вторник, 18 ноября 2014 г.

Арбитражная практика: Переписка по электронной почте признана надлежащим доказательством


В деловой деятельности российских организаций электронная почта используется повсеместно, но вот в ситуациях, когда возникает необходимость предъявить её суду в качестве доказательства, нередко возникают проблемы.

На это раз долгий судебный марафон, который начался с рассмотрения дела № А47-7950/2011 в Арбитражном суде Оренбургской области в марте 2012 года, «крутился» именно вокруг того, что Федеральной антимонопольной службой (ФАС) в качестве доказательства нарушения антимонопольного законодательства были представлены сообщения электронной почты.

Суть спора

Общество ООО «Ринг+» в октябре 2010 года обратилось в ФАС России с заявлением о координации Ассоциацией операторов алкогольного рынка Оренбуржья деятельности на товарном (алкогольном) рынке Оренбургской области.

К заявлению, поданному в октябре 2010 года, обществом были приложены документы на 67 листах. При этом ряд документов - соглашение о принципах торговли водкой в Оренбургской области, соглашение о сотрудничестве и координации деятельности на алкогольном рынке, протокол заседания правления Ассоциации, приложенные к заявлению, - был представлен в виде заверенных копий; остальные документы были представлены в виде незаверенных копий.

В ноябре 2010 года в УФАС с аналогичным заявлением обратилось общество ООО «Мастер Вин», к которому были приложены документы на 51 листе в виде незаверенных копий.

В августе 2011 года ФАС признала, что Ассоциация нарушила требования антимонопольного законодательства.  Ассоциация операторов алкогольного рынка Оренбуржья оспорила это решение в Арбитражном суде Оренбургской области.

Позиция Ассоциации

Ассоциация отрицала запрещенную антимонопольным законодательством координацию деятельности хозяйствующих субъектов и утверждала, что общие собрания и заседания правления в даты, указанные обществами ООО «Ринг+» и ООО «Мастер Вин», не проводились, соглашение о принципах торговли водкой в Оренбургской области и соглашение о сотрудничестве и координации деятельности на алкогольном рынке не заключались, а письма, названные в оспариваемом решении ФАС, членам Ассоциации и иным хозяйствующим субъектам не направлялись,

По мнению ассоциации, представленные обществами копии документов являются ненадлежащими доказательствами.

Позиция Арбитражного суда Оренбургской области

Акты проверок с приложениями не были признаны арбитражным судом надлежащими доказательствами нарушения Ассоциацией антимонопольного законодательства, поскольку были получены с нарушением закона.

По мнению суда, поскольку общество ООО «Ринг+» не обладает оригиналами документов, приложенных к заявлению в ФАС России (документы были получены от Ассоциации по электронной почте – Н.Х.), то представленные копии документов не являются копиями оригиналов документов.

Аналогичные выводы были сделаны судом и в отношении документов, представленных в УФАС обществом ООО «Мастер Вин».

Суд отметил, что ФАС России не представлены сведения о том, что между Ассоциацией и её членами, в том числе и ООО «Ринг+», было заключено соглашение об обмене электронными сообщениями, каждое из которых подлежит подписанию ЭЦП или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения. Поэтому переписку между Ассоциацией и её членами по электронной почте (при наличии такой переписки) нельзя признать обменом документами.

По мнению суда, надлежащими доказательствами по делу о нарушении антимонопольного законодательства могут являться электронные сообщения (служебная переписка в электронном виде), каждое из которых подписано ЭЦП или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон. Только в этом случае полученные по электронной почте документы будут приравнены к оригиналам документов.

Представленные ФАС России в качестве доказательств документы, приложенные обществами к заявлениям, являются копиями (в большей части незаверенными) неподписанных документов, изготовленных машинописным (компьютерным) способом.

Кроме того, обществами в качестве приложений к заявлениям не были представлены скриншоты (снимки экрана, показывающие то, что видит пользователь на экране монитора) представленных в ФАС России документов, что не позволяет признать соглашения полученными по электронной почте, не представляется возможным также определить отправителя электронного сообщения и дату отправки.

Суд также принял аргумент Ассоциации о том, что при использовании электронной почты имеется возможность отправления электронных сообщений третьими лицами от имени конкретного лица, при этом в суд были представлены результаты проведенного эксперимента.

Согласно экспертному заключению Торгово-промышленной палаты Оренбургской области, поступление электронного сообщения в системе «mail.ru» на электронный адрес адресата от имени конкретного отправителя возможно, при том, что последний такового электронного сообщения не отправлял. Возможности подмены электронного адреса различны. Суд отметил, что, поскольку экспертное заключение содержит сведения об имеющих значение обстоятельствах и отвечает понятию письменных доказательств и возражений на него со стороны антимонопольного органа не поступило, то оно подлежит принятию судом в качестве такового и оценке наряду с другими доказательствами по делу.

По мнению суда, приложенные к заявлениям обществ копии документов (как заверенные, так и не заверенные) являются не доказательствами нарушения Ассоциацией требований антимонопольного законодательства, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем.

Арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии достоверных и надлежащих доказательств координации Ассоциацией экономической деятельности хозяйствующих субъектов, которая приводит или может привести к установлению условий членства (участия) в профессиональных и иных объединениях, если такие условия приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции.

Суд удовлетворил заявленные Ассоциацией операторов алкогольного рынка Оренбуржья требования к Федеральной антимонопольной службе и признал недействительными решение комиссии Федеральной антимонопольной службы и выданное предписание.

Позиция Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в июне 2012 года поддержал вывод суда первой инстанции об отсутствии надлежащих доказательств, отметив, что оснований приравнивать полученные по электронной почте документы к оригиналам документов суд первой инстанции не имел, а иных доказательств антимонопольный орган не представил, - поэтому вывод суда о невозможности признания представленных третьими лицами документов надлежащими доказательствами по делу сделан при соблюдении требований действующего законодательства.

Арбитражный суд апелляционной инстанции оставил без изменения решение Арбитражного суда Оренбургской области, а апелляционные жалобы общества ООО «Ринг+» и Федеральной антимонопольной службы России – без удовлетворения.

Федеральный арбитражный суд Уральского округа в октябре 2012 года оставил без изменения решение Арбитражного суда Оренбургской области и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда, а кассационные жалобы ООО «Ринг+» и Федеральной антимонопольной службы России – без удовлетворения.

Федеральная антимонопольная служба, однако, решила биться до конца и подала жалобу о пересмотре дела в порядке надзора в Высший Арбитражный Суд РФ, и это кардинально изменило ситуацию.

Позиция Коллегия судей Высшего Арбитражного Суда РФ

Коллегия судей Высшего Арбитражного Суда РФ в сентябре 2013 года отметила, что судами при рассмотрении дела не было учтено, что статья 64 АПК РФ определяет доказательства как полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (часть 1); в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы, объяснения лиц, участвующих в деле, и иных участников арбитражного процесса, полученные путем использования систем видеоконференц-связи (часть 2); не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (часть 3).

Суд отметил, что статья 75 АПК РФ не исключает, а статья 89 данного Кодекса прямо допускает представление в суд любых документов и материалов в качестве доказательств, если они содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения спора; и такие документы и материалы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме.

В таком случае копии могут быть заверены соответствующим органом, который получил (в том числе изъял) в ходе проверки такие документы и материалы с соблюдением требований к порядку и оформлению получения (изъятия) доказательств.

Суд отметил, что в данном случае ФАС России получала доказательства в ходе рассмотрения дела и изымала доказательства, обнаруженные при проверках, выявляя нарушение Закона о защите конкуренции (ограничивающую конкуренцию координацию деятельности хозяйствующих субъектов). К таким доказательствам (в том числе документам) требования материальных законов применяются в определенных законом случаях, а их оценка должна производиться исходя из соблюдения процессуальных требований к их получению или установленному порядку их изъятия.

ФАС России представил переписку, изъятую из компьютеров проверяемых лиц. Нарушений порядка изъятия судами не было установлено.

Кроме того, процессуальное законодательство и ряд постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ допускают обмен информацией (сообщениями) посредством электронной почты без заключения соглашения об обмене электронными документами, без применения ЭЦП.

Отсутствие соглашения об обмене электронными документами между сторонами переписки, а равно отсутствие ЭЦП в отправляемых и получаемых документах не является нарушением требования закона, в связи с чем не влечет безусловную невозможность использования таких документов в качестве доказательств неправомерных действий (часть 3 статьи 64, статья 68 АПК РФ).

Суды в данном случае необоснованно применили к представленным ФАС России доказательствам требования Федерального закона от 10.01.2002 № 1-ФЗ «Об электронной цифровой подписи».

Ссылки судов на указанный закон сделаны без учета сферы его применения - его действие распространялось на отношения, возникающие при совершении гражданско-правовых сделок и в других предусмотренных законодательством РФ случаях. Однако в данном случае доказывается не гражданско-правовая сделка, а запрещенная законом координация, отношения по которой, как и порядок оформления таких отношений, не могут быть предусмотрены законом в силу прямого запрета на ее осуществление.

Коллегия сочла, что получение или отправка сообщения с использованием адреса электронной почты, известного как почта самого лица или служебная почта его компетентного сотрудника, свидетельствует о совершении этих действий самим лицом, пока им не доказано обратное (при соблюдении порядка проведения проверки и изъятия доказательств).

Спорная переписка подлежала оценке наряду с другими, в том числе косвенными, доказательствами в их взаимосвязи и совокупности. Совпадение содержания представленных ФАС России документов и материалов (в том числе сведений, содержащихся в переписке) с другими подтвержденными по делу обстоятельствами (например, единообразное и синхронное ценовое поведение участников ассоциации, прекращение добровольного контроля качества и выдачи марок ассоциации в отношении продукции общества «Ринг+», отсутствие на территории области в розничной продаже товара без марок ассоциации) может свидетельствовать об их достоверности.

Оценка доказательств судами свелась преимущественно к ошибочному утверждению о несоответствии их Федеральному закону «Об информации, информационных технологиях и защите информации» от 27.07.2006 № 149-ФЗ, Федеральному закону от 10.01.2002 № 1-ФЗ «Об электронной цифровой подписи» ввиду отсутствия ЭЦП.

С учетом изложенного, представленные ФАС России доказательства подлежали оценке наряду с другими доказательствами в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Судебная коллегия решила передать дело в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации для пересмотра в порядке надзора.

Позиция Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в ноябре 2013 года (Постановление № 18002/12) отметил, что судами совокупность норм АПК РФ в данном случае применена неверно, поскольку определяет требования к доказательствам действий, совершаемых по закону (правомерных действий), тогда как запрещенная статьей 11 Закона о защите конкуренции координация является незаконным (неправомерным) действием (правонарушением). В этой связи законодательством не определено и не может быть определено, какие доказательства ее подтверждают, а также не установлены и не могут быть установлены требования к форме подтверждающих документов.

Непредставление подлинных документов, подтверждающих совершение запрещенных действий, и (или) надлежащим образом заверенных копий не может быть само по себе основанием для вывода о недоказанности их совершения.

Отсутствие соглашения об обмене электронными документами между сторонами переписки, а равно отсутствие ЭЦП в отправляемых и получаемых документах (даже при наличии такого соглашения) не является нарушением требований закона при доказывании неправомерных действий, в связи с чем не влечет безусловную невозможность использования соответствующих документов и материалов в качестве доказательств.

Суды в рассматриваемом случае неправильно применили к представленным ФАС России доказательствам требования Закона об ЭЦП и Закона об информации, сфера действия Закона об ЭЦП ими не учтена. Согласно пункту 2 статьи 1 Закона об ЭЦП его действие распространяется на отношения, возникающие при совершении гражданско-правовых сделок и в других предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях. Однако в данном случае доказывается не гражданско-правовая сделка, а запрещенная законом координация, отношения по которой, как и порядок оформления таких отношений, не могут быть предусмотрены законом в силу прямого запрета на ее осуществление.

Кроме того, получение или отправка сообщения с использованием адреса электронной почты, известного как почта самого лица или служебная почта его компетентного сотрудника, свидетельствует о совершении этих действий самим лицом, пока им не доказано обратное (при установлении соблюдения порядка проведения проверки и изъятия доказательств). Соответствующие доводы приводились антимонопольным органом, однако им не была дана оценка.

Переписка по электронной почте между Ассоциацией и иными лицами подлежала оценке наряду с другими, в том числе косвенными, доказательствами в их взаимосвязи и совокупности. О достоверности представленных ФАС России документов и материалов (в том числе сведений, находящихся в такой переписке) может свидетельствовать совпадение их содержания с другими подтвержденными по делу обстоятельствами (например, единообразное и синхронное ценовое поведение участников ассоциации, прекращение добровольного контроля качества и выдачи марок ассоциации в отношении продукции общества «Ринг+», отсутствие на территории Оренбургской области в розничной продаже товара без марок ассоциации).

Вопреки изложенному оценка доказательств судами свелась преимущественно к ошибочному утверждению об их несоответствии статье 11 Закона об информации и Закону об ЭЦП ввиду отсутствия ЭЦП и соглашения об обмене электронными сообщениями.

Указания судов на отсутствие скриншотов не обоснованы ссылкой на закон, обязывающий доказывать существование и содержание электронной переписки именно названным способом.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отменил решение всех трех судов в части удовлетворения требований о признании недействительными решения и предписания Федеральной антимонопольной службы. Дело было направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Оренбургской области.

Позиция Арбитражного суда Оренбургской области – круг второй

Арбитражный суд Оренбургской области в октябре 2014 года отметил, что в ходе производства по настоящему делу необходимо установить, предоставлены ли ФАС России надлежащие доказательства (ст.ст. 65 и 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) координации Ассоциацией экономической деятельности хозяйствующих субъектов.

Предоставленная ФАС России в суд в прошитом и заверенном виде переписка, изъятая из компьютеров проверяемых лиц, получена с соблюдением установленного порядка, в том числе порядка изъятия.

По мнению суда, предоставленные антимонопольным органом доказательства нарушения антимонопольного законодательства получены в пределах предоставленных полномочий, являются надлежащими и подлежат оценке судом первой инстанции.

Антимонопольным органом в апреле 2011 году была проведена проверка соблюдения Ассоциацией антимонопольного законодательства. При проведении проверки осуществлен осмотр территорий, помещений, документов и предметов проверяемого лица. В ходе осмотра скопирована информация с компьютера, находящегося на рабочем столе секретаря в помещении, арендуемом Ассоциацией.

Из электронной переписки, исследованной в судебном заседании, следует, что Ассоциацией доводились до её участников рекомендованные цены при оптовой и розничной продаже алкогольной продукции, обсуждались вопросы ценообразования.

Аналогичная информация была получена антимонопольным органом при проведении проверок в ООО «Ринг+» (электронная переписка).

В ходе проверки ООО «Агрос» антимонопольным органом сделан вывод о том, что велась электронная переписка между Ассоциацией и ООО «Агрос». ООО «Лидия» на запрос антимонопольного органа подтвердило поступление от Ассоциации в электронном виде определенных оптовых и розничных цен на алкогольную продукции (приложены рекомендованные цены на водку).

Все остальные представленные антимонопольным органом доказательства содержат сведения об установлении Ассоциацией рекомендуемых цен при оптовой и розничной продажах алкогольной продукции.

Суд отметил, что вменяемые Ассоциации нарушения Закона о защите конкуренции ФАС России усмотрела в том, что содержащиеся в документах Ассоциации, её электронной переписке условия об эксклюзивности реализуемой алкогольной продукции привели к разделу товарного рынка по территориальному принципу, по ассортименту реализуемых товаров (оптовая и розничная реализация алкогольной продукции) и составу продавцов.

Из изъятой в Ассоциации электронной переписки следует, что Ассоциация отслеживала поставку водки из регионов Северного Кавказа, отслеживала заключение и исполнение эксклюзивных контрактов.

Арбитражный суд пришел к выводу о том, что ФАС России предоставлены исчерпывающие доказательства координации Ассоциацией экономической деятельности хозяйствующих субъектов на рынке оптовой и розничной реализации алкогольной продукции на территории Оренбургской области (т.е. переписка по электронной почте принята в качестве надлежащих доказательств – Н.Х.), но ФАС не смогла предъявить доказательств наступления отрицательных последствий. Данный вопрос антимонопольным органом при производстве по делу о нарушении антимонопольного законодательства не исследовался.

Арбитражный суд удовлетворил заявленные Ассоциацией операторов алкогольного рынка Оренбуржья требования к Федеральной антимонопольной службе. Суд признал недействительными решение комиссии Федеральной антимонопольной службы и предписание и отменил постановления Федеральной антимонопольной службы о наложении штрафа по делу об административном правонарушении.

Источник: Официальный сайт Верховного Суда Российской Федерации / Электронное правосудие по экономическим спорам
http://www.arbitr.ru/

Комментариев нет:

Отправить комментарий