Голландия: Относятся ли фотографии к биометрическим данным и к специальным категориям персональных данных?

Данная заметка голландского юриста Йеруна Терстегге (Jeroen Terstegge – на фото), специализирующегося на защите персональных данных, была опубликована 15 марта 2026 года в социальной сети LinkedIn.

Верховный суд Голландии намерен обратиться в Суд Европейского союза (Court of Justice of the European Union, CJEU) с просьбой разъяснить, следует ли считать фотографию в составе  полной копии удостоверяющего личность документа, представленного в рамках проверки личности в соответствии с законодательством о борьбе с отмыванием денег (anti-money laundering, AML) - персональными данными, раскрывающими расовое или этническое происхождение, в значении статьи 9(1) европейского Закона о защите персональных данных (GDPR).

Мой комментарий: Речь идёт о рассматриваемом Верховным судом деле ECLI:NL:HR:2026:392, см. https://uitspraken.rechtspraak.nl/details?id=ECLI:NL:HR:2026:392 . В аннотации на это дело сказано:

Договорное право. Финансовое право. Право Евросюза: Обязанность владельца карты идентифицировать себя с помощью фотографии в паспорте, при этом сохраняется копия удостоверяющего личность документа, содержащего эту фотографию. 

Обязаны ли учреждения, - в соответствии с Законом о борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма, и статьей 40 Четвертой Европейской директивы о борьбе с отмыванием денег, - сохранять фотографию в паспорте, используемую для идентификации? 

Является ли фиксирование или хранение копии фотографии в паспорте обработкой биометрических данных, согласно статье 9 п.1 Закона GDPR) и определению понятия «биометрические данные» в статье 4 (14) Закона GDPR? См также положения статей 5 и 6 Закона GDPR об обработке персональных данных, и ст.9 об обработке особых категорий персональных данных. 

За ходом этого дела стоит внимательно проследить, поскольку удостоверяющие личность документы копируются и хранятся во многих местах, особенно (онлайн-)банками и работодателями. 

Речь идёт о женщине, от которой выпустившая кредитную карту компания потребовала загрузить копию удостоверяющего личность документа через онлайн-инструмент с целью повторной проверки личности в соответствии со статьей 40(1) Директивы Евросоюза №2015/849 по борьбе с отмыванием денег.

Образец голландского удостоверения личности

В первом и самом важном вопросе, заданном Суду Европейского союза, Верховный суд Голландии просит Суд ЕС ответить, требует ли статья 40(1) Директивы о борьбе с отмыванием денег, в свете принципа минимизации данных согласно статье 5(1)(c) Закона GDPR, хранения полных копий удостоверяющих личность документов.

Й.Т.: Поскольку борьба с отмыванием денег не является моей областью компетенции, я не могу комментировать - за исключением того, что если ответ будет дан утвердительный, то правовым основанием, согласно GDPR, является статья 6(1)(c) (обработка необходима для исполнения законодательно-нормативных требований, под которые подпадает оператор ПДн – Н.Х.).

Если ответ на первый вопрос утвердительный, то задается следующий вопрос: Подразумевает ли требование о сохранении полной копии удостоверяющего личность документа также хранение фотографии, имеющейся в этом документе?

Й.Т.: Ответ Суда ЕС на этот вопрос будет чрезвычайно интересен, поскольку он повлияет на исполнение многие законодательно-нормативных требований о сохранении копий удостоверений личности, таких, как статья 28(1)(f) Закона Нидерландов о налоге на заработную плату.

В своём третьем вопросе Верховный суд просит Суд Европейского союза уточнить, следует ли считать фотографию на удостоверении личности персональными данными, раскрывающими расовое или этническое происхождение.

Й.Т.: Ответ на этот вопрос также может иметь огромное значение, поскольку фотографии на удостоверениях личности встречаются на служебных удостоверениях и картах доступа сотрудников, а также на картах клиентов, в справочниках сотрудников и членов организации, и на страницах «Наша команда» на сайтах компаний.

Интересно также отметить, что Верховный суд Голландии уже дал утвердительный ответ на этот вопрос еще в 2010 году в деле, рассматриваемом в соответствии с голландским Законом о защите персональных данных, действовавшим до принятия европейского закона GDPR. Поскольку законодательство по этому вопросу не изменилось при переходе от европейской Директивы 95/46 к европейскому Закону GDPR, то Верховному суду следует надеяться, что Суд Европейского союза согласится со его решением, принятым в 2010 году. 

Вероятно, вторым по важности из заданных вопросов вопрос является вопрос 3а: Имеет ли значение при ответе на третий вопрос, обрабатывается ли фотография с целью дискриминации людей по признаку расовой или этнической принадлежности?

Й.Т.: Начиная с решения 2010 года, голландские суды уже постановляли, что фотография НЕ считается персональными данными, раскрывающими расовое или этническое происхождение в том случае, если эта фотография не используется в «дискриминационном контексте». В противном случае каждую фотографию, - а не только фотографии в удостоверениях личности, - пришлось бы относить к специальным категориям персональных данных в соответствии с законодательством о защите персональных данных. Вполне логично, что Верховный суд Голландии хотел бы убедиться в обоснованности этой линии рассуждений. 

Если Суд ЕС постановит, что цель обработки НЕ имеет значения (ввиду высокого уровня защиты для специальных категорий ПДн, см. пункт 10 Преамбулы Закона GDPR), то каждая фотография лица человека (за исключением тех, которые подпадают под положения статьи 2.2.c Закона GDPR), будет считаться специальными персональными данными в смысле Закона GDPR.

Йерун Терстегге (Jeroen Terstegge)

Мой комментарий: Все же помнят о том, как Роскомнадзор борется с теми организациями, которые хранят у себя, без оформления соответствующих разрешений на обработку, копии паспортов, свидетельств о рождении и т.п.? Как видим, на те же «грабли» наступают и в Голландии :)

Источник: сайт LinkedIn
https://www.linkedin.com/posts/jeroenterstegge_dutch-supreme-court-to-ask-cjeu-to-share-7438871016589692928-PFtg 

ИСО: Начата работа над техническими спецификациями ISO/TS 25280 по вопросам управления документами в условиях применения ИИ для деловой деятельности и с использованием ИИ-инструментов

Искусственный интеллект сейчас у всех «на слуху», и к нему проявляет интерес, в том числе, и сообщество архивистов и специалистов по управлению документами. Этот интерес нашёл своё отражение в деятельности технического подкомитета TC46/SC11 «Управление документами» Международной организации по стандартизации (ИСО), где в рамках рабочей группы WG22 идёт сейчас работа над техническими спецификациями ISO/AWI TS 25280 «Информация и документация - Управление документами и искусственный интеллект - Принципы и соображения» (Information and documentation - Records management and Artificial Intelligence- Principles and Considerations), которые, как предполагается, будут состоять из двух частей:

Часть 1: «Управление документами в условиях применения ИИ для деловой деятельности» (Part 1: Records management in artificial intelligence enabled environment), https://www.iso.org/standard/92967.html 

 

Как отмечается в аннотации, «В настоящем документе рассматриваются принципы и рекомендации в отношении управления документами, поддерживающего использующие ИИ деловые процессы и охватывающего как документы, созданные с помощью ИИ, так и документы, относящиеся к ИИ».

Состав частей сейчас ещё не стабилизировался, и предварительно содержание первой части выглядит следующим образом:

Предисловие
Введение
1. Область применения
2. Нормативные ссылки
3. Термины и определения 
4. Принципы управления документами в средах с поддержкой ИИ
5. Заинтересованные стороны в управлении документами в средах с поддержкой ИИ
6. Вопросы управления документами в средах с поддержкой ИИ
7. Соображения, касающиеся управления авторитетными (заслуживающими доверия) документами в средах с поддержкой ИИ
Приложение А (справочное): Относящиеся к документам требования европейского Закона об ИИ
Приложение B (справочное): Текущее представление о документах, относящихся системам ИИ
Библиография

Часть 2: «Использование возможностей ИИ для управления документами» (Part 2: Application of artificial intelligence capabilities for records management), https://www.iso.org/standard/92968.html 

В аннотации отмечается, что «В настоящем документе изложены принципы и соображения в отношении применения искусственного интеллекта при реализации мер контроля и управления документами, в документных процессах, а также к системам управления документами и контентом.»

Предварительно содержание второй части следующее:

Предисловие
Введение
1. Область применения
2. Нормативные ссылки
3. Термины и определения 
4. Принципы использования ИИ для целей управления документами
5. Заинтересованные стороны в использовании ИИ для целей управления документами
6. Навыки, обучение и образование в отношении связанных с ИИ документов
7. Возможности и соображения в отношении использования ИИ для целей управления документами
8. Соображения в отношении оценки рисков использования ИИ для целей управления документами
Библиография

Известный американский эксперт Энди Поттер (Andy Potter) в своих постах в социальной сети LinkedIn, посвящённых данному проекту (см. https://www.linkedin.com/feed/update/urn:li:activity:7445174224693968896 и https://www.linkedin.com/feed/update/urn:li:activity:7445175313480761344 ), говорит о его важности следующее:

Часть 1 важна, потому что она:

• Расширяет трактовку понятия «документ». Организациям следует относиться к результатам работы систем ИИ, журналам аудита и артефактам, возникающим при принятии решений, как к документам, имеющим доказательную силу;
  
  
• Вводит новые категории документов. Проводится различие между сгенерированными ИИ документами - и документами, имеющими отношение к ИИ, включая обучающие данные, подсказки, модели и историю взаимодействий с системой.
  
  
• Поддерживает подотчётность и прослеживаемость. Эффективное управление записями является основой для документирования решений, принимаемых с помощью ИИ, и для обеспечения возможности проведения аудита, надзора и исполнения законодательно-нормативных требований.
  
  
• Устанавливает связь с новыми концепциями стратегического управления ИИ. Документ согласуется с более широкими международными усилиями в области связанных с ИИ рисков, прозрачности и управления жизненным циклом ИИ.

Данный документ будет содержать практичные принципы и рекомендации, которые помогут организациям:

• Интегрировать управление документами в проектирование и эксплуатацию систем искусственного интеллекта;
  
  
• Обеспечить захват доказательств на протяжении всего жизненного цикла ИИ;
  
  
• Обеспечивать исполнение эволюционирующих законодательно-нормативных требований.

Часть 2 важна, потому что она:

• Способствует автоматизации процессов работы с документами. ИИ может поддерживать классификацию, генерацию метаданных, экспертизу степени конфиденциальности и проведение уничтожения/передачи документов при условии внедрения ИИ с использованием соответствующих мер контроля и управления;
  
  
• Повышает требования к стратегическому управлению и надзору. Для поддерживаемых ИИ документных процессов организации обязаны обеспечить сохранение ими надёжности, возможности аудита и соответствие принципам управления документами; 
  
  
• Описывает новые факторы риска. Использование ИИ в документных системах влияет на аутентичность, целостность, прозрачность и подотчётность;
  
  
• Поддерживает интеграцию со стратегиями цифровой трансформации. Управление документами с использованием ИИ становится частью более широких корпоративных архитектур информации и данных.

Данный документ окажет поддержку организациям в:

• Ответственном «встраивании» возможностей ИИ в документные системы;
  
  
• Поддержании доказательной ценности и возможности доверять документам;
  
  
• Согласовании использующих ИИ процессов существующими стандартами управления документами.

Источники: сайт ИСО / сайт LinkedIn
https://www.linkedin.com/feed/update/urn:li:activity:7445174224693968896 
https://www.linkedin.com/feed/update/urn:li:activity:7445175313480761344 

Квалифицированное электронное архивирование: Почему бремя доказывания – важная тема

Данный пост генерального директора бельгийской компании Docbyte Фредерика Росселя (Frederik Rosseel) был опубликован 12 февраля 2026 года в социальной сети LinkedIn.

Большинство разговоров об архивировании, особенно в наши дни, начинается не с того места. Они начинаются с темы хранения:

• Объёмы («Почём рыба, - простите, терабайт?»);
  
  
• Резервные копии;
  
  
• Облачные хранилища;
  
  
• Обеспечивается ли суверенность («О, да!»)

Однако в случае судебного спора, в ходе аудита или при исполнении законодательно-нормативных требований, вопросы хранения не являются определяющим фактором. Все эти вопросы не такие уж непонятные, поскольку «горячая картошка» часто перебрасывается в ИТ-отдел.

Результат определяется кое-чем гораздо более стратегическим: вопросом о том, на кого и какое ложится бремя доказывания

Бремя доказывания

Когда доказательства оспариваются, главный становится вопрос о том, кто должен доказывать их целостность. И этот вопрос встаёт не только для подписанных документов; та же проблема существует и для неподписанной информации, такой как:

• сообщения электронной почты,
  
  
• PDF-файлы без усиленных электронных подписей,
  
  
• журналы транзакций и отчёты,
  
  
• результаты экспорта контента из деловых систем,
  
  
• структурированные данные.

Иными словами, это проблема для любой изначально-электронной информации, которая может использоваться в качестве доказательства. Если эта информация становится актуальной для спора или расследования, Вам всё равно необходимо будет доказать её аутентичность и неизменность.

Подписанные усиленными электронными подписями документы добавляют дополнительный слой сложности (подпись должна оставаться проверяемой с течением времени), однако основная проблема стоит шире: целостность должна сохраняться с течением времени, независимо от существования подписи.

Если Ваша организация не может положиться на признанную систему доверительных услуг, то Вы унаследуете дорогостоящую проблему. Вам, возможно, придётся:

• Демонстрировать с помощью технических средств, что информация не была изменена;
  
  
• Объяснять имеющиеся в системе меры и средства контроля и управления, а также историю доступа;
  
  
• Обосновывать практики установления и отслеживания сроков хранения, а также проведения уничтожения;
  
  
• Обосновывать надёжность криптографических механизмов по прошествии многих лет (и, где это применимо, действительность подписи),

- и всё это придётся делать в течение сжатых сроков.

Делать это не только дорого – результаты не гарантированы и уязвимы для оспаривания. 

Как квалифицированное электронное архивирование меняет эту динамику.

Когда архивирование осуществляется в рамках признаваемой системы, существует презумпция целостности, и бремя доказывания перекладывается на оспаривающую сторону.

Этот аспект не теоретический, он напрямую влияет:

• На стратегию в ходе судебных разбирательств,
  
  
• На модели страховых рисков,
  
  
• На рычаги, которыми располагают стороны в процессе урегулирования споров,
  
  
• На уверенность контролирующих органов,
  
  
• На позицию совета директоров в отношении рисков.

Вот почему лучший способ понять полезность решения для обеспечения долговременной сохранности - это рассматривать его не с точки зрения инструмента хранения, а в качестве процессуального преимущества в будущих спорах.

Сценарий судебного разбирательства (12 лет спустя)

Представьте себе такую, достаточно реалистичную ситуацию: Финансовое учреждение (банк) сталкивается со спором по поводу файла с контрактом 12-летней давности.

В этом случае две вещи могут быть оспорены:

• Само содержание: «Как вы докажете, что этот PDF-файл / результат экспорта из деловой системы / документ по-прежнему точно такой же, каким он был 12 лет назад?»
  
  
• Подпись (если он был подписан): «Срок действия сертификата истёк. Можете ли Вы по-прежнему доказать верность всей цепочки подписей и время их создания?»

Что происходит в отсутствие структурированного сохранения? Банк вынужден реконструировать прошлое:

• восстанавливать контекст валидации подписей,
  
  
• объяснять историю криптографических операций,
  
  
• демонстрировать надёжность своих мер внутреннего контроля и управления,
  
  
• надеяться, что нужные журналы аудита всё ещё существуют,
  
  
• убеждать другие стороны в том, что ничего не было изменено.

Это создаёт неопределенность и ослабляет Вашу позицию.

При использовании квалифицированного электронного архивирования ситуация (Qualified Electronic Archiving, QEA) ситуация меняется. Вместо того чтобы восстанавливать прошлое из фрагментов, Вы можете продемонстрировать непрерывность, предъявив:

• доказательства целостности, которые остаются значимыми,
  
  
• историю обновления, демонстрирующую проведение технического обслуживания с течением времени,
  
  
• защитимую временную линию событий – что произошло и когда.

Что особенно важно, разговор в этом случае переходит с требования к Вам: «Докажите аутентичность» на требование к оспаривающей стороне: «Докажите неаутентичность».

Этот сдвиг меняет все. Время - это наш реальный противник. Но если киберугрозы на виду, то время - нет. Однако именно время тихо и незаметно разрушает доказательную ценность электронно-цифровой информации.

С годами:

• алгоритмы становятся менее стойкими,
  
  
• удостоверяющие центры исчезают,
  
  
• списки доверенных УЦ эволюционируют,
  
  
• поставщики разоряются,
  
  
• системы выводятся из эксплуатации,
  
  
• текучесть кадров приводит к утрате институциональной памяти,
  
  
• контекст теряется, а в отсутствие контекста цифровую информацию становится сложнее защитить.

Важно отметить следующее: квалифицированный электронный архив - это не инструмент кибербезопасности. Это инструмент обеспечения устойчивости во времени.

Фредерик Россель (Frederik Rosseel)

Источник: сайт LinkedIn
https://www.linkedin.com/pulse/qualified-electronic-archiving-why-burden-proof-real-story-rosseel-sqe2e/ 

Уточнён порядок разработки и предоставления аэронавигационной информации

Приказом Минтранса России от 05 февраля 2026 года №50 утверждены Федеральные авиационные правила «Порядок разработки и предоставления аэронавигационной информации», которые вступили ы силу с 19 апреля 2026 года.
 
Федеральные авиационные правила «Порядок разработки и предоставления аэронавигационной информации» содержат 

• Порядок разработки аэронавигационной информации (АНИ);
  
  
• Требования к аэронавигационным данным (АНД);
  
  
• Правила предоставления АНИ;
  
  
• Перечень и содержание продуктов АНИ.

Разработка АНИ должна осуществляться в электронном (цифровом) виде (п.4).

В АНД включаются (п.12):

• данные об аэродромах, вертодромах, посадочных площадках;
  
  
• данные об элементах структуры воздушного пространства Российской Федерации;
  
  
• данные о схемах маневрирования воздушных судов для аэродромов, вертодромов и посадочных площадок;
  
  
• данные о радионавигационных средствах, системах;
  
  
• данные о препятствиях;
  
  
• географическая информация;
  
  
• данные о местности;
  
  
• информация о национальных и местных требованиях, службах и процедурах, в том числе по аэродромным сборам в аэропортах.

АНИ предоставляется в виде цифровых данных, в том числе на электронных носителях, или в печатном виде (п.33).

Цифровые данные должны предоставляется пользователям АНИ в виде следующих массивов данных (п.34):

• массивы данных «Сборника аэронавигационной информации Российской Федерации» (aeronautical information publication; AIP России);
  
  
• массивы данных о местности;
  
  
• массивы данных о препятствиях;
  
  
• массивы картографических данных аэродрома;
  
  
• массивы данных о схемах маневрирования.

Поставщиком АНИ обеспечивается открытый доступ к АНИ посредством ее размещения на своем официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (п.35).

Мой комментарий: Приказ Минтранса отражает полный переход от бумажных сборников аэронавигационной информации к цифровым форматам, от человеко-читаемой информации к машиночитаемым данным. Идёт создание высококачественной, стандартизированной и безопасной цифровой среды, которая является обязательным условием для дальнейшей автоматизации авиации и, в перспективе, для использования технологий искусственного интеллекта в управлении воздушным движением.

В числе основных изменений в Правилах можно назвать:

• Обязательная цифровая форма разработки АНИ (п.4) - бумажные носители становятся вторичными;
  
  
• Чёткий перечень данных (п.12) - от геоинформации и препятствий до схем маневрирования и аэродромных сборов;
  
  
• Стандартизированные массивы (п.34): AIP России, данные о местности, препятствиях, картографические данные аэродромов, схемы маневрирования;
  
  
• Открытый доступ через интернет (п.35) - поставщик АНИ обязан размещать информацию на официальном сайте.

Эффективность использования таких данных зависит от качества и актуальности исходных данных, представленных от аэродромов и вертодромов. Если цифровые форматы будут введены, а наполнение останется неполным или устаревшим, ценность системы снизится. Возможно потребуется усилить контроль за достоверностью и своевременностью обновления АНИ со стороны источников первичных данных.

Источник: Консультант плюс 
https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=531369