(Продолжение, предыдущую часть см. https://rusrim.blogspot.com/2026/07/2.html )
Протокол UVA: Три основополагающих принципа и три проблемы
Протокол архивного ИИ Университета Вирджинии, опубликованный в январе 2026 года, предлагает концепцию стратегического управления, опирающуюся на ключевое правило: «необратимые» модели ИИ получают доступ к архивным материалам, только если на практике может быть продемонстрирована аутентичность и осмысленная атрибуция на уровне отдельных элементов, - и если архивное учреждение сохраняет за собой на основании договора возможность остановить дальнейшее использование модели.
Согласно протоколу UVA, оценка организуется на основе трёх основополагающих принципов. Анализ ситуации с документами НСДАП и базы Die Zeit по каждому из этих принципов весьма поучителен - не столько потому, что позволяет вынести однозначный вердикт, сколько потому, что он точно показывает, где в настоящее время существует эффективное стратегическое управление архивным ИИ, а где его нет.
Принцип первый: Происхождение и атрибуция
Первый критерий протокола UVA сформулирован четко: если ИИ не может указать на источники выдаваемых им результатов, ему нельзя использовать архивные материалы. Там, где происхождение и атрибуция не могут быть обеспечены в соответствии со стандартами организации, архивные материалы не должны использоваться для обучения ИИ или для общедоступных ИИ-сервисов.
Применительно к документам НСДАП этот принцип действует одновременно в двух направлениях.
Где сведения о происхождении сохраняются. Цепочка ответственного хранения этих документов необычайно хорошо задокументирована. Это: Штаб-квартира НСДАП в Мюнхене → захват армией США, 1945 г. → Берлинский документационный центр → Федеральный архив Германии, 1994 г. (оригиналы) → Архивный фонд NARA 242 (микрофильмы) → оцифровка, 2025 г.
Метаданные Национальных Архивов на уровне серий сохраняют эти сведения о происхождении коллекции. Инструмент издания Die Zeit связывает результаты поиска с изображениями отдельных карточек в каталоге Национальных Архивов. В этом узком смысле атрибуция источника сохраняется.
Где сохранение сведений о происхождении не обеспечивается. Протокол предусматривает наличие сведений о происхождении на уровне отдельных элементов. Национальные Архивы США практически не создавали описательные метаданные на уровне отдельных элементов – т.е. для отдельных карточек.
Впоследствии поддерживаемый ИИ конвейер обработки данных, использованный изданием Die Zeit, сгенерировал новые структурированные данные на основе этих изображений, - но этот производный слой сам по себе имеет не очень много документированной информации о происхождении. Отсутствует опубликованная методология, объясняющая, какие поля были проверены человеком, а какие – заполнены на основе выводом ИИ; насколько часты были ошибки при распознавании готического почерка; как обрабатывались дубликаты и аномальные карточки; и как система решала проблему примерно 20% не сохранившихся оригинальных документов о членстве в партии.
Когда пользователи ведут поиск в базе данных и получают результат, они сталкиваются с имеющими сомнительную достоверность данными, извлеченными искусственным интеллектом, которые связаны с архивным графическим образом посредством в значительной степени непрозрачного процесса извлечения. Происхождение сохраняется на уровне графического образа. Оно становится гораздо менее ясным на том уровне, с которым пользователи непосредственно взаимодействуют.
База данных Die Zeit, говоря на языке протокола, представляет собой общедоступный ИИ-сервис, построенный на основе архивных материалов. При строгом толковании первого основополагающего принципа, проект вызывает серьезные опасения в плане происхождения и атрибуции. ТВ то же время издание Die Zeit не было обязано соблюдать протокол UVA AAIP, который не является обязательным и не был разработан с учётом такого варианта использования.
Проблема здесь не в недобросовестности - это одно их проявлений отсутствия надлежащего стратегического управления. Концепция UVA предполагает, что архив ведет переговоры о предоставлении доступа к контролируемым коллекциям. В случае же с документами НСДАП речь шла об общедоступных оцифрованных документах, трансформированных «вниз по потоку» в систему публичного поиска с использованием ИИ, находящуюся вне контроля архива.
Принцип второй: Обязанности доноров, сообщества и этические обязательства
Второй основополагающий принцип протокола UVA требует уважения всех обязательств, взятых на себя в дарственных актах, документах о приёме-передаче и в договорах купли-продажи, - защищая сообщества доноров от повторного использования их материалов для обучения ИИ без согласия.
В ситуации с документами НСДАП данный принцип нарушается таким образом, который авторы протокола не могли в полной мере предвидеть.
Документы НСДАП были захвачены, а не переданы в дар. В собственном руководстве Национальных Архивов признаётся, что некоторые материалы в группе документов (фонде) 242 могли иметь частное происхождение, и что их захват, как считается, не лишил первоначальных владельцев каких-либо прав на литературную собственность. Концепция обязанностей доноров была разработана для ситуации добровольной передачи документов на архивное хранение. В ней нет терминологии для обозначения захваченных документов вражеского государства, где институциональным «создателем» является аппарат нацистской партии, а захватчиком – правительство США
Затронутыми сообществами являются те лица, сведения о которых содержатся в документах, а не те, кто их передал документы в архивы. Это более глубокая проблема. Интересы «заинтересованных сообществ» в данном случае не связаны ни с одним институциональным органом, передающим документы в архивы. Эти интересы принадлежат миллионам людей, имена которых указаны на карточках, - и их потомкам.
Эти люди никогда не давали согласие на индексацию сведений о них в общедоступной системе с возможностью поиска с поддержкой ИИ, которая отвечает на запросы за секунды. Федеральный архив Германии сохраняет ограничения доступа к немецким оригиналам этих документов именно из-за неистекших сроков действия защиты персональных данных; в его рекомендациях отмечается, что простой полнотекстовый поиск по базе данных невозможен, а возможность доступа связана с правовыми условиями и обязательствам. Национальные Архивы США (NARA), хранящие не оригиналы, а микрофильмированные копии документов, и действующие в соответствии с американским, а не немецким законодательством о защите персональных данных, столкнулись с иными ограничениями - и решили вопрос по-другому.
Протокол UVA не содержит явных положений для того, что мы могли бы назвать сценарием «перевернутого сообщества» (inverted community): случаев, когда сообщество с наиболее сильными интересами этического плана - это не сообщество доноров документов, а сообщество субъектов документов. Это явный пробел в концепции протокола, и случай с документами НСДАП делает его видимым, причём в ситуации с максимально возможными последствиями.
Принцип третий: Институциональный контроль
Протокол UVA проводит четкое различие между двумя типами использования ИИ. Обучение для целей универсального использования - при котором данные необратимым образом поглощаются в модель - должно быть запрещено по умолчанию. Используемые во внутренней работе и контролируемые модели для поиска - которые изучают данные, не поглощая их (при этом исходные материалы хранятся под институциональным контролем) - обычно разрешены.
Именно здесь ситуация с документами НСДАП и базой данных Die Zeit наиболее непосредственно сталкивается с требованиями протокола - и именно здесь структурный пробел наиболее широк.
Национальные Архивы США не имели отношение к использованию ИИ. Протокол UVA предусматривает, что архивное учреждение будет оценивать, вести переговоры и на договорной основе регламентировать доступ ИИ к своим собственным коллекциям. Протокол требует, чтобы архивное учреждение зарезервировало за собой «праве на прекращение использования ИИ», ещё до заключения какого-либо соглашения об использовании ИИ.
Национальные Архивы США, однако, осуществили раскрытие архивных документов посредством инфраструктуры, изменив условия доступа к массиву документов и ведения поиска через системы своего Каталога, без публичного освещения, без объявления, без принятия на себя роли «привратника», которую предполагает протокол.
Издание Die Zeit получило доступ к этим публичным документам и запустило собственный конвейер обработки данных с использованием ИИ. Не было никакого контракта, никаких переговоров, никакого решения архивного учреждения. Механизм «врат», открытие которых призван регулировать протокол, так и не был задействован, потому что архив полностью отказался от роли «привратника». Последовавшее за этим общественное событие было не продуктом, а последствием действий Национальных Архивов.
Различие между обучением и поиском на практике размывается. Инструмент Die Zeit, судя по всему, основан на поиске и извлечении: ИИ извлекал структурированные данные из образов карточек, затем они сохранялись в базе данных, - а поисковые запросы по базе данных выдавали ссылки на исходные графические образы.
В соответствии с таксономией протокола UVA, такие действия относятся к категории «обычно разрешённых». Однако структурированная база данных, извлеченных с помощью ИИ, теперь функционирует как постоянное производное представление исходных документов - со своим собственным профилем ошибок, со своими собственными решениями по отбору, и со своим собственным проприетарным статусом. Цепочка происхождения от исходного документа до информации, которую видит пользователь, теперь проходит через нераскрытый процесс извлечения данных с помощью ИИ, собственником которого является медийная организация. Это значимая форма необратимости, даже если технически здесь не имеет место обучение универсальной ИИ-модели.
В этом и заключается структурный пробел. Протокол UVA AAIP является отличной концептуальной структурой для учреждений, решающих, каким образом им взаимодействовать с ИИ-компаниями, обращающимися к ним за доступом к контролируемым коллекциям. Эта концепция не разрабатывалась - и не может регламентировать - сценарий, когда финансируемый государством архив оцифровывает и выкладывает в открытом доступе документы, а третья сторона затем применяет ИИ для создания поддерживающего поиск производного продукта без каких-либо институциональных переговоров.
Этот сценарий не является каким-то экзотическим случаем - это доминирующая модель того, как ИИ будет взаимодействовать с архивными материалами в течение следующего десятилетия, по мере того как продолжается массовая оцифровка архивов, а инструменты ИИ для обработки неструктурированных документов становятся общедоступными.
(Окончание следует)
Эндрю Поттер (Andrew Potter)
Источник: сайт Substack
https://metaarchivist.substack.com/p/provenance-without-context
