сайтах уполномоченного федерального органа исполнительной власти, органов государственной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления и организаций культуры в соответствии с требованиями к ее содержанию и форме предоставления, установленными уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Уполномоченный федеральный орган исполнительной власти, органы государственной власти субъектов РФ, органы местного самоуправления и организации культуры обеспечивают на своих официальных сайтах техническую возможность выражения мнений получателями услуг о качестве оказания услуг организациями культуры.

Источник: Консультант Плюс
http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=165899

четверг, 28 августа 2014 г.

Ежегодная встреча членов Общества американских архивистов: Посредничество, этика и информация, часть 1


Данную заметку американский архивист Бонни Ведл (Bonnie Weddle – на фото) опубликовала 14 августа 2014 года на своём блоге l'Archivista.

Ежегодное совместное заседание Совета руководителей архивных служб штатов и территорий (Council of State Archivists, CoSA), Национальной ассоциации специалистов по управлению государственными архивами и документами (National Association of Government Archivists and Records Administrators, NAGARA) и Общества американских архивистов (Society of American Archivists, SAA) началась утром 14 августа 2014 года. Почти 2300 архивистов, специалистов по управлению документами и представителей смежных профессий заполнили исполинский комплекс Мариотт Уордман-парк отеля в Вашингтоне, где погода была не по сезону замечательно прохладной.

Мне, к сожалению, немного нездоровилось, часть дня я провел в постели и не в полной мере присутствовала на тех мероприятиях, которые посетила. Я поэтому не без колебаний предлагаю читателям приведенный ниже обзор сессии 201 «Струйка становится наводнением: Посредничество, этика, и информация», в ходе которой были рассмотрены вопросы, связанные с секретностью, властью, этикой и нормативным регулированием коммуникационных систем в свете недавних случаев раскрытия секретной информации сайтом WikiLeaks, Челси (Брэдли) Мэннингом (Chelsea (Bradley) Manning – недавно Бэдли Меннинг сменил пол и имя – Н.Х.) и Эдвардом Сноуденом (Edward Snowden), а также возбуждения уголовного дела и последующего самоубийства активиста Аарона Шварца 9 Aaron Swartz). Эта сессия дала немало поводов для размышления.


Гибискусы в цвету около Мариотт Уордман-парк отеля, Вашингтон, 14 августа 2014 года

Гилель Арнольд (Hillel Arnold) из Архивного центра Рокфеллера (Rockefeller Archive Center) начал свой доклад с замечания о том, что мы окружены коммуникационными системами, которые в основном невидимы, и что еще труднее понять связанное с этими системами законодательно-нормативное регулирование. Архивисты, как правило, хорошо умеют понимать то, что невидимо глазу: мы знаем, что организационные структуры очень сильно влияют на создание и содержание документов; мы понимаем, что документированная история преимущественно отражает воззрения одних людей и замалчивает или отбрасывает мнения других; и мы обращаем внимание как на доказательную, так и на информационную ценность документов. В электронную эпоху, однако, законы и нормативные акты определяют, какие из материалов оставляются нам для работы с ними, и не понимая этого, невозможно будет объяснить молчание по определенным вопросам или собрать необходимую контекстуальную информацию.

Законодательно-нормативное регулирование основывается на идее о том, что общее благо оправдывает некоторые ограничения свободы. Однако некоторые влиятельные действующие лица способны использовать такое регулирование для удушения конкуренции, наведения жесткой дисциплины или иным образом действовать способами, которые не идут на пользу обществу. Регулирование может принимать различные формы. Внешнее регулирование может быть закреплено в законодательстве, политиках или технологиях (примером может служить зажимание полосы пропускания), а саморегулирование может проявляться в социальных нормах или в ожиданиях пользователей. Арнольд исследовал вопрос о том, как характеристики коммуникационных систем могут служить «маркерами власти» (markers of power). Архивисты, изучающие роль этих систем в формировании архивных документов, должны быть внимательны к следующим факторам:
  • Поток. Анализ потока включает оценку направленности (односторонний, двусторонний, многосторонний), объема и скорости, с которой информация передается через систему. Радиотрансляции служат наглядным примером роли законодательно-нормативного регулирования в формировании потока. С самого начала радио рассматривалось как мощное средство массовой информации, и Закон о радио 1927 года (Radio Act of 1927) регламентировал поток информации посредством лицензирования, ограничения потребляемой мощности и создания контрольного органа, который впоследствии стал Федеральной комиссией по связи (Federal Communications Commission, FCC).

  • Структура. Анализ структуры предполагает изучение механизмов доставки (иерархических либо географически и/или технологически распределенных) и стандартов (структуры, контента и протоколов). Почтовая служба Соединенных Штатов подчеркивает роль структуры в формировании системы связи. Более низкие цены на пересылку публикаций способствовали широкому распространению газет, а действующие в течение длительного времени стандарты защиты неприкосновенности частной жизни в отношении личной переписки повлияли на ожидания пользователей. В то же время правила Почтовой службы запрещают пересылку огнестрельного оружия, взрывчатых веществ и ряда других материалов, и законы Комстока (Comstock – введены в 1873 году, названы по имени предложившего их американского политика и руководителя Почтовой службы Энтони Комстока – Н.Х.) на протяжении десятилетий запрещали пересылку по почте материалов, признанных порнографическими.

  • Товар (Commodity). Имеется в виду анализ центров производства товаров и услуг массового потребления, проводимый после выявления имеющих ценность вещей. Архивисты привыкли обращать основное внимание на информацию, но нам следует понимать, что сама сеть или взаимоотношения между пользователями коммуникационной системы (например, друзья в Facebook) могут также иметь ценность. Система проводной телефонной связи является примером роли товара в формировании системы: компания «Ма Белл» взимала плату за обслуживание и стремились, с замечательным успехом, к тому, чтобы создать и поддерживать естественную монополию.
(Окончание следует, см. http://rusrim.blogspot.ru/2014/08/2.html )

Бонни Ведл (Bonnie Weddle)

Источник: блог l'Archivista
http://larchivista.blogspot.ru/2014/08/saa-2014-agency-ethics-and-information.html

Требования к организаторам распространения информации в интернете - и кто может их не исполнять


Федеральный закон от 5 мая 2014 года № 97-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам упорядочения обмена информацией с использованием информационно-телекоммуникационных сетей» дополнил закон статьей 10.1 «Обязанности организатора распространения информации в сети Интернет».
Для справки: Организатором распространения информации в сети «Интернет» является лицо, осуществляющее деятельность по обеспечению функционирования информационных систем и (или) программ для электронных вычислительных машин, которые предназначены и (или) используются для приема, передачи, доставки и (или) обработки электронных сообщений пользователей сети «Интернет».
Для организаторов распространения информации установлен ряд требований:
  • Уведомить федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по контролю и надзору в сфере средств массовой информации, массовых коммуникаций, информационных технологий и связи, о начале осуществления деятельности (часть 2);

  • Хранить на территории РФ информацию о фактах приема, передачи, доставки и (или) обработки голосовой информации, письменного текста, изображений, звуков или иных электронных сообщений пользователей и информацию об этих пользователях в течение 6 месяцев с момента окончания осуществления таких действий, а также предоставлять указанную информацию уполномоченным государственным органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность или обеспечение безопасности РФ (часть 3);

  • Обеспечивать реализацию установленных федеральным органом исполнительной власти в области связи по согласованию с уполномоченными государственными органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность или обеспечение безопасности РФ, требований к оборудованию и программно-техническим средствам, используемым в эксплуатируемых информационных системах (часть 4).
При этом в законе было предусмотрено, что Правительство РФ подготовит перечень личных, семейных и домашних нужд при осуществлении деятельности по распространение информации.

Постановлением Правительства РФ от 31 июля 2014 года № 747 определен перечень личных, семейных и домашних нужд, удовлетворение которых не влечет исполнения обязанностей, предусмотренных частями 2 - 4 статьи 10.1 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

К личным, семейным и домашним нуждам относятся потребности граждан, связанные с:
  • Приобретением знаний, умений, навыков, ценностных установок, опыта деятельности и компетенции в целях интеллектуального, духовно-нравственного, культурного, творческого, физического и (или) профессионального развития человека, удовлетворения его образовательных потребностей и интересов;

  • Осуществлением деятельности, направленной на получение и применение новых знаний;

  • Созданием результатов творческой деятельности, в том числе программ для электронных вычислительных машин, включая внесение изменений в указанные программы;

  • Приобретением товаров, работ, услуг, поиском работников, размещением информации о вакансиях;

  • Ведением домашнего хозяйства, садоводства, разведением животных и уходом за ними;

  • Получением информации о технических характеристиках и потребительских свойствах товаров, качестве услуг, результатах работ;

  • Организацией досуга и (или) воспитанием детей.
При этом исполнять требования закона придется организаторам распространения информации, если это связано:
  • С осуществлением общественной или общественно-политической деятельности либо распространением информации и материалов общественно-политического характера, предоставлением возможности приема, передачи, доставки и (или) обработки электронных сообщений пользователей, составляющих неопределенный круг лиц, и (или) осуществлением в интересах обеспечения любой деятельности юридического лица или участия пользователя в деятельности юридического лица;

  • Если число фактических пользователей указанной системы или программы превышает 10 тысяч.
В законе также установлено, что Правительством РФ будет определено (часть 6):
  • Состав информации, подлежащей хранению;

  • Место и правила хранения информации;

  • Порядок ее предоставления уполномоченным государственным органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность или обеспечение безопасности РФ, а также 

  • Порядок осуществления контроля за деятельностью организаторов распространения информации, связанной с хранением такой информации, и федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на осуществление этого контроля.
Мой комментарий: Новые положения вступили в силу 1 августа 2014 года. Принятие закона вызвало неоднозначную оценку среди экспертов, прежде всего из-за того, что требования к порядку хранения информации Правительством ещё не установлены.  Кроме того, пока не ясно, как будут наказывать тех, кто не будет соблюдать эти требования.

Источник: Консультант Плюс
http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=166887
http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=162652

среда, 27 августа 2014 г.

США: Развенчание мифа о необходимости сертифицировать системы для управления документами на соответствие стандарту DoD 5015.2, часть 2


(Окончание, начало см. http://rusrim.blogspot.ru/2014/08/dod-50152-1.html )

Я не собираюсь углубляться в детали всех подходов к автоматизации управления документами, перечисленных в проекте отчета и плана. Однако я собираюсь привести ряд цитат, непосредственно связанных с темой данной статьи – о том, что использование сертифицированных по DoD 5015.2 приложений не обязательно необходимо и полезно для управления различными типами электронных документов.
«Существует много приемлемых способов управления электронными документами. Сертифицированные по DoD 5015.2 программные приложения являются одним из инструментов для управления электронными документами, однако есть и другие приемлемые стратегии. Некоторые методы управления электронными документами могут лучше работать в определенных условиях или в отношении определенных типов документов, чем другие. Например, документами в социальных сетях, возможно, удобнее будет управлять с помощью иных методов, отличных от тех, что используются для управления статическими электронными документами, такими, как официальные отчеты».
Я участвовал во встречах и беседах с представителями клиентов из числа федеральных органов исполнительной власти, где по ходу разговора мы возвращались к вопросу о необходимости соответствия стандарту DoD 5015.2 в случае, если приложение выполняет какие-либо функции управления документами. Я с облегчением прочитал данное руководство Национальных Архивов, в котором четко и ясно сказано, что нет обязательного требования об использовании сертифицированных по DoD 5015.2 инструментов для реализации функциональных возможностей по управлению документами. Не нужно верить мне на слово, доверяйте сказанному Национальными Архивами:
«Приложения для управления документами (Records Management Applications, RMA, о которых идёт речь в стандарте DoD 5015.2; это наши СЭД и ECM-системы – Н.Х.) способны обеспечить хорошее управление не для всех типов документов. Примером могут служить файлы баз данных.»
Сказано коротко и по существу. Не всеми типами документов можно хорошо управлять, используя традиционные, сертифицированные по DoD 5015.2 программные приложения. В качестве ещё одной категории электронных документов, которыми не получается эффективно управлять с помощью традиционных приложений, я бы назвал сообщения электронной почты. Ниже приведена цитата, в которой как раз говорится том, как развенчание мифа и намеченная Директивой на 2016 год цель влияют на управление документами в электронной почте:
«Национальные Архивы также признают, что наличие на рынке RMA-приложений для управления документами не привело к всеобщему использованию этих инструментов в федеральных органах исполнительной власти даже для работы с теми типами документов, которыми эти приложения способны управлять; проблема обеспечения согласованного и последовательного управления всеми электронными документами федеральных органов остается нерешенной, несмотря на наличие данной технологии.»
Несмотря на то, что стандарт DoD 5015.2 действует уже в течение десятилетий, все еще остается нерешённой проблема обеспечения согласованности в части захвата и управления электронными документами федеральных органов исполнительной власти. На рынке имеется множество программных решений, удовлетворяющих требованиям DoD 5015.2, и все же государственные органы продолжают сталкиваться с проблемами при управлении электронными документами.

Мой комментарий: Справедливости ради следует сказать, что соответствие требованиям стандарта DoD 5015.2 обязательно только для организаций и учреждений, входящих в структуру Министерства обороны США, и пока что этого никто не отменял. Для остальных ведомств формально это всегда была лишь поддерживаемая Национальными Архивами рекомендация, а не требование. На практике, однако, ответственные за закупки руководители обычно предпочитали не рисковать и закупали преимущественно сертифицированные продукты. Таким образом, речь идёт не об отмене какого-то законодательного запрета, а, скорее, об отказе от сложившейся в государственном секторе практики.

Что развенчание мифа об обязательности соответствия DoD 5015.2 означает в плане достижения поставленной в Директиве цели – обеспечить к 2016 году электронное управление электронной почтой

Во-первых, уже середина 2014 года, и 2016 год быстро приближается. Добился ли Ваш орган государственной власти какого-либо прогресса в плане достижения намеченной на 2016 цели – обеспечить электронное управление всеми документами в электронной почте?

Во-вторых, развенчание мифа об обязательности DoD 5015.2 означает, что органы государственной власти могут использовать для управления содержащимися в электронной почте документами не только сертифицированные по DoD 5015.2 приложения. В результате у них появляется возможность использовать для реализации необходимых для управления документами функциональных возможностей другие технологии, такие, как приложения и сервисы для корпоративной архивации.

В-третьих, государственные органы, возможно, ранее уже инвестировали в технологии, поддерживающие решения для архивирования, которые могут быть использованы и для электронного управления документами в электронной почте. Тогда отпадает необходимость в закупке совершенно отдельной платформы для управления документами, хотя, возможно, потребуется изменить конфигурацию существующего решения или приобрести дополнительные лицензии, чтобы добавить функциональные возможности, позволяющие достичь намеченную на 2016 год цель. Кроме того, инструменты для корпоративной архивации полезны не только для управления документами. Они также помогают юридической службе улучшить процессы, связанные с э-раскрытием (eDiscovery), создают более надёжные хранилища данных, используемых при выполнении запросов в соответствии с законом о свободе доступа к государственной информации (FOIA), а также для внутренних аудитов и расследований. Их применение обеспечивает многочисленные технологические преимущества для всех пользователей информационных технологий.

В-четвертых, разъяснения в отношении пресловутой обязательности DoD 5015.2 дают федеральным органам исполнительной власти больше свободы и гибкости при выборе подходящих решений, если они собираются внедрять рекомендации Национальных Архивов по использованию метода Capstone (о нём см. http://rusrim.blogspot.ru/2013/06/i_30.html - Н.Х.) для электронного управления электронной почтой.

Вывод

Относитесь к вопросам управления документами непредвзято и незашорено. Не бойтесь мыслить нестандартно, решая проблемы управления документами в электронную эпоху. Учитывая распространение «больших данных» в различном виде и форме, странно выглядели бы попытки игнорировать альтернативные решения, которые могли бы помочь обеспечить управление этими данными с документной точки зрения.

Патрик Бланд (Patrick Bland)

Дополнительная информация: Тем, кого заинтересовала данная тема, может быть также интересен пост «Национальные Архивы США провели отраслевой семинар «Директива по управления государственными документами: Большой Вызов для всей отрасли»», http://rusrim.blogspot.ru/2013/09/blog-post_4815.html

Источник: сайт Technically Speaking
http://blogs.dlt.com/debunking-dod-certified-records-management-requirement-myth/ 

Участникам региональных инвестиционных проектов с 2014 года придется хранить данные бухгалтерского и налогового учета и ряд других документов в течение шести лет


Когда в разговоре с коллегами речь заходит о сроках хранения документов и их законодательном регулировании, одним из первых называется Налоговый Кодекс, в котором установлен срок хранения налоговых документов. Речь идет об обязанности налогоплательщика обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в течении четырех лет.

В эту норму федеральным законом от 30 сентября 2013 года № 267-ФЗ были внесены изменения, установившие исключения из общего правила.
Налоговый Кодекс, статья 23 "Обязанности налогоплательщиков (плательщиков сборов)"

8) в течение четырех лет обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих получение доходов, осуществление расходов (для организаций и индивидуальных предпринимателей), а также уплату (удержание) налогов, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом;
Одновременно Налоговый Кодекс был дополнен статьей 89.2. «Особенности проведения выездной налоговой проверки налогоплательщика - участника регионального инвестиционного проекта», которая установила новые требования. В рамках выездной налоговой проверки налогоплательщика - участника регионального инвестиционного проекта может быть проверен период, не превышающий пяти календарных лет, предшествующих году, в котором вынесено решение о проведении проверки.

Мой комментарий: Статья 89 «Выездная налоговая проверка» предусматривает, что «в рамках выездной налоговой проверки может быть проверен период, не превышающий трех календарных лет, предшествующих году, в котором вынесено решение о проведении проверки, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом».

Налогоплательщик - участник регионального инвестиционного проекта, удовлетворяющего требованиям, предусмотренным абзацем третьим подпункта 4 п.1 ст.25.8 Налогового Кодекса, обязан обеспечивать в течение шести лет сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, при исчислении которых были использованы налоговые льготы, предусмотренные для участников региональных инвестиционных проектов настоящим Кодексом и (или) законами субъектов Российской Федерации, а также документов, подтверждающих соответствие показателей реализации регионального инвестиционного проекта требованиям к региональным инвестиционным проектам и (или) его участникам, установленным настоящим Кодексом и (или) законами соответствующих субъектов Российской Федерации.

Эти положения распространяются также на проведение выездной налоговой проверки организации, статус участника регионального инвестиционного проекта которой прекращен.

Новые законодательные нормы вступили в силу с 1 января 2014 года.

Мой комментарий: Как видим, участникам инвестиционных программ придется в 1,5 раза дольше хранить свои налоговые и бухгалтерские документы. Было бы желательно предупреждать их об этом при включении в реестр участников региональных инвестиционных проектов, и рассказывать о последствиях нарушения данного требования. В противном случае у многих из таких организаций могут возникнуть большие проблемы, когда к ним придет налоговый орган с проверкой.

Источник: Консультант Плюс
http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=164917;fld=134
http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=152473 

вторник, 26 августа 2014 г.

США: Развенчание мифа о необходимости сертифицировать системы для управления документами на соответствие стандарту DoD 5015.2, часть 1


Статья Патрика Бланда (Patrick Bland) была опубликована 5 августа 2014 года на сайте Technically Speaking («С технической точки зрения»), рассказывающем о новостях и мнениях, касающихся применения ИТ-технологий в государственном секторе США.

Соответствовать или не соответствовать требованиям Министерства обороны США к системам управления электронными документами DoD 5015.2? Этот вопрос всегда приводит меня в недоумение.

Данная статья стремится опровергнуть ошибочное представление о том, что все программные продукты, используемые для управления документами, должны быть сертифицированными по DoD 5015.2 (подробнее о стандарте см. http://rusrim.blogspot.ru/2005/10/dod-50152.html - Н.Х.) приложениями; а также показать, почему это важно для достижения поставленной в Президентской директиве по управлению документами (о ней см. http://rusrim.blogspot.ru/2012/08/i_27.html - Н.Х.) цели, требующей обеспечить к 2016 году электронное управление сообщениями электронной почты.

Мой комментарий: «Электронное управление электронной почтой», в частности, подразумевает отказ от всё еще довольно широко используемой практики распечатывания и помещения в бумажные дела сообщений электронной почты, которые имеют статус документов – в том числе и в тех случаях, когда речь идёт о документах длительного и постоянного срока хранения. Фактически федеральным органам исполнительной власти нужно решать вопрос о создании ведомственных электронных архивов либо об использовании услуг электронной архивации третьих сторон, либо же договариваться с Национальными Архивами о как можно более ранней передаче такого рода документов на государственное архивное хранение.

Интереснее всего то, что на решение данной непростой задачи никакого дополнительного финансирования не выделяется. Как мне кажется, именно отсутствие денег во многом и обуславливает смягчение требований к программным средствам, которые допускается использовать для управления государственными документами.


Введение

В кругу специалистов, занимающихся управлением документами в федеральных органах власти, существует распространенное заблуждение, согласно которому любые приложения, выполняющее функции управления документами, должны быть сертифицированы на соответствие требованиям стандарта DoD 5015.2. Многие поставщики программных приложений с гордостью демонстрируют полученные ими сертификаты, подтверждающие, что их решение отвечает всем требованиям стандарта.

Возникший вследствие этого заблуждения вопрос о том, «соответствовать или не соответствовать DoD 5015.2», стал поводом для споров в рамках сообщества по управлению документами. В мае 2013 года Дон Людерс (Don Lueders), владелец компании HarborPoint Information Management и специалист со стажем в области управления жизненным циклом информации, опубликовал на сайте ассоциации специалистов по управлению контентом AIIM дискуссионную статью (перевод которой на русский язык доступен по адресу http://rusrim.blogspot.ru/2013/06/dod-50152.html ), в которой объяснил, почему он больше не поддерживает этот стандарт. По мнению Людерса, стандарт одновременно является «морально устаревшим реликтом бизнес-модели 20-летней давности и неудавшейся попыткой разработать эффективные функциональные требования к управлению электронным контентом вплоть до завершающей стадии жизненного цикла информации».

Вскоре после статьи Людерса опытные профессионалы по управлению документами Марк Мендел (Mark Mandel) и Рон Лаель (Ron Layel) дали в постах на блоге AIIM ответ Людерсу (пост Марка см. http://www.aiim.org/community/blogs/expert/I-Support-DOD-50152-and-Encourage-ALL-Federal-Agencies-to-Adopt-It , а пост Рона – по адресу http://www.aiim.org/community/blogs/community/To-Support-or-Not-Support-the-DoD-50152-Standard-%28Some-pet-peeves-and-views-on-the-debate-from-a-RIM-practitionere28099s-perspective%29 ), приведя аргументы в пользу применения стандартом всеми федеральными органами исполнительной власти. Эти два ответа стоит прочитать, чтобы получить представление о противоположной точке зрения, поскольку и за, и против стандарта DoD 5015.2 высказано немало вполне справедливых суждений.

Недавно опубликованное Национальными Архивами руководство помогает прояснить это заблуждение

В марте этого года Национальные Архивы США (NARA) опубликовали для публичного обсуждения проект руководства под названием «Автоматизация управления электронными документами: Выполнение пункта A3.1 Директивы по управлению государственными документами» (Automating Electronic Records Management: Managing Government Records Directive A3.1, см. информацию об этом на русском языке по адресу http://rusrim.blogspot.ru/2014/03/blog-post_5185.html ). Обсуждение этого документа завершилось в конце апреля, поэтому в ближайшее время можно ожидать появления его окончательной редакции. Данное руководство (пусть это пока ещё проект) непосредственно направлено на выполнение пунктов A3 и A3.1 выпущенной в 2012 году Директивы по управлению государственными документами, в которых говорится:
A3. Стимулировать прикладные исследования в области автоматизированных технологий с целью уменьшения бремени, связанного с выполнением сотрудниками их обязанностей по управлению документами.

A3.1. Национальные Архивы, Федеральный совет ИТ-директоров (Federal Chief Information Officers Council) и Федеральный совет по документам (Federal Records Council) будут сотрудничать с частным сектором и другими заинтересованными сторонами с целью создания экономически оправданных решений для автоматизированного управления документами.

До 31 декабря 2013 Национальные архивы совместно с другими заинтересованными сторонами должны разработать полномасштабный план, описывающий подходящие методы автоматизированного управления электронной почтой, документами в социальных сетях и другими видами электронного документального контента, в т.ч. передовые технологии поиска. В плане должны быть описаны ожидаемые результаты и обозначены соответствующие потенциальные риски
Подготовленное Национальными Архивами руководство по автоматизации управления электронными документами состоит из двух частей: отчета и плана. В отчете рассматриваются цели автоматизации, описываются достигнутые на сегодняшний день результаты, а также позиция Национальных Архивов в отношении стандарта DoD 5015.2. В нем также перечислены пять приемлемых подходов к автоматизации, которые федеральные органы исполнительной власти могут использовать. План, с другой стороны, будет «живым» документом, который будет постоянно обновляться по мере прогресса в деле автоматизации управления электронными документами.

(Окончание следует, см. http://rusrim.blogspot.ru/2014/08/dod-50152-2.html )

Патрик Бланд (Patrick Bland)

Источник: сайт Technically Speaking
http://blogs.dlt.com/debunking-dod-certified-records-management-requirement-myth/  

На законодательном уровне установлен порядок обжалования решения о государственной регистрации или об отказе в государственной регистрации


Продолжается развитие законодательного регулирования порядка рассмотрения жалоб. На этот раз федеральный закон от 21 июля 2014 года № 241-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» дополнен Главой VIII.1 «Порядок обжалования решения о государственной регистрации или об отказе в государственной регистрации». Закон вступил в силу 22 августа 2014 года.
Статья 25.1. Право на обжалование

2. Жалобой в целях настоящей главы признается обращение заинтересованного лица в вышестоящий территориальный регистрирующий орган (далее - вышестоящий регистрирующий орган), а также в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный …, предметом которого является обжалование решения регистрирующего органа о государственной регистрации или об отказе в государственной регистрации.
Решение территориального регистрирующего органа о государственной регистрации может быть обжаловано (ст.25.2):
  • В вышестоящий регистрирующий орган;

  • В федеральный орган исполнительной власти (Федеральная налоговая служба – Н.Х.);

  • В судебном порядке.
Мой комментарий: С 21 августа 2014 года жалоба на решение регистрирующего органа об отказе в государственной регистрации может подаваться в суд и (или) в ФНС России только после обжалования в вышестоящий регистрирующий орган. До этого обжаловать такое решение можно было только в судебном порядке (п. 5 ст. 23 Закона о государственной регистрации).

Решение, принятое вышестоящим регистрирующим органом по результатам рассмотрения жалобы на решение о государственной регистрации или об отказе в государственной регистрации, может быть обжаловано в федеральный орган исполнительной власти и (или) в суд. Решение, принятое федеральным органом исполнительной власти по результатам рассмотрения жалобы обжалуется в судебном порядке.

Лицо, подавшее жалобу, если оно в течение 25 рабочих дней не получит решение по жалобе, имеет право обжаловать соответствующее решение регистрирующего органа в судебном порядке.

Жалоба подается в письменной форме и может быть направлена почтовым отправлением, представлена непосредственно или направлена в форме электронного документа, подписанного электронной подписью, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования. Жалоба подписывается лицом, ее подавшим, или его представителем (ст.25.4).

К жалобе могут быть приложены документы, подтверждающие доводы лица, подающего жалобу.

По результатам рассмотрения жалобы принимается одно из следующих решений (ст.25.6):
  • Об отмене решения регистрирующего органа;

  • Об оставлении жалобы без удовлетворения.
Решение по жалобе принимается в течение 15 рабочих дней со дня ее получения. Срок может быть продлен руководителем (заместителем руководителя) вышестоящего регистрирующего органа или федерального органа исполнительной власти, уполномоченного, для получения от нижестоящего регистрирующего органа документов (информации), необходимых для рассмотрения жалобы, или при представлении лицом, подавшим жалобу, дополнительных документов, но не более чем на 10 рабочих дней.

Решение руководителя (заместителя руководителя) о продлении срока рассмотрения жалобы вручается или направляется лицу, подавшему жалобу, в течение 3 рабочих дней со дня принятия этого решения.

Решение по результатам рассмотрения жалобы вручается или направляется лицу, подавшему жалобу, а также направляется в регистрирующий орган не позднее следующего дня со дня принятия этого решения.

Мой комментарий: У налогового органа есть уже один порядок досудебного рассмотрения жалоб. Федеральный закон от 2 июля 2013 года № 153-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации» ввел обязательную досудебную процедуру обжалования всех без исключения ненормативных актов налоговых органов либо действий или бездействия их должностных лиц в вышестоящий налоговый орган (см.: http://rusrim.blogspot.ru/2013/08/blog-post_6833.html ). Сроки рассмотрения этих двух разных видов жалоб одинаковые.

В случае отмены решения регистрирующего органа об отказе в государственной регистрации, регистрирующий орган обязан вынести решение по документам, представленным для государственной регистрации, в срок не более чем 5 рабочих дней со дня получения решения вышестоящего регистрирующего органа или федерального органа исполнительной власти.

Источник: Консультант Плюс
http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=165831

понедельник, 25 августа 2014 г.

В Канаде идёт работа над новой редакцией стандарта «Электронные документы как документальное доказательство»


Стандарт CAN/CGSB-72.34-2005 «Электронные документы как документальное доказательство» (Electronic Records as Documentary Evidence) был опубликован Канадской организацией по стандартизации в 2005 году, и тогда он был одним из немногих документов такого рода, в которых рассматривались различные аспекты использования электронных документов в качестве доказательств, а также преобразования бумажных документов в электронный вид (в том числе с возможностью уничтожения оригиналов).

Первые несколько страниц стандарта (preview) доступны па странице http://www.techstreet.com/products/1252845 , а также здесь: http://www.scc.ca/en/standardsdb/standards/22952  .

В декабре 2006 года я писала о нём в журнале «Секретарь-референт» (см. http://www.eos.ru/upload/analitica/IntlStandards.pdf ):
«Данный стандарт устанавливает требования, которым организации и частные лица могут следовать при создании электронных документов любого вида, с целью максимально увеличить вероятность принятия этих документов в качестве доказательств. Стандарт был разработан с учетом действующего законодательства Канады (федерального, регионального и местного уровня) и международных стандартов ISO/IEC. Он охватывает вопросы хранения электронных документов и передачи их по каналам связи.

Особенность канадского стандарта состоит в том, что он официально признается канадскими государственными и судебными органами. В частности, следование данному стандарту рекомендовано налоговой службой.»
Возможно, для своего времени документ оказался даже слишком передовым и поэтому не вызвал большого интереса за пределами Канады, и тем более в «бумажной» тогда России. Сейчас ситуация в нашей стране коренным образом изменилась, и, возможно, нам стоит обратить внимание на североамериканский опыт, тем более, что в настоящее время в полном разгаре работа над новой редакцией стандарта CAN/CGSB-72.34.

Ожидается, что публичное обсуждение новой редакции начнется в октябре 2014 года и продлится два месяца. Если все пойдёт по плану, то обновленный стандарт может выйти в свет в 2015 году. Руководит работой в целом Кен Чассе (Ken Chasse) – юрист, который возглавлял комитет, подготовивший первую редакцию документа. Редакционный комитет возглавляет Брайан Тёргуд (Brian Thurgood) из Казначейства Канады (Canada Treasury Board). В работе над стандартом принимает участие и такой известный специалист, как Лючиана Дюранти (Luciana Duranti).

В заключение хочу привести перевод раздела действующей редакции стандарта об области его применения:
1 Область применения

1.1 Настоящий стандарт адресован тем, кто получает, создает, захватывает, поддерживает, использует, хранит или уничтожает документы в электронном виде. Стандарт охватывает деятельность физических и юридических лиц из частного и государственного секторов независимо от того, ведется ли такая деятельность на коммерческой или некоммерческой основе.

1.2 Настоящий стандарт предназначен для использования теми, кто хочет обеспечить достоверность, надёжность и признание аутентичной документированной информации (электронные документы и транзакции), содержащейся в их ИТ-системах. Типичными пользователями стандарта являются:

a) Руководители организаций из частного и государственного секторов;

b) Профессионалы, работающие с ИТ-системами и системами управления документами;

c) Все остальные сотрудники организаций, в том числе те, кто отвечает за службы безопасности и за управления рисками; и

d) Юристы и другие лица, ответственные за создание и поддержание документов.

1.3 Настоящий стандарт устанавливает принципы разработки политик, процедур, практик и документации, направленных на обеспечение целостности и аутентичности электронной документированной информации, с тем, чтобы:

a) Обеспечить возможность надёжной поддержки электронными документами принятия деловых решений и взаимных обязательств;

b) Усилить допустимость в качестве доказательств и доказательную силу электронных документов в суде, арбитраже и в ходе следствия; и

c) Сохранить ценность электронных документов в плане документирования содержания решений и транзакций, и обеспечения ответственности за них.

1.4 Настоящий стандарт также устанавливает оптимальные практики электронного хранения деловой или иной документированной информации. В связи с этим организации, соответствующие его рекомендациям, получают отдачу даже в тех случаях, когда не встают вопросы, связанные с представлением доказательств.

1.5 Кроме того, данный стандарт содержит рекомендации по вопросам:

a) Управления документами в поддержку системы процессов менеджмента качества; и

b) Выявления и реализации надлежащих мер для защиты доказательной силы электронных документов, в том числе путем включения таких мер в процессы проектирования систем и управления ими.
Источники: сайт публикаций правительства Канады / сайт Канадского совета по стандартам / сайт информационно-справочной системы Techstreet
http://publications.gc.ca/site/eng/287649/publication.html
http://www.scc.ca/en/standardsdb/standards/22952
http://www.techstreet.com/products/1252845

В новых методических рекомендациях по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций даны рекомендации по хранению электронных документов


Федеральная налоговая служба приказом от 31 июля 2014 года № ММВ-7-6/398@ утвердила «Методические рекомендации по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи», которые вводятся в действие с 1 августа 2014 года.

В процессе электронного документооборота, помимо направления самих налоговых деклараций, участники информационного взаимодействия обмениваются также следующими технологическими электронными документами (п.1.4):
  • Информационное сообщение о представительстве в отношениях, регулируемых законодательством о налогах и сборах;
  • Квитанция о приеме налоговой декларации (расчета) в электронной форме (далее - квитанция о приеме);
  • Уведомление об отказе в приеме налоговой декларации (расчета) в электронной форме;
  • Извещение о вводе сведений, указанных в налоговой декларации (расчете);
  • Подтверждение даты отправки;
  • Уведомление об уточнении налоговой декларации (расчета) в электронной форме
а также технологическими электронными сообщениями:
  • Извещение о получении;
  • Сообщение об ошибке.
Участники информационного взаимодействия обеспечивают хранение электронных документов в электронной форме в порядке и в течение сроке, установленных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, а также Методическими рекомендациями (п.1.9.). Рекомендации по хранению электронных документов содержатся в разделе 3 Методических рекомендаций.

Отправленные и принятые электронные документы с ЭП подлежат хранению в хранилищах электронных документов участников информационного взаимодействия совместно с соответствующими открытыми сертификатами ключей проверки ЭП (п.3.1).

Хранилище электронных документов налоговых органов должно хранить по каждому электронному документу сведения, предусмотренные Перечнем обязательных сведений о документах, используемых в целях учета и поиска документов в системах электронного документооборота федеральных органов исполнительной власти, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 15.06.2009 № 477 «Об утверждении правил делопроизводства в федеральных органах исполнительной власти» (п.3.2).

Для видов электронных документов, перечисленных в пункте 1.4 Методических рекомендаций, ежегодно в рамках сводной номенклатуры дел формируется одно или несколько дел в электронном виде, срок хранения которых должен соответствовать Перечню документов, образующихся в деятельности Федеральной налоговой службы, ее территориальных органов и подведомственных организаций, с указанием сроков хранения, утвержденному приказом ФНС России от 15 февраля 2012 года № ММВ-7-10/88@. Срок хранения документов должен соответствовать сроку хранения соответствующего дела в сводной номенклатуре.

Мой комментарий: Обращает на себя внимание, что участники информационного обмена должны хранить документы в течение сроков, установленных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, а сами налоговые органы должны использовать сроки хранения, установленные в Перечне документов, образующихся в процессе деятельности Федеральной налоговой службы, ее территориальных органов и подведомственных организаций, с указанием сроков хранения. В результате получается интересная вещь: если налогоплательщики могут ориентироваться на четырехлетний срок хранения, то сами налоговые органы будут хранить эти документы не менее пяти лет (см. пп. 432-433 Перечня ФНС).

Уничтожение видов документов, перечисленных в пункте 1.4 Методических рекомендаций, должно осуществляться в ходе уничтожения соответствующего дела в сводной номенклатуре в следующем порядке:
  • Ежегодно на дела с истекшими сроками хранения составляется акт о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению;

  • Составление акта о выделении документов к уничтожению производится после составления сводных описей дел постоянного хранения за тот же период.
Указанные описи и акты рассматриваются на заседании экспертной комиссии. Согласованные экспертной комиссией акты утверждаются руководителем налогового органа только после утверждения уполномоченным органом исполнительной власти субъекта РФ в области архивного дела описей дел постоянного хранения. После чего дела, включенные в данные акты, уничтожаются в соответствии с установленным порядком.

Извещения о получении и сообщения об ошибке хранятся в хранилище электронных документов не менее шести месяцев после завершения процедуры документооборота (п.3.3.).

Кроме того, в Методических рекомендациях установлены функциональные требования к программным средствам, которые обеспечивают хранение электронных документов:
  • Программные средства участников информационного взаимодействия обеспечивают поиск, визуализацию, сохранение в файл и печать электронных документов из хранилища электронных документов (п.3.4.).

  • Программные средства участников информационного взаимодействия обеспечивают выгрузку на внешние носители электронных документов из хранилища в соответствии с заданными параметрами выборки электронных документов (п.3.5.).
Мой комментарий: Как видим, налоговый орган даже не упомянул в своих рекомендациях Перечень типовых архивных документов 2010 года, предпочтя сослаться на свой ведомственный перечень, - однако рекомендовал использовать его всем участникам информационного обмена :)

Источник: Консультант Плюс
http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=166601

воскресенье, 24 августа 2014 г.

Судебная практика: Утратив пенсионное дело гражданина, Пенсионный фонд попытался сократить его пенсию из-за отсутствия подтверждающих трудовой стаж документов


В последнее время в ходе общения с коллегами вопросы, связанные с документальным подтверждением пенсионных прав, всплывают регулярно. К сожалению, часто в этих рассказах весьма негативные оценки даются действиям Пенсионного фонда, сотрудники которого, по мнению коллег, всеми правдами и неправдами стараются не засчитать те или иные периоды трудового стажа. Затем Пенсионный фонд требует предоставить справки из архивов, - и, учитывая сложившуюся ситуацию с обеспечением сохранности документов по личному составу, далеко не каждому удается подтвердить архивными справками весь трудовой стаж, включенный в трудовую книжку.

В проекте концепции развития архивного дела в Российской Федерации на период до 2020 года (см.: http://regulation.gov.ru/get.php?view_id=15&doc_id=45178 ) предполагается
сокращение сроков хранения документов по личному составу с 75 до 20 лет. Чтобы показать возможные последствия подобных недодуманных идей наших кабинетных деятелей, предлагаю читателям обзор интересного судебного дела, в котором,
с моей точки зрения, Пенсионный фонд «переплюнул» сам себя.

Утратив в своем архиве пенсионное дело и не получив от гражданина повторно подтверждающие документы (интересно, а вообще имел ли Пенсионный фонд право повторно запрашивать их через несколько лет после назначения пенсии?), Пенсионный фонд попытался через суд добиться возврата, по его мнению, излишне начисленной гражданину пенсии. И ему это почти удалось! Точку в вопросе поставила Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ в марте 2014 года (определение № 18-КГ14-1), вставшая в данном вопросе на сторону гражданина.
Для справки: Порядок проведения инвентаризации выплатных (пенсионных) дел, утвержденный распоряжением Правления Пенсионного фонда РФ от 24 июня 2013 года № 241р

3.6. ... В случае обнаружения утраты выплатного (пенсионного) дела на бумажном носителе территориальным органом ПФР принимаются меры по восстановлению (формированию дубликата) выплатного (пенсионного) дела на бумажном носителе.
Основанием для восстановления (оформления дубликата) выплатного (пенсионного) дела является распорядительный акт территориального органа ПФР.
А вот с судьбой самой пенсии все оказалось куда печальнее. Так как гражданин не смог повторно предъявить подтверждающие часть трудового стажа документы, суды всех уровней признали правомерным решение Пенсионного фонда, которое было не в пользу гражданина.

Обратите внимание на то, что документы, которые Пенсионный фонд повторно затребовал от пенсионера – 30-летней давности! Это дело наглядно демонстрирует, что сможет творить Пенсионный фонд, если будут установлен 20-летний срок хранения документов по личному составу. У пенсионеров будут запрашиваться повторно все подтверждающие документы, а поскольку архивы эти документы уже уничтожат, то на этом основании будут снижаться пенсии всем подряд!

Суть спора

При проверке наличия пенсионных дел в архиве Управления Пенсионного фонда РФ в г. Сочи Краснодарского края (ГУ УПФ РФ в г. Сочи) пенсионное дело одного из пенсионеров не было обнаружено, в связи с чем для восстановления утраченного пенсионного дела в его адрес неоднократно направлялись письма с просьбой предоставить документы, необходимые для восстановления пенсионного дела и обоснования получения им пенсии в первоначально установленном размере.

В июле 2012 г. гражданин получил письмо, в котором предлагалось срочно прибыть в пенсионный фонд с оригиналами и копиями документов, подтверждающих право на пенсию. Там ему было заявлено, что его пенсионное дело утрачено и в архиве Пенсионного Фонда Российской Федерации отсутствует, в связи с чем, принято решение о приостановлении ему выплаты пенсии с 1 августа 2012 года на неопределенное время.

В ноябре 2012 года Центральный районный суд г. Сочи признал решение о приостановлении выплаты пенсии незаконным (дело делу № 2-5006/12).

Пенсионер так и не представил документ, подтверждающий его работу по совместительству. С учетом отсутствия данного документа в восстановленном пенсионном деле была установлена переплата пенсии за период с ноября 2009 года по июль 2012 года, которую Пенсионный Фонд решил взыскать с пенсионера. Также было принято решение о пересчете пенсии в сторону уменьшения.
Для справки: Гражданину была назначена пенсия в размере 5,6 тысяч рублей с учетом его работы по совместительству в период с 01.09.1983 г. по 30.11.1987 г. (более четырех лет). Пенсионный фонд хотел вернуть более 87 тысяч рублей «переплаты». То есть, если разделить переплату на 34 месяца, в течение которых выплачивалась пенсия, то получается, что Пенсионный фонд посчитал, что почти половину пенсии (2,5 тысяч рублей) гражданин получал незаконно.
ГУ УПФ РФ в г. Сочи Краснодарского края обратилось в суд с иском к пенсионеру о признании необоснованным назначенного ему вида пенсионного обеспечения и взыскании необоснованно выплаченной суммы пенсии.

Позиция гражданина

Обратившись в Управление Пенсионного фонда РФ (ГУ) в городе Сочи по вопросу о назначении трудовой пенсии по старости в 2009 году, он, в соответствии с законом «О трудовых пенсиях в РФ» одновременно с заявлением представил все необходимые документы, подтверждающие его право на пенсионное обеспечение и его размер. Пенсионный фонд признал подлинность и достаточность представленных документов, приняв решение о назначении ему пенсии и ее размере, а также выдал ему пенсионное удостоверение. Тем самым своими действиями Пенсионный фонд подтвердил, что в его распоряжении на момент принятия данного решения находились все требуемые документы, что и позволило назначить гражданину пенсию.

Позиция Центрального районного суда г. Сочи

Решением Центрального районного суда г. Сочи в апреле 2013 года исковые требования были удовлетворены (дело № 2-1270/2013). Суд признал назначенный с учетом работы по совместительству вид пенсионного обеспечения пенсионера необоснованным, взыскал с ответчика в пользу ГУ УПФ РФ в г. Сочи Краснодарского края необоснованно выплаченную сумму пенсии.

Удовлетворяя иск в части требования о взыскании с пенсионера суммы излишне выплаченной пенсии, суд первой инстанции руководствовался пп. 2 п. 1 ст. 26 федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», и исходил при этом из того, что пенсионером до настоящего времени не представлено документа, подтверждающего его работу по совместительству в период с 1 сентября 1983 года по 30 ноября 1987 года.
Для справки: Подпункт 2 п. 1 ст. 26 федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» предусматривает удержание из трудовой пенсии на основании решений органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, тех сумм, которые излишне выплачены пенсионеру в связи с нарушением им обязательства сообщать этим органам о наступлении обстоятельств, влекущих изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты (п. 4 ст. 23 федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях»).
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 18 июня 2013 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения (дело № 33-12892/13).

По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации в декабре 2013 года дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации для проверки в кассационном порядке и определением судьи Верховного Суда Российской Федерации в январе 2014 года кассационная жалоба передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Позиция Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ не согласилась с указанным выводом судебных инстанций.

Материалами дела подтверждается, что в 2009 году гражданин обратился с заявлением о назначении ему трудовой пенсии, представив одновременно с заявлением необходимые документы для назначения пенсии документы.

По результатам рассмотрения заявления и представленных документов с 5 ноября 2009 года ему была назначена трудовая пенсия, что свидетельствует об отсутствии у должностных лиц ГУ УПФ РФ в г. Сочи Краснодарского края на тот момент каких-либо нареканий в отношении представленных заявителем документов. В то же время пенсионное дело гражданина было утеряно в самом пенсионном органе, по причинам, не связанным с виновными действиями ответчика.

Таким образом, в данном случае нарушение установленных п. 4 ст. 23 закона «О трудовых пенсиях» обязательств не могло быть поставлено пенсионным органом в вину пенсионеру, учитывая, что наступление именно новых обстоятельств, влекущих изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты, в данном случае отсутствовало.

Кроме того, суд учел, что спорная сумма, на взыскании которой настаивал Пенсионный фонд, представляет собой сумму, представленную гражданину в качестве средств к существованию.

Суд отметил, что в соответствии со ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии недобросовестности пенсионера или счетной ошибки.

Суд отменил решение Центрального районного суда г. Сочи и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда. В указанной части было принято новое решение, которым ГУ УПФ РФ в г. Сочи Краснодарского края в удовлетворении требования к пенсионеру о взыскании необоснованно выплаченной суммы пенсии было отказано.

В остальной части решение Центрального районного суда г. Сочи и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда было оставлено без изменения, а кассационная жалоба гражданина - без удовлетворения.

Мой комментарий: У меня это решение вызывает возмущение. Ситуация, когда документы пенсионного дела были утрачены самим Пенсионным фондом, а в результате наказали не его, а пенсионера - позорная.  Как мне кажется, в этом случае именно Пенсионный фонд должен был доказывать, что пенсионер не имеет прав на назначенную ему пенсию. Именно Пенсионный фонд должен был представлять документы, доказывающие его позицию, а не требовать повторного представления документов пенсионером.

Более того, как мне кажется, такое требование вообще незаконно. В обязанности пенсионера входит представить нужные документы до момента назначения пенсии – после этого за сохранность представленных документов должен отвечать Пенсионный фонд.

Очень жаль, что пенсионер не обратился в суд со встречным иском к Пенсионному фонду, и не потребовал компенсировать ему весь ущерб, который он в дальнейшем понесет из-за уменьшения размера пенсии.

Источник: Консультант Плюс / сайт Центрального районного суда г. Сочи / сайт Краснодарского краевого суда
http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ARB;n=386112; 
http://sochi-centralny.krd.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=505298&delo_id=1540005&new=&text_number=1
http://sochi-centralny.krd.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=509390&delo_id=1540005&new=&text_number=1
http://kraevoi.krd.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=971845&delo_id=5&new=5&text_number=1&case_id=945819