Больше, чем просто схема: Схема NIEM и появление государственной семантической инфраструктуры, часть 2

(Окончание, начало см. https://rusrim.blogspot.com/2026/07/niem-1.html )

Версия 6.0 схемы NIEM и порог ИИ

Сказанное подводит нас к документу, с которым Вы, возможно, недавно уже сталкивались: к проекту международного стандарта ISO/IEC CD 26631 для модели NIEM версии 6.0.

Обозначение «CD» (Committee Draft – «проект комитета») означает, что документ ещё не окончательный и находится на рассмотрении. Базовая архитектура была утверждена в качестве спецификации открытого проекта OASIS (OASIS Open Project Specification) в декабре 2023 года, а полностью данная версия NIEM была утверждена как стандарт OASIS в декабре 2025 года - различие, имеющее значение в контексте управления разработкой стандартов: спецификация проекта сигнализирует о технической готовности, в то время как публикация стандарта OASIS говорит о более широком формальном консенсусе, необходимом для принятия международной политики. Процесс стандартизации в ИСО/МЭК расширяет масштабы консенсуса еще дальше, придавая спецификации международную институциональную легитимность и упрощая ее включение в рамочные системы проведения закупок, нормативные руководства и в межгосударственные инициативы по обеспечению интероперабельности между странами-участниками.

Мой комментарий: Разработанный консорциумом OASIS стандарт NIEM см. по адресу https://docs.oasis-open.org/niemopen/niem-model/v6.0/niem-model-v6.0.html 

Одно проектное решение делает версию 6.0 NIEM архитектурно значимой: схема теперь больше не привязана к XML. Предыдущие версии NIEM были основаны на XML, что было уместно в 2005 году, но впоследствии стало ограничивающим фактором. Версия 6.0 не зависит от формата и поддерживает XML, JSON и RDF (Resource Description Framework - правила описания ресурсов, лежащие в основе семантической сети и графов знаний).

Практическое значение этого заключается в том, что данные NIEM теперь могут быть напрямую интегрированы в семантические системы, графы знаний, конвейеры ИИ и аналитические среды с компьютерной поддержкой – не требуя уровня «перевода», необходимого для систем, использующих исключительно XML. В частности, RDF поддерживает семантический логический вывод (в сочетании с соответствующими онтологиями и механизмами вывода); JSON расширяет доступность для современных систем, движимых API-интерфейсами. Консорциум OASIS явно обозначил эту концепцию: эти стандарты способствуют «интероперабельности данных, готовых к использованию ИИ». Направление движения - к государственным данным как структурированному субстрату для вычислительного анализа - ясно прослеживается в архитектурных решениях спецификаций, даже там, где еще предстоит разработать лежащую «поверх» скоординированную стратегию развертывания ИИ.

Это переломный момент. В течение двадцати лет схема NIEM представляла собой инфраструктуру для обмена данными между людьми - одно ведомство отправляло документ другому, где его читал человек. Версия 6.0 определяет инфраструктуру для обмена данными между машинами, где система искусственного интеллекта может читать эти данные, анализировать их и, возможно, действовать на их основе.

Выбор терминологии, используемый в этих 20 тысячах элементах данных, теперь влияет не только на то, как бюрократы читают документы друг друга. Он влияет на то, что смогут видеть системы искусственного интеллекта.

О чём не говорится в стандарте

ISO/IEC CD 26631 является техническим стандартом, который не содержит теории справедливости, не рассматривает политическую экономию государственных данных и не решает вопрос о том, кто должен управлять терминологией, регламентирующей деятельность государственных органов. Но он, весьма остро, поднимает эти вопросы - для любого, кто обращает на это внимание.

Эволюция NIEM от федеральной программы США до открытого стандарта OASIS и, наконец, до проекта стандарта ИСО/МЭК отражает переход от национальной инфраструктуры к международной. Сфера действия NIEM становится шире, чем предполагалось при его создании - теперь она охватывает управление чрезвычайными ситуациями, иммиграцию, биометрию, связанную с морем деятельность, здравоохранение, военные операции, разведку и защиту инфраструктуры, а не только правоохранительную деятельность. Однако определения, сформулированные в американских органах безопасности после 11 сентября 2001 года, остаются основополагающими для его архитектуры. Концептуальная терминология, связанная с конкретным историческим моментом - что такое «инцидент», что такое «субъект», что такое «биометрическая категория» - теперь встраивается в глобальную концептуальную структуру.

Сказанное не является аргументом против стандарта. Интероперабельность действительно ценна, и провалы в 2001 и 2005 годах были реальными. Проблемы, которые решает NIEM, тоже реальны.

Но моя задача – и это задача архивиста, специалиста по информационным технологиям, задача любого, кто всерьез задумывается о том, как структурируются и сохраняются знания, - заключается в том, чтобы замечать, когда словарь становится инфраструктурой; задаваться вопросом, кто сформировал этот словарь; понимать, что стандарт в отношении данных - это не нейтральный контейнер для фактов, а концептуальная структура, определяющая, какие факты будут видны, как они будут взаимосвязаны и что с ними можно будет сделать.

Проект ISO/IEC CD 26631 - это ответ из 20 тысяч элементов на вопросы, которые никогда чётко не задавались вслух. Кто-то должен задать их сейчас.

В настоящее время стандарт ISO/IEC CD 26631 находится на стадии разработки в техническом комитете ИСО/МЭК  JTC1. Лежащая в его основе модель NIEM версии 6.0 ( https://docs.oasis-open.org/niemopen/niem-model/v6.0/os/niem-model-v6.0-os.pdf ) была утверждена в качестве спецификации открытого проекта OASIS в декабре 2023 года и в качестве «полного» стандарта OASIS в декабре 2025 года. Проект NIEMOpen управляется международным консорциумом открытого программного обеспечения и стандартов OASIS Open и поддерживается на сайте https://niem.gov/

Эндрю Поттер (Andrew Potter)

Мой комментарий: Консорциум OASIS был основан в 1993 году под названием «SGML Open». Изначально это был консорциум поставщиков и пользователей, который занимался разработкой рекомендаций по обеспечению интероперабельности между продуктами, поддерживающими стандартный обобщенный язык разметки (Standard Generalized Markup Language, SGML).

В 1998 году консорциум изменил свое название на «OASIS» (Organization for the Advancement of Structured Information Standards - «Организация по развитию стандартов для структурированной информации») чтобы отразить расширение сферы выполняемой им работы.

Специалисты присоединяются к консорциуму OASIS, чтобы продвигать проекты в области искусственного интеллекта, кибербезопасности, управления цепочками поставок, блокчейна, Интернета вещей, управления чрезвычайными ситуациями, облачных вычислений, обмена юридическими данными и многого другого. Миссия консорциума -  способствовать справедливой и прозрачной разработке программного обеспечения и стандартов с открытым исходным кодом посредством глобального сотрудничества и развития сообщества.

Источник: сайт Substack / сайт NIEM / сайт OASIS Open
https://metaarchivist.substack.com/p/more-than-a-schema 
https://niemopen.org/news/niem-a-new-open-project-18-years-in-the-making/
https://docs.oasis-open.org/niemopen/niem-model/v6.0/os/niem-model-v6.0-os.pdf
https://docs.oasis-open.org/niemopen/niem-model/v6.0/niem-model-v6.0.html 

Майкл Саммерелл: Самый смешной момент в моей карьере

Данный пост бывшего руководителя архивной службы штата Квинсленд (Австралия) Майкла Саммерелла (Michael (Mike) Summerell – на фото) был опубликован 22 июня 2026 года в социальной сети LinkedIn.

Мой комментарий: Новозеландец по происхождению, Майкл Саммерелл занимал должность Архивиста штата Квинсленд с марта 2016 по март 2021 года. Его имя в своё время попало в заголовки международных новостей после того, как он публично заявил о давлении со стороны высокопоставленных чиновников правительства премьер-министра Аннастейшы Палащук (Annastacia Palaszczuk, занимала пост с 2015 по 2023 год), оказывавшемся на него с целью фальсификации ежегодных официальных отчетов для парламента. В частности, Саммерелл утверждал, что ему было приказано удалять негативный контент и ограждать министров от расследований в связи с нарушениями законодательства о государственных документах штата. Его увольнение и последующая кампания за прозрачность спровоцировали масштабные проверки добросовестности деятельности правительства Квинсленда.

Какой момент в моей карьере был самым смешным? Без сомнения, это была министерская «игра в прятки».

Когда я был Архивистом штата, я официально, снова и снова, запрашивал разрешение у ответственного за архивы министра на расследование комментариев, сделанных премьер-министром во время слушаний по бюджету. Содержание этих комментариев указывало на возможные нарушения Закона о государственных документах штата (Public Records Act).

В этом не было ничего драматичного, никакого заговора, никакого скандала - просто возможная проблема с управлением документами, которую я был обязан расследовать в соответствии с законодательством.

Ответ? Ну… его не было… последовали ещё 4 месяца молчания :)

Взамен я мог наблюдать, как этот министр демонстрировала, можно сказать,  олимпийский класс уклонения от встреч. Если был хоть малейший шанс оказаться со мной в одной комнате, она внезапно назначала срочную встречу где-нибудь ещё. Это было действительно впечатляюще - я никогда не видел, чтобы кто-то так усердно пытался избежать принятия решения… Это был уровень чемпионата Монти Пайтона по пряткам!

Мой комментарий: «Монти Пайтон» (Monty Python) – известнейшая британская комедийная группа, отличавшаяся нестандартным, эпатажным и очень «неполиткорректным» юмором. Их скетчи и фильмы до сих пор остаются очень популярными.

Ирония всего этого была потрясающей. Существовало законодательство, обеспечивавшее независимое проведение расследований, и всё же я к тому времени уже потратил три года, пытаясь добиться от предыдущего министра одобрения точно такого же запроса, на который также ничего не дал.

Затем появился новый процесс и новый министр – вроде бы возможность для обеспечения целостности, прозрачности и подотчетности :)

В течение ряда лет мне явным образом запрещали напрямую связываться с министрами во время расследований. Это было особенно забавно, потому что вмешательство в расследование само по себе также являлось нарушением закона… Мне запрещали получать юридическую консультацию по этому поводу – и это делали именно те люди, деятельность которых я пытался расследовать.

В конце концов, через два месяца после подачи этой просьбы и игры в прятки, мне было отказано в продлении моего контракта на следующий срок.

Расследование так и не состоялось. Эта женщина она была одной из пяти министров, деятельность которых мне запрещали расследовать. Это те же люди, чьи имена сейчас фигурируют в расследовании, касающемся профсоюза CFMEU (за тот же период)… Вот так …

Мой комментарий: Профсоюз работников строительства, лесного хозяйства и морского транспорта (Construction, Forestry and Maritime Employees Union, CFMEU) - крупнейший профессиональный союз Австралии, представляющий интересы более 120 тысяч рабочих.

Что до сих пор меня сильнее всего смешит то, что сами электронные письма (вокруг которых был сыр-бор – Н.Х.), как утверждалось, не раскрывали какой-то масштабной коррупции. Они, по-видимому, касались проблемы технического характера с соблюдением требований законодательства. Тем не менее, были приложены невероятные усилия к тому, чтобы никто их не увидел.

Когда нечто действительно является тривиальным, обычно говорят: «Давайте, действуйте». В таком случае вы не занимаетесь - годами - строительством бюрократических «полос препятствий» для того, чтобы никто никогда не задавал соответствующий вопрос.

И по сей день эта ситуация остаётся одним из самых абсурдных моментов моей карьеры. А люди ещё удивляются, почему у меня есть сомнения в целостности и прозрачности в деятельности министров и высокопоставленных чиновников штата ...

Понаблюдав за тем, как государственные органы тратят больше энергии на уклонение от расследований, чем когда-либо потребовали бы сами расследования, - я осознал, что в политике заниматься сокрытием почти всегда куда интереснее, чем решать первоначальную проблему…

Майкл Саммерелл (Michael (Mike) Summerell)

Источник: сайт LinkedIn
https://www.linkedin.com/posts/michael-s-46358b36_integrity-hideandseek-share-7474575717943549952-QHcI/ 

Больше, чем просто схема: Схема NIEM и появление государственной семантической инфраструктуры, часть 1

Данный пост эксперта в области управления электронными документами, эксперта ИСО от США Энди Поттера (Andy Potter - на фото) был опубликован 22 мая 2026 года в социальной сети Substack.

В настоящее время в Международной организации по стандартизации (ИСО) циркулирует документ, о котором вне государственных ИТ-структур не слышал почти никто. Это проект стандарта ISO/IEC CD 26631, объём которого составляет сотни страниц. В нем с необычайной точностью определяются такие, например, понятия, как «лицо» (Person), «инцидент» (Incident), «адрес» (Address), «оружие» (Weapon) и «категория биометрических данных» (BiometricDataCategory).

Если говорить без прикрас, то это список терминов.

Мой комментарий: Речь идёт о документе ISO/IEC CD 26631 «Информационные технологии – Стандарт OASIS «Модель NIEM» версии 6.0» (Information technology — NIEM Model v6.0 OASIS Standard), см. https://www.iso.org/standard/94541.html , над которым работает Объединённый технический комитет ИСО/МЭК JTC1 «Информационные технологии».

 

 

Содержание стандарта следующее:

1. Введение

1.1. Изменения по сравнению с предыдущими версиями
1.2. Глоссарий

2. Модель NIEM

2.1. Содержание
2.2. Архитектура NIEM

3. Соответствие стандартам
Приложение A: Ссылки
Приложение B: Благодарности
Приложение C: Редакция

Данный документ также (в зависимости от того, как Вы его воспринимаете) является одним из самых влиятельных документов по информационной архитектуре, созданных в 21-м веке – это прямой институциональный ответ на катастрофу, развивавшийся в течение двух десятилетий и теперь встраиваемый в постоянную инфраструктуру международного стратегического управления. 

Ученые, изучающие семантическую сеть, HL7 (международные стандарты обмена информацией между медицинскими информационными системами – Н.Х.) и FHIR (стандарт «Ресурсы для быстрого обеспечения интероперабельности в здравоохранении» (Fast Healthcare Interoperability Resources) организации HL7, см. https://ecqi.healthit.gov/fhir/about - Н.Х.) в здравоохранении, рекомендации W3C (это Консорциум Всемирной паутины W3C (The World Wide Web Consortium), http://www.w3.org/ - международное сообщество, разрабатывающее открытые стандарты, обеспечивающие развитие интернета в долговременной перспективе – Н.Х.) и RDF (Resource Description Framework – правила описания ресурсов, сформулированные в официальной рекомендации консорциума W3C для семантических моделей веб-данных – Н.Х.), наверное, с таким утверждением не согласились бы - и они не были бы неправы. Но они бы вступили в полемику, что. собственно, и являлось целью сказанного :)

Итак, поговорим об истории схемы NIEM.

История до атаки на башни Всемирного торгового центра 9 сентября 2001 года

Чтобы понять причины существования NIEM, необходимо понять специфические аспекты провала в деятельности американской разведки в годы, предшествовавшие террористической атаке 11 сентября 2001 года.

Главной проблемой не был какой-либо провал в сборе информации. Американское разведывательное сообщество за несколько месяцев до терактов собрало фрагменты информации, которые – если их правильно собрать - указывали на грядущие события. Боевики «Аль-Каиды» находились в США. Некоторые из них прошли курсы пилотирования самолётов. Были задокументированы конкретные предупреждения.

Выводы Комиссии по расследованию событий 11 сентября были точными и изобличающими: необходимая информация имелась, однако системы были не способны взаимодействовать друг с другом. ФБР использовало свои базы данных, отличные от баз данных ЦРУ. Правоохранительные органы штатов и местных органов власти работали в совершенно разных информационных средах. «Объект оперативного интереса» (Person of Interest) в одной системе не был надежным образом связан с «объектом оперативного интереса» в другой системе. Система понятий американских структур безопасности была похожа на Вавилонскую башню, и сюжет происходящих событий оказался именно в «промежутках между башнями».

Именно тогда зародилась идея схемы NIEM, хотя на её создание ушли годы.

Первая реакция была технической: Министерство юстиции (Department of Justice) без лишнего шума разрабатывало нечто под названием «Глобальная XML-модель данных для правосудия» (Global Justice XML Data Model) - единый словарь, специально предназначенный для юридического сообщества. Когда в хаотичные месяцы, последовавшие за терактом 11 сентября 2001 года, было создано Министерство внутренней безопасности (Department of Homeland Security, DHS), у того возникли свои собственные проблемы с данными: 22 федеральных органа исполнительной власти, каждое из которых использовало свои системы, внезапно объединились в одно министерство, и от них ожидался беспрепятственный обмен информацией – чего они в тот момент не могли сделать.

В феврале 2005 года директора по информационным технологиям Министерства юстиции и Министерства внутренней безопасности подписали меморандум о взаимопонимании. «Национальная модель обмена информацией» (National Information Exchange Model, NIEM) была официально введена два месяца спустя.

Идея была прямолинейной, хотя её реализация и оказалась непростой: создать общий стандартизированный словарь для государственных данных. Речь шла не о какой-то одной системе, которой все должны пользоваться - это никогда не сработало бы ни в политическом, ни в техническом плане - а об общем словаре, своего рода «Розеттском камне», которым может воспользоваться любая система, когда ей нужно отправить данные в любую другую систему.

Затем разразился ураган

Едва успели высохнуть чернила на документах о создании NIEM, как 29 августа 2005 года на побережье США обрушился ураган «Катрина» (Katrina).

Последствия этого стихийного бедствия хорошо задокументированы, и эти материалы по-прежнему тяжело читать. Погибло более 1800 человек, ущерб составил 100 миллиардов долларов. Новый Орлеан затапливало, в то время, как руководители федерального агентства США по чрезвычайным ситуациям (Federal Emergency Management Agency, FEMA) ждали прояснения ситуации, которое так и не случилось.

По итогам анализа, проведенного по окончании чрезвычайной ситуации, были получены недвусмысленные выводы. Федеральные органы, органы штатов и муниципальные органы имели планы обмена информацией. Они располагали ресурсами. Теоретически, у них имелись механизмы координации. Чего им не хватало, так это надёжного способа обмена оперативной информацией в режиме реального времени через границы юрисдикций и организаций.

Расследование, проведенное Палатой представителей Конгресса США, выявило полномасштабный сбой в обмене информацией, парализовавший командование и управление. Органы власти были не в состоянии сообщить друг другу, где находятся ресурсы, кому что нужно, и кто отвечает за тот или иной аспект реагирования. Проблема с данными, которая не позволила предотвратить теракты 11 сентября 2001 года, на этот раз способствовала затоплению крупного американского города.

Ураган «Катрина» сделал для схемы NIEM нечто важное: дискуссия перешла из абстрактной в реальную плоскость. Интероперабельность перестала быть технической проблемой для ИТ-отделов, и стала фактором, определяющим, кто выживет, а кто погибнет в случае сбоев в работе инфраструктуры.

Министерство обороны США начало использовать схему NIEM в 2013 году. Министерство здравоохранения и социальных служб США (Department of Health and Human Services) присоединилось к управляющему совету NIEM в 2009 году. Модель развивалась, охватывая область за областью – такие области, как иммиграция, биометрия, военные операции, управление чрезвычайными ситуациями, защита инфраструктуры. К моменту достижения зрелости она содержала более 20 тысяч согласованных элементов данных, каждый из которых был результатом переговоров между ведомствами с разной культурой, разными системами и зачастую совершенно разными интересами в плане формального определении элементов информации.

Словарь имеет политический подтекст

Есть один аспект, который редко упоминается в технической документации, но при этом имеет огромное значение для любого, кто всерьез задумывается о стратегическом управлении информацией.

Каждое определение в едином стандарте данных - это выбор. Когда NIEM определяет, какие поля данных относятся к записи о «лице», он принимает онтологическое решение о том, что представляет собой «лицо» в контексте обмена данными между государственными и муниципальными органами. Когда определяется понятие «инцидент», принимается решение о том, что считается инцидентом, какими характеристиками он обладает и с чем он взаимосвязан.

Всё это не нейтральные действия. Так, стандарт, определяющий, каким образом структурируются данные правоохранительных органов, неявным образом определяет, какие закономерности могут быть обнаружены в этих данных, какие виды автоматизированных решений могут быть приняты, и кого и каким образом «видит» государство.

Здесь особое вес имеет область правосудия - самая большая и наиболее развитая в NIEM. Когда полицейское управление из одной юрисдикции обменивается записью «арест лица» (SubjectArrest) с судебной системой в другой юрисдикции, то каждое поле данных в рамках этого обмена регламентируется определением, которое было разработано, обсуждено и согласовано комитетом. Сделанные комитетом выбор теперь находит отражение в инфраструктуре; и такого рода решения будут продолжать работать спустя длительное время после того, как уйдут из жизни принявшие их люди

Это, в самом точном смысле слова, архивная работа. Решения, принимаемые этими органами по стандартизации, касаются того, как сведения о настоящем буду понятны в будущем.

(Окончание следует, см. https://rusrim.blogspot.com/2026/07/niem-2.html )

Эндрю Поттер (Andrew Potter)

Источник: сайт Substack / сайт NIEM / сайт OASIS Open
https://metaarchivist.substack.com/p/more-than-a-schema 
https://niemopen.org/news/niem-a-new-open-project-18-years-in-the-making/
https://docs.oasis-open.org/niemopen/niem-model/v6.0/os/niem-model-v6.0-os.pdf
https://docs.oasis-open.org/niemopen/niem-model/v6.0/niem-model-v6.0.html 

Германия: Суд признал компанию Google ответственной за «галлюцинации» её ИИ

Данная новость была опубликована 15 июня 2026 года на сайте «Коалиции за прозрачность» (Transparency Coalition) - некоммерческой организации, которая видит свою миссию в том, чтобы продвигать политики, обеспечивающие разработку и использование технологий искусственного интеллекта таким образом, чтобы приоритет отдавался безопасности, прозрачности и общественной пользе.

Суд одной из земель Германии признал компанию Google ответственной за вредоносные «галлюцинации», порождённые при работе её продукта «Обзор от ИИ» (AI overview). Суд чётко разъяснил, почему традиционная правовая защита, освобождающая от ответственности поисковые системы, не распространяется на контент, созданный искусственным интеллектом.

Земельный суд Мюнхена 28 мая 2026 года принял важное судебное решение, способное повлиять на вопросы ответственности за действия ИИ и на государственное регулирование. В этом решении немецкий суд признал компанию Google непосредственно ответственной за ущерб, причинённый ложными утверждениями, сгенерированными функцией «Обзор от ИИ». Суд постановил, что на функцию «Обзор от ИИ» компании Google не распространяются тот же статус и те же гарантии защиты от ответственности, что и на традиционные поисковые системы.

Обзор дела

В своем решении от 28 мая 2026 года по делу «LG München I, Endurteil v. 28.05.2026 – 26 O 869/26» (см. https://www.gesetze-bayern.de/Content/Document/Y-300-Z-BECKRS-B-2026-N-11860?hl=true и https://the-decoder.com/wp-content/uploads/2026/06/26_O_869_26_begl_Abschrift_Urteil_v_28_05_2026_Geschwarzt_Geschwarzt_Geschwarzt.pdf ), Земельный суд Мюнхена запретил компании Google распространять ложные сведения о двух мюнхенских издательствах через функцию генерируемых ИИ обзоров, выдаваемых при выполнении поиска.

Ранее в этом году при выполнении ряда поисковых запросов функция «Обзор от ИИ» компании Google ошибочно связала издательскую компанию Verlagshaus24 с мошенничеством, схемами навязывания платных подписок и сомнительными методами ведения деловой деятельности. Как первым сообщило издание Decoder, «По мнению суда, ИИ смешал информацию о других, действительно сомнительных компаниях с данными об истцах, и установил связи, которых не было ни в одном из источников, использованных для формирования ответа на запрос. Издатели направили в Google требование прекратить распространение недостоверной информации (cease-and-desist), однако компания не отреагировала должным образом».

Сложившаяся судебная практика прежде исходила из того, что поисковые системы не несут юридической ответственности за результаты, выдаваемые в ответ на запросы. В своем решении по данному делу немецкий суд, однако, постановил: «Поскольку используемый ответчиком ИИ самостоятельно собирает информацию для обзора и формирует из неё сводный текст, это представляет собой самостоятельную форму представления информации, за которую [Google] несёт ответственность». 

По мнению суда, «Ложные утверждения о якобы имевших место фактах наносят ущерб деловой репутации и общественному положению истцов как коммерческих организаций, и, в отсутствие юридически обязывающего механизма исполнения требований о прекращении противоправных действий, существует риск повторения нарушения. Ввиду этого истцы имеют право требовать судебного запрета; необходимость в такой мере носит неотложный характер, учитывая продолжающееся нарушение прав и влияние, которое оказывает постоянная публикация недостоверных и порочащих сведений на хозяйственную деятельность компаний».

Аргумент защиты компании Google, который суд счёл неубедительным, сводился к тому, что компания «лишь управляет поисковой системой, которая автоматически отображает данные и информацию третьих лиц в ответ на поисковые запросы. Таким образом, ответчик не осуществляет обработку данных самостоятельно, не присваивает себе информацию третьих лиц, представленную в «обзоре от ИИ», - и, следовательно, несет ответственность лишь в том случае, если ему было известно об очевидном нарушении прав».

Суд не согласился с этой позицией. Компания Google несёт ответственность, поскольку, по мнению суда, «спорные результаты «обзора от ИИ» - это не просто демонстрация выдачи результатов поиска, а контент, который следует считать собственным контентом компании». Суд добавил: «Этот «обзор от ИИ» представляет собой собственное утверждение компании [Google], сформированное её собственным ИИ и предлагаемое пользователям».

Суд указал на принципиальные, с его точки зрения, различия между поисковой системой и сформированным с помощью ИИ обзором. Результаты работы ИИ не просто отображаются в виде ссылок или кратких фрагментов (предпросмотров), «а представляют собой обобщенную информацию, изложенную собственными словами веб-сайта компании». Это, по мнению суда, свидетельствует о том, что «ИИ, предлагаемый и используемый ответчиком, самостоятельно и независимо обрабатывает результаты поиска». Таким образом, Google генерирует самостоятельные утверждения, выходящие за рамки отдельных результатов поиска, предоставляемых классической поисковой системой.

«Поскольку ответчик сам разработал искусственный интеллект и предлагает его пользователям, - постановил суд, - он также должен нести ответственность за его результаты, поскольку только он оказывает влияние на предлагаемый ИИ и используемые им алгоритмы».

Представители Google предоставили изданию Decoder следующее заявление:

«Мы уделяем огромное внимание качеству функции «Обзор от ИИ» (AI Overview), стремясь к тому, чтобы подавляющее большинство ответов содержало достоверную информацию; эти функции разработаны таким образом, чтобы отражать сведения, уже имеющиеся в интернете. Мы внимательно изучаем данное судебное решение, которое пока ещё не вступило в законную силу».

Полный текст судебного решения (автоматически переведенного с немецкого на английский) можно найти по адресу: https://www.transparencycoalition.ai/news/german-court-holds-google-liable-for-ai-hallucination-read-the-full-decision-here 

Мой комментарий: Комментируя это же решение, со-основатель издания Decoder Матиас Бастиан (Matthias Bastian – на фото) в своём посте от 11 июня 2026 дополнительно отметил следующие аспекты:

«Суд также отметил, что сгенерированный искусственным интеллектом обзор «отнюдь не является абсолютно необходимым» для использования интернета. Традиционные результаты поиска уже помогают пользователям ориентироваться в информации, а такой обзор является лишь дополнительной функцией».

Мой комментарий: По своему опыту использования поисковой системы Google и новой функции «Обзор от ИИ» могу сказать, что они решают разные задачи, и ИИ-обзор на самом деле очень сильно меняет характер и эффективность использования поисковой системы, особенно не слишком опытными пользователями – так что слова суда о «всего лишь дополнительной функции» невозможно воспринимать иначе, как с юмором.

Суд не принял аргумент Google о том, что «пользователи имеют возможность всё проверить сами»

«В ходе слушаний компания Google утверждала, что пользователи имеют возможность самостоятельно изучить первоисточники, на которые даются ссылки, и проверить точность краткого обзора, сгенерированного искусственным интеллектом. По мнению компании, пользователи, как правило, знают, что «сгенерированной ИИ информации не следует слепо доверять». Это весьма примечательное заявление, учитывая масштабы, в которых Google предоставляет такие обзоры. Оно к тому же не вполне соответствует действительности, поскольку взаимосвязь между источниками и сгенерированным контентом показывается не всегда.

Суд отклонил данный аргумент. Возможность опровергнуть утверждение посредством проведения дополнительной проверки «не освобождает автоматически от ответственности за само это утверждение». Сформированный ИИ обзор был «понятен сам по себе» и содержал «самодостаточное утверждение с ясным смыслом, без отсылок к иным возможным трактовкам и без упоминаний о возможной недостоверности информации». Исследования показывают, что пользователи практически никогда не переходят по ссылкам на источники в таких обзорах, что подтверждает обоснованность позиции суда.

Суд провел аналогию с законодательством о СМИ: издатели несут ответственность за понятные сами по себе анонсы, даже если читатели не переходят к полному тексту статьи. Суд также отметил, что аргументация компании Google фактически «существенно обесценила бы» пользу от данной функции, если бы такие обзоры «считались заведомо ненадежными».

Кроме того, суд указал на проблему отсутствия правовой защиты. Если бы компания Google несла ответственность только за очевидные нарушения, то у пострадавших не имелось бы реальных правовых механизмов защиты в случаях, когда ИИ распространяет ложные сведения. Сторонние ресурсы, послужившие источниками информации, даже не делали тех заявлений, которые стали предметом спора. Таким образом, пострадавшие не могли подать иск против владельцев этих ресурсов, а действующие правила не позволяли им эффективно судиться и с самой компанией Google.

В итоге компания Google не смогла ни воспользоваться защитой, предусмотренной для хостинг-провайдеров Законом о цифровых услугах (Digital Services Act), ни сослаться на стандартную процедуру удаления контента по уведомлению (notice-and-take-down), применяемую в поисковых системах.»

На сгенерированные ИИ мнения в меньшей степени распространяется защита свободы слова

«В этой, и без того непростой для Google ситуации, суд также ограничил возможность ссылаться на защиту свободы слова в отношении контента, сгенерированного искусственным интеллектом. Как отметил суд, мнение ИИ - это «не выражение сформировавшегося убеждения лиц, которые его озвучивают, а результат работы алгоритма».

По мнению суда, предоставление результатов поиска, сформированных с помощью ИИ, - это «прежде всего проявление коммерческой деятельности Google» и лишь «в лучшем случае - косвенное выражение интереса к возможности свободно высказывать своё мнение и убеждения».

При сопоставлении прав истцов на неприкосновенность частной жизни с интересами компании Google, приоритет был отдан правам истцов, особенно с учетом того, что спорные утверждения основывались на недостоверных фактах. ИИ связал истцов с компаниями, которые, согласно письменным показаниям под присягой, не имели к ним никакого отношения.»

Как отмечает Бастиан в своём посте, в суде приводились результаты исследований, согласно которым точность ИИ-обзоров от Google достигает 91% - тем не менее, это также означает, что инструмент Google выдает миллионы неверных ответов.

Источники: сайт «Коалиции за прозрачность» / сайт Decoder
https://www.transparencycoalition.ai/news/german-court-holds-google-liable-for-ai-hallucination-read-the-full-decision-here 
https://the-decoder.com/landmark-german-ruling-declares-googles-ai-overviews-are-googles-own-words-and-makes-it-liable-for-false-answers/