вторник, 8 декабря 2015 г.

Великобритания: Что специалисты по управлению документацией думают о функционировании закона о свободе доступа к государственной информации?


9 октября 2015 года британская Независимая комиссия по вопросам свободы доступа к государственной информации (Independent Commission on Freedom of Information), в полномочия которой входит, в частности, изучение воздействия на практику применения Закона о свободе доступа к государственной информации 2000 года (Freedom of Information Act 2000, http://www.legislation.gov.uk/ukpga/2000/36/contents ) правовой неопределенности с использованием членами Кабинета министров права вето, обратилась к заинтересованным сторонам с просьбой высказать своё мнение, ответив на 6 ключевых вопросов.

Британское общество специалистов по управлению документами и информацией (Information and Records Management Society, IRMS) откликнулось на эту просьбу. Его ответы, подготовленные под руководством Скотта Сэмонса (Scott Sammons) и Мэтью Стефенсона (Matthew Stephenson) и подписанные президентом общества Мейком Пирс-Оуэном (Meic Pierce Owen), сейчас выложены по адресу http://www.irms.org.uk/images/resources/papers/Consultations/FINAL_IRMS%20FOI%20Commission%20evidence%20paper_Nov%202015.pdf

Вопросы заданы были очень интересные. Главный из них – насколько открытость государственной информации мешает нормальной работе государственных органов и высших руководителей, в какой степени нужно обеспечить государственным чиновникам возможность спокойно обсуждать (и документировать это обсуждение!) острые вопросы, не опасаясь, что их мнения тут же станут достоянием гласности, и стоит ли давать министрам право накладывать вето на раскрытие определенной государственной информации.

Очень редко в нынешней «политкорректной» Европе кто-либо осмеливается поднять вопрос о том, что всё хорошо в меру, и что чрезмерные открытость и прозрачность с какого-то момента начинают вредить – руководители в лучшем случае перестают документировать процесс принятия решений либо переносят дискуссии в неформальную среду, а в худшем – уклоняются от принятия непопулярных, но нужных решений, боясь за свою карьеру. Понятно также, что грань между оправданным общественным интересом и злоупотреблением правом на свободу доступа к общественной информации очень размытая, и крайне сложно придумать правила, которые удовлетворили бы все заинтересованные стороны.

Мне в этом смысле понравились взвешенные ответы британских коллег; а также то, что они не закрывают глаза на простой факт жизни – в период, когда везде урезается финансирование, и без того перегруженные основной работой государственные служащие не в состоянии «в фоновом режиме» заодно удовлетворять и ничем не сдерживаемое праздное любопытство различных лиц и организаций.

Если кратко суммировать их позицию, то я бы выделила следующее:
  • Известны достаточно многочисленные факты злоупотребления правом о праве на доступ к государственной информации. Выполнение соответствующих запросов часто является тяжёлым бременем для государственных органов.

  • Для государственных органов (как и для любых других организаций) должна существовать определенная «защищённая зона» для откровенных внутренних дискуссий, проводимых в процессе принятия решений. Как вариант, государственные органы могли бы по запросу раскрывать краткое резюме этих обсуждений, не раскрывая излишний деталей. В то же время предоставлять безусловную защиту от раскрытия информации не рекомендуется. В частности, специалисты из IRMS не рекомендуют сохранять за министрами бесконтрольное право вето, считая более правильным пересмотреть предусмотренные законодательством исключения и/или предусмотреть механизмы преодоления вето.

  • Предлагается подумать о введении платы за исполнение запросов (хотя бы для юридических лиц). Уверенности в эффективности такой меры у коллег нет, и они признают, что небольшая плата (с учетом затрат на обработку платежей) на самом деле приведёт к дополнительным затратам из бюджета – однако такая мера может послужить сдерживающим фактором для наиболее необузданных любителей подавать запросы.

  • Предлагается упростить возможность отказа в запросах на основании чрезмерных затрат, необходимых для их исполнения.

  • Текущее законодательство (особенно в части правил публикации информации, а также сведений из баз данных) разрабатывалось ещё в «бумажную» эпоху, без учета возможностей, предоставляемых современными технологиями. Нужен более гибкий подход с упором на опережающее раскрытие государственной информации. Предлагается освободить самые мелкие органы и лица, подпадающие под законодательство (например, отдельных практикующих врачей) от обязанности отвечать на запросы, вместо этого переведя их на режим обязательного опережающего раскрытия информации.
Мой комментарий: Напомню, что аналогичный закон существует и в России – это федеральный закон от 09.02.2009 № 8-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления».

Если мы хотим сделать этот закон эффективно работающим, нам стоило бы внимательно присмотреться как к своему, так и к зарубежному опыту (в том числе британскому), и попытаться более аккуратно сбалансировать потребности общества в открытости и прозрачности с потребностями и возможностями государственных органов.

Например, если сейчас, согласно п.3 ст.8 закона № 8-ФЗ, запрашивающее информацию лицо не обязано обосновывать необходимость получения запрашиваемой информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления, доступ к которой не ограничен (и это право порой нарушается с благословления судов), - то, возможно, стоило бы обязать заинтересованных лиц всё-таки обосновывать личный либо общественный интерес в раскрытии соответствующих сведений, ну хотя бы в отношении сложных и обременительных запросов…

Источник: сайт IRMS
http://www.irms.org.uk/images/resources/papers/Consultations/FINAL_IRMS%20FOI%20Commission%20evidence%20paper_Nov%202015.pdf
http://www.irms.org.uk/news/entry/irms-submits-evidence-to-foi-commission

Комментариев нет:

Отправить комментарий